Круги по воде
Шрифт:
С противоположной стороны поляны из зарослей вышел лысоватый мужчина в плавках. Весь лоснясь от пота, он гордо тащил за собой стволы валежника.
Сидевший за столом мужчина, с крупным носом и слегка оттопыренной нижней губой, увидя его, рассудительно произнёс:
— Вместо того чтобы заготовить дрова ещё утром, всем вместе, ты, конечно, затеяла…
Упрёк относился к женщине, разливавшей уху.
Виталий, слегка запыхавшись, остановился за деревом на краю поляны и сказал Углову:
— Умереть
В это время кто-то из туристов задорно пропел:
Эх, до чего же слепни-комарыНас приласкали у речки Бугры!..И сразу несколько голосов весело подхватили:
Запах дымка, ухи, родникаВ сердце своём сохраним на века!..Виталий и Углов вышли на поляну.
— Смотрите, смотрите! К нам гости! — воскликнула одна из женщин.
Все обернулись в их сторону.
— Хлеб да соль, товарищи, — сказал Виталий, подходя к столу. — Извините, что потревожили. Но мы…
— Что за разговор! Присаживайтесь, — перебил его мужчина, освобождая возле себя место на скамье. — Тут как раз всем хватит места.
— Садитесь, садитесь, — засуетилась женщина, разливавшая по мискам дымящуюся уху.
— Нет, нет, мы на одну минуту, — замахал руками Виталий.
Другой мужчина, высокий, в очках, поднялся и изысканно-вежливо, но решительно заявил:
— Вы меня простите, но на минуту никак нельзя. Тут, видите ли, эпохальное событие. Вот у этого товарища, — он указал на лысоватого мужчину, который только что приволок дрова, — день рождения. Сейчас как раз самая ответственная минута. Прошу всех наполнить бокалы, — и, обернувшись к одному из мальчишек, добавил: — А ну, Юрик, быстро!
Тот мгновенно сорвался из-за стола и со всех ног кинулся к одной из палаток. Через секунду он появился снова, таща в руках длинный целлофановый свёрток.
Мужчина в очках принял у него этот свёрток, утвердил на краю стола и, придерживая его рукой, громко, с выражением продекламировал, обращаясь к сконфуженно улыбающемуся виновнику торжества:
Пусть время над плешью твоей не колдуетИ пусть не плутует, грозя сединой,Тебе, кто во веки друзей не надует,Мы дарим от сердца матрац надувной!И он торжественно протянул свёрток имениннику.
Поляна вздрогнула от разноголосого, нестройного «ура!».
— Товарищи! — провозгласил Виталий. — Разрешите, — он лукаво блеснул
Он повернулся к смутившемуся Углову, сунул руку в карман его кителя и затем высоко поднял её над головой. Все увидели зажатый в пальцах голубой пластмассовый свисток.
Виталий тут же оглушительно и переливчато свистнул в него и протянул имениннику.
— Охрана общественного порядка — священный долг каждого советского гражданина, — с пафосом произнёс он. — Свисток волшебный. По первому его сигналу мы всегда будем рядом с вами.
И снова над поляной разнеслось весёлое «ура!». Мальчишки умоляли именинника разрешить им свистнуть первыми.
— Ну все теперь, — иронически заметил тот. — Покой нам только снился.
Виталий между тем сказал:
— А мы к вам, дорогие товарищи, за помощью. Вы тут давно обосновались?
— Только четыре дня, — ответила одна из женщин.
— Прекрасно. Так вот, — продолжал Виталий. — Два дня назад, часов в одиннадцать или двенадцать вечера мимо вас по шоссе должна была проехать машина, зелёный «газик». Случайно не заметили?
— Что вы! В одиннадцать мы уже давно спим, — сказала круглолицая приветливая женщина, разливавшая уху. — Тут, знаете…
— Одну минуточку! — перебил её высокий мужчина в очках, читавший стихи, и обратился через стол к приятелю: — Саша, ты меня прости, но, кажется, именно в тот день у тебя ушла с жерлицы щука? И ты с горя не спал всю ночь.
— Ушла, — досадливо кивнул головой тот и повернулся к Виталию. — Совершенно верно, машина прошла. Старенький «газик». Левый подфарник не горел. А фары разные. И, по-моему, у неё стучит кардан.
— Точно! — радостно воскликнул Виталий. — Все точно! Она!
— С опасной скоростью шла, — добавил мужчина и усмехнулся: — Вот был бы у меня этот свисток…
— А я тоже!.. Я тоже про «газик» слышал! — азартно заявил старший из мальчиков. — Витька из деревни говорил!
Виталий насторожился.
— Какой деревни?
— А мы с папой вчера на попутке в деревню ездили. За молоком.
— Пожарово, — сказал Углов. — Семь километров отсюда.
— И что этот Витька тебе сказал? — снова спросил мальчика Виталий.
Но тот неожиданно смутился и, опустив голову, пробормотал:
— Он не велел говорить…
— Ну, Алик, — обеспокоенно произнёс мужчина в очках. — Ты меня прости, но вопрос важный. Это ведь товарищи из милиции. Мне за тебя стыдно, ты меня прости.
Мальчик поднял пылающее лицо.
— Папа, я же дал слово!
Загорелый именинник спросил у другого мальчика:
— Юрик, ты тоже дал слово?
— Не, — безмятежно ответил тот, блестя плутовскими глазами. — У меня его никто не просил.