Круги на воде
Шрифт:
Уимберлей тяжело вздохнул, зажмурил глаза, потер переносицу. Он произнес незнакомое слово, которое, как решила Юлиана, возможно, относилось к какой-то неприличной функции человеческого организма.
Оставшуюся часть пути Юлиана изо всех сил старалась вести себя спокойно и благоразумно: все же она теперь жена знатного вельможи. Возможно, сможет извлечь выгоду из своего нового статуса. Теперь она баронесса, и это, несомненно, поможет ей отыскать и наказать людей, так жестоко расправившихся с ее семьей.
Глубоко внутри ее все еще
Юлиана хмуро взглянула на Стивена де Лассе, который выглядел сейчас как простолюдин. Одежда на нем была самой простой, его золотистые волосы давно нуждались в стрижке. Он лишил ее возможности вернуться в Новгород.
Если только... Смутная надежда мелькнула в ее голове. Король английский присвоил себе право разрешать разводы после того, как провозгласил себя главой англиканской церкви. Когда Юлиана с цыганами впервые оказалась в Англии, все об этом только и говорили. Король Генрих развелся с Екатериной Арагонской, своей испанской женой, чтобы обвенчаться с темноглазой придворной дамой. Даже цыгане были поражены смелостью короля.
Но еще больше их поразила судьба Анны Болейн: смерть на плахе.
И когда вдали возникло высокое здание с башнями и воротами, Юлиана вздрогнула. Англичане, таким образом избавляющиеся от жен, действительно, опасны.
Нечеловеческие вопли заставили Стивена подняться на второй этаж. Он быстро прошел по террасе, проходившей по всему фронтону дома.
В чем там дело, черт возьми? Они прибыли всего лишь несколько минут назад. Однако ужас, звучащий в голосе женщины, а это был женский голос, означал, что ее, как минимум, убивают.
Стивен быстро прошел мимо портретов своих предков в золоченых рамах. По давней привычке он отвел глаза от последнего портрета, на котором была изображена Мэг. И хотя Стивен старался не смотреть на портрет, он чувствовал на себе взгляд умершей жены. Словно стрела кольнула его в сердце. Не задерживаясь, он поспешил в спальню своей цыганской невесты.
Несмотря на внешне хрупкое телосложение у девушки были довольно сильные легкие. Ее пронзительные крики, возможно, были слышны в деревне за рекой, протекающей по границе поместья.
Стивен остановился в дверях, наблюдая следующую сцену.
Юлиана стояла напротив шкафа, украшенного вырезанными из дерева фантастическими фигурами. Их таинственные злобные лица с высунутыми языками очень соответствовали перепачканному грязью лицу девушки, они будто признавали ее своей.
Старая Нэнси Харбут решительно наступала на цыганку, прижав ее к шкафу. Сколько он себя помнил, Нэнси была частью дома Лунакре, как и этот шкаф, украшенный фантастическими фигурами.
– Отойди
Нэнси заметила Стивена и с отвращением указала на рваные юбки и блузку Юлианы.
– Я знаю, что вас заставили жениться, мой господин, но где вам удалось отыскать такую драную кошку?
– Это длинная история, – Стивен внимательно рассматривал Юлиану, ища следы физического насилия. Старая Нэнси непрочь была воспользоваться прутом или плеткой, когда считала это необходимым. – Что у вас здесь происходит?
Ручка шкафа больно врезалась в спину Юлианы, но она старалась не морщиться. Чего можно было ждать от такого человека, как Стивен де Лассе, который вторгается без приглашения в женскую спальню?
– Она пытается меня посадить в эту... в эту... – изображая ужас, Юлиана махнула в сторону ванны, наполненной горячей водой, – в этот колодец.
– Это горячая ванна, которая тебе крайне необходима, – старая Нэнси скривила свое одутловатое лицо. – Господи Иисусе, от тебя пахнет, как от грязного фермера.
Юлиана отпрянула от ванны, хотя на самом деле только и мечтала погрузиться в дымящуюся паром воду. Ванна была придвинута к камину, где стоял котел с горячей водой. На ее поверхности плавали остропахнущие травы.
Для Юлианы в течение всех этих пяти лет въевшаяся в тело грязь была защитой от притязаний похотливых мужчин. Ей удавалось держать на расстоянии всех мужчин, за исключением Родиона, и она намерена была вести себя так и дальше.
– Так вот из-за чего весь этот шум, – со смехом произнес Стивен. – Ванна? Я считаю, что изредка ее необходимо принимать, это не причина для паники.
– Не причина для паники? – содрогнулась Юлиана. – Когда-то давным-давно это, возможно, было бы правильно. Но в этой стране я видела, как люди заболевали лихорадкой и умирали оттого, что сидели в грязной воде.
– Не следует ли из этого, что ты ни разу не мылась в ванне? – спокойно спросил Стивен.
Юлиана презрительно улыбнулась, прижимаясь спиной к шкафу. Она крепко держала руки на груди, не давая себя раздеть.
– Мой образ жизни не давал мне возможности часто мыться. Я мылась раз в двенадцать месяцев, независимо от того, хотела я этого или нет. Когда я сама решала помыться, я купалась в проточной воде. А не в этой, – она указала грязным пальцем на ванну, – мерзкой грязной ванне, в которой плавает вонючая трава.
– Вонючая трава?! – рявкнула Нэнси, вся дрожа от возмущения. – Это мои собственные целебные травы. Я не какая-нибудь колдунья, как Дженни Фаллоу, которая поила своего мужа мандрагорой, говоря ему, что это увеличивает его мужскую силу и...
– Нэнси, – прервал ее Стивен. Юлиана подозревала, что женщина хотела пересказать какую-то интересную сплетню.
– ... и она сказала, что на короткое время это, действительно, помогло, но...
– Нэнси, пожалуйста, – нетерпеливо перебил Стивен.