Кровью !
Шрифт:
Говард заскулил.
На этот раз пистолет раздробил костяшку указательного пальца. Говард подумал, успеет ли он потерять сознание раньше, чем будут разбиты все пальцы левой руки. И боялся, что нет.
– Если вы мне не скажете то, что я хочу знать, мистер Говард, я заставлю вас размолотить правую руку тем, что останется от левой. Потом, если вы по-прежнему не проявите воли к сотрудничеству, вы снова займетесь левой рукой.
– "Западня Призраков".
– Простите?
– "Западня Призраков"!
Вампирша была неподдельно удивлена.
–
– Прекрасно. Я не вижу смысла продолжать наш визит. Но помните, мистер Говард, - нельзя пожимать руку Дьяволу и думать, что на рукаве не останется серы.
С этими словами она повернулась и скрылась в приемной. Через секунду послышался щелчок входной двери.
Говард рухнул вперед, поддерживая голову здоровой рукой. Он трясся, покрывался испариной и вонял страхом и мочой. На миг ему захотелось броситься вслед обидчикам, паля из пистолета, но он вспомнил шипящее лицо с иглами зубов перед своим - обвисшим и откормленным, - и сердце затрепетало, будто собиралось остановиться.
Потом Говард заметил, что смотрит на часы. Только пятнадцать минут прошло, как он увидел этих незнакомцев в приемной. Пятнадцать минут. Четверть часа. Столько ушло на то чтобы погубить последние семь лет его жизни.
Говард перехватил пистолет за рукоять, хотя она была липкой от крови.
Морган узнает - в этом Говард не сомневался. Для него не существовало ни религии, ни веры, но он знал, что Дьявол - есть. Знал так твердо, как редко это знает самый преданный фанатик. И каким бы ни было страшным и жестоким создание, называющее себя Соней Блу, Морган был в тысячу раз хуже.
~~
– Ты не считаешь, что мы немного пережали с этим парнем? - спросил Палмер, пока они ждали лифта.
Соня наклонила голову в его сторону, но из-за очков Палмер не мог сказать, смотрит она на него или в коридор. Она пожала плечами:
– Головной баран. Предатель своего биологического вида.
– Это да, но, может, он не знал, кто такой Морган?
– Знал, и отлично знал. Как президент знает, что делается в стенах Пентагона. Только ему выгодно было притворяться, что не знает. У него даже не было смягчающего обстоятельства, как у всех ренфилдов, - что его вывихнули против его воли.
Кабина пришла пустая. Когда Палмер вошел, до него донесся приглушенный хлопок со стороны офиса Рассела Говарда. Он поглядел на Соню, а та лишь снова пожала плечами:
– Как бы высоко ни забралась овца, убойного зала ей не миновать.
9
– Ты уверена, что адрес правильный?
Соня кивнула.
– Это единственный "доктор Дж. Кэрон" в телефонной книге. А в чем дело? Ты же не ждал готического замка с горгульями и рва с водой?
– Нет, но думал,
Сидя в арендованном автомобиле, Соня рассматривала дом на той стороне улицы. Ей не хотелось признаваться, но она тоже ждала чего-то другого. Окружающие дома были средиземноморской архитектуры, популярной в двадцатые годы двадцатого века. Невысокие пастельного цвета семейные обиталища вдоль изогнутой улицы казались не той округой, где должно пребывать повелителю нежити.
В сгущающихся сумерках мужчины и женщины спортивного и здорового вида, в дорогих тренировочных костюмах и кроссовках, с наушниками на голове делили улицу с собачниками, прогуливающими своих питомцев. Несколькими кварталами дальше новые и, несомненно, более дорогие дома строились там, где бушевало землетрясение восемьдесят девятого года. Соня никак не могла представить себе Моргана, идущего в лавочку на углу за шестибаночным пакетом минеральной воды и пакетом вермишели с кальмарами.
– Погоди-ка! Вон кто-то выходит. Не он?
Соня вгляделась в мужчину средних лет, силуэт которого вырисовывался на крыльце. Он был одет в серый костюм со старомодными кожаными подтяжками, пиджак небрежно переброшен через руку, волосы, седеющие на висках, забраны сзади в короткий пучок, глаза закрыты слегка тонированными защитными очками.
Она закрыла глаза и представила себе его таким, каким он явился ей двадцать лет назад: прожигатель жизни, богатый английский плейбой, ради прихоти заглянувший в Веселый Лондон. Резкие, как у Кэри Гранта, черты лица зарябили, открывая горящие глаза и острые клыки. Послышался его резкий смех - так он смеялся, когда заставлял ее взять в рот свой холодный член... Соня стряхнула с себя воспоминания, не успев пережить агонию одновременной пенетрации.
Она дрожала, дыхание ее стало прерывистым. Палмер смотрел на нее с тревогой.
– Что с тобой?
– Это он. - Соня сама удивилась, как ей трудно говорить. Ее била странная лихорадка. Почти двадцать лет она искала это чудовище, а теперь могла только глазеть на него. Сейчас был ее шанс. Она может прыгнуть на него и завалить раньше, чем он успеет добежать до припаркованного на дорожке "феррари". Но она только и могла, что трястись и трудно дышать, как в приступе малярии. Будто мозг в костях сменился свинцом.
Морган сел в машину и выехал на улицу. Если он и глянул в их сторону, то ни Соня, ни Палмер этого не заметили. Как только "феррари" скрылся за углом, охватившая Соню вялость исчезла.
– Тебе не надо в больницу? Ты похожа на человека на грани шока.
Соня сердито тряхнула головой - скорее чтобы вырвать себя из паралича, нежели ответить на предложение о помощи.
– Все о'кей... теперь. Я боялась, что такая штука может случиться.
– В каком смысле?
– Морган меня создал. Какая-то часть - вампирическая часть - моей личности построена по его образу. Когда я его увидела, я хотела его убить. И не могла шевельнуться! Будто кто-то щелкнул кнопкой, отключив мне нервную систему.