Круги на воде
Шрифт:
После посещения Динтлер события развивались настолько стремительно, что Смолину начинало казаться, что он теряет чувство реальности. Он заехал еще по паре адресов, но безо всякой надежды узнать что-либо. Так оно и вышло – все лишь разводили руками, и майор видел, что осведомителям действительно просто нечего сказать. Уставший, он принял решение возвращаться в отдел, да и рабочий день
– Юра, – так Глеб обращался к Смолину крайне редко, а потому кошки в ту же секунду заскреблись на душе майора, предвещая неладное, – Потапов мертв.
Смолин наконец отпер кабинет.
– Проходи, рассказывай.
– Да нечего, собственно рассказывать.
– То есть как? – удивился Смолин.
– А вот так. Сейчас позвонила его соседка и сообщила, что случилась трагедия – мол, ваш сотрудник, скончался. Понимаешь, просто умер. Пришел утром со смены, лег спать и все…
– Что все? – уточнил Юрий Андреевич.
– Не проснулся. Сейчас тело на вскрытие везут – будут выяснять.
– Может, отравил себя? Или случайно – чтобы успокоиться напился чего?
– Не знаю, Юр.
Смолин потер вески – голова начинала нещадно ныть. Он подошел к сейфу, достал бутылку коньяка и сделал большой глоток прямо из горла. Мысли скакали как сумасшедшие, пульсируя кровью в висках. Неужели проклятие сработало? Ну уж нет – бред! Он попытался отмести эту мысль, но она настойчиво возвращалась снова и снова. Он посмотрел на Локиева, но тот явно был растерян не меньше его самого.
Собравшись с мыслями, Смолин уселся за стол и обратился к Глебу:
– Ладно, давай не будем строить предположений. Утро вечера мудренее – завтра будут результаты вскрытия, тогда и поговорим.
Как и подозревал Смолин, утро ровным счетом ничего не прояснило. Вскрытие показало, что младший лейтенант ОГПУ Потапов умер своей смертью и никак иначе.
Смолин повертел в руках заключение патологоанатомов, перечитал его несколько раз, и отложил в сторону. Он уже собирался выйти из кабинета, что пойти прогуляться и подышать свежим воздухом, как в дверь постучали.
– Войдите, – разрешил Смолин.
Он был готов увидеть кого угодно на пороге своего кабинета, но только не Инессу Карловну Динтлер.
– Можно? – вежливо поинтересовалась баронесса.
– Да, да, конечно, проходите… – Смолин попытался скрыть свое удивление, но голос его явно выдавал. – Вот уж, признаюсь, не ожидал увидеть вас здесь.
Динтлер тем временем присела на краешек дивана, положив рядом с собой свою видавшую виды дамскую сумочку, которая по всем признакам была в ее распоряжении еще в дореволюционные годы.
– У меня есть для вас информация, Юрий Андреевич. Правда, боюсь, вы не воспримите ее всерьез, но я, все же, посчитала
Динтлер выжидающе посмотрела на Смолина.
– Это касается моего вчерашнего визита?
– Именно, – утвердительно кивнула баронесса.
– Я вас внимательно слушаю.
– Юрий Андреевич, пообещайте, что выслушаете до конца. Верить или нет – дело ваше. Но выслушайте.
– Обещаю, – твердо ответил майор.
Баронесса взяла сумку и вытащила оттуда набор карт. Смолин внимательно наблюдал за ее движениями, и до его сознания начинало доходить, к чему клонила Динтлер.
Он оказался прав, но отступать было некуда – он пообещал выслушать все до конца.
Тем временем пророчица начала:
– После того, как вы вчера ушли, я сделала, то, Юрий Андреевич, что вы не одобряете. Я разложила карты.
С этими словами она перемешала колоду и вытащила одну из карт, которую положила рядом с собой изображением вниз. Затем она повторила тоже самое еще несколько раз, пока на диване не оказалось пять картонных прямоугольников.
– Что вы делаете? – поинтересовался Смолин.
– Понимаете, Юрий Андреевич, вчерашний расклад ввел меня в некоторое смятение.
– В каком смысле? – Смолин чуть заметно улыбнулся, так как в последнее, во что он был готов поверить, – это в гадание на картах, будь это даже древние карты таро.
– Карты сказали, что кто-то, кто замешен в деле, по которому вы ко мне приходили, не доживет до вечера. До вчерашнего вечера.
Смолин резко поднялся со своего места и, закурив, начал ходить по комнате.
– Почему вы не пришли вчера вечером? – неожиданно для себя спросил он.
– Я не была до конца уверена. К тому же я точно знала, что смерть придет не к вам. Да и просто я не была до конца уверена… К тому же, я прекрасно знаю, как вы относитесь к подобным вещам…
Смолин остановился напротив баронессы и с удивлением посмотрел на нее.
– То есть вы решили просто дождаться, пока кто-то умрет?
– Дело в том, Юрий Андреевич, что это было неизбежно. Пришла бы я к вам или нет – это ровным счетом ничего не изменило бы. Результат был бы тот же. Вопрос был в другом – правильно ли я поняла карты.
– Один из наших сотрудников скончался вчера. Причины смерти установить не представляется возможным. Он просто умер. Это был тот самый человек, который принял звонок, о котором я вам вчера рассказывал.
– Значит все правда… – баронесса закрыла глаза и медленно облокотилась на спинку дивана. На минуту в комнате воцарилась тишина, лишь часы на столе исправно отсчитывали секунды. Затем Динтлер медленно открыла глаза и обратилась к Смолину:
– Вытяните карту, Юрий Андреевич.
Смолин ничего не ответил. Вместо этого он подошел к дивану и поднял одну из карт.