Кровные враги
Шрифт:
Бродя бесцельно по зимнему саду, бывший лучник испытывал какое-то неприятное чувство, заставившее несколько раз резко оглянуться. Оно тоже предвещало опасность, как и резкое покалывание в слепом глазу. Кто-то за ним следил, причем так ловко, что Оуэн никак не мог поймать его — или ее — за этим занятием.
В следующий раз, когда что-то почувствовал, он молниеносно повернулся и побежал туда, где, как ему казалось, находился источник его беспокойства. Неожиданно он увидел двух мужчин, бегущих вдоль берега. Они то и дело скользили по обледеневшей грязи. Имея ограниченный обзор,
В приемной появилась Анна Скорби, одетая как сестра-бенедиктинка. Голова опущена, руки сложены на животе и спрятаны в рукава.
— Похоже, вы здесь совсем освоились, миссис Скорби.
Она подняла взгляд на Оуэна и застенчиво улыбнулась. Опухоль на лице спала, о побоях напоминали только бледные синяки.
— Я рада, что это вы, капитан Арчер. Мне давно хотелось поблагодарить вас за то, что вы помогли мне остаться в Риддлторпе и окрепнуть для путешествия сюда. Да благословит вас Всевышний. Я каждый день молюсь за вас.
— А больше неприятностей с мужем у вас не было?
Анна покачала головой.
— Но я знаю, что не избавилась от него. Он не из тех, кто отступает. Хотя, скорее всего, совсем меня не любит.
— Почему вы так думаете?
Она покраснела и опустила голову.
— У него есть другая женщина. Быть может, даже не одна. — Голос ее дрожал.
— Значит, вы его все-таки любили, — удивился Оуэн.
— Да, поначалу я его любила. — Анна подняла голову. — Хотя и знала, что наш брак был заключен с деловыми целями. Я казалась сама себе счастливицей, ведь мне достался такой красивый муж. К тому же умный. Но он убил мою любовь своим нравом. Знаете, какой проступок я совершила, за что он меня избил? Я взяла в руки письмо, пришедшее на его имя. Он застал меня с письмом в руке. Я даже не прочла послание, просто взяла в руки.
— Да, нрав у него, видимо, несдержанный. Возможно, он не хотел, чтобы это письмо видел кто-то еще. Печать была сломана?
— Нет. Он сказал, что я должна усвоить урок — не дотрагиваться до его вещей. — Анна теперь смотрела Оуэну прямо в лицо, у нее были такие же темные глаза, как у ее матери, только печальные. — Вот видите, капитан, я обычная женщина. Я бы с радостью любила мужа. Но он превратил мою любовь в ненависть. И, чтобы спасти свою душу от этого непростительного греха, я отдалась всем сердцем молитве.
— Раньше он вас бил?
Анна отвела взгляд.
— Не так сильно. Стоило мне припоздниться с обедом или разбить тарелку, как я получала затрещину. Я боялась за наших будущих детей — их ждали побои за каждый проступок.
— Вы знаете, кто прислал ему письмо?
Анна покачала головой.
— Только подозреваю. Что-то в этой печати подсказало мне, что письмо от женщины. Поэтому я и думаю, что у Пола, скорее всего, не одна подружка. Вряд ли жена управляющего умеет читать или писать, и, разумеется, у такой женщины не может быть собственной печати, поэтому предполагаю, есть еще одна любовница, более высокого ранга. Возможно, он опасался скандала. Не знаю.
— Вы сказали, жена управляющего?
— Я имела в виду Купера.
Вот и еще одна ниточка.
— Кейт Купер — любовница вашего мужа? Вы уверены?
«Должно быть, ненасытная женщина», — подумал он.
— Насчет нее у меня нет никаких сомнений. Точно так, как моя мать застала ее с Уиллом, я не раз заставала ее с Полом. До нашей свадьбы и после. Когда я в первый раз увидела их в конюшне, мы еще не были женаты, и я простила его, думая, что молодые мужчины должны как-то удовлетворять себя до брака. Но после… — Глаза ее налились слезами. — Конечно, я ничего не сказала. Я бы никогда не осмелилась обвинить его. — Она прижала рукав к глазам.
— А Джек Купер был женат на Кейт до того, как появился в Риддлторпе?
— Да. Когда они приехали, она уже носила первого ребенка.
— Вам что-нибудь известно о ее прошлом?
Анна покачала головой.
— Не знаю и знать не хочу.
— А как по-вашему, ваша матушка что-нибудь знает о Кейт Купер?
— Спросите у нее самой. Она приедет навестить меня на Рождество.
— Обязательно. — Оуэн собрался уходить, но потом помедлил секунду. — Когда будете за меня молиться, миссис Скорби, помолитесь и за Джаспера де Мелтона. Это тот парнишка, на глазах которого убили Уилла. Он пропал, возможно, ранен, но, надеюсь, все еще жив. Убит еще один человек, совсем молодой, чей единственный грех был в том, что он дружил с Джаспером.
Анна перекрестилась.
— Я помолюсь за всех вас.
Амброз Коутс слушал рассказ Люси, а сам протирал промасленной тканью деку скрипки. Это позволяло ему не поднимать головы, скрывая за повисшими волосами выражение лица, — Я знаю, ваш друг Мартин Уэрдир хочет остаться в тени, — завершила рассказ Люси, — но Магда Дигби утверждает, что он пытался присматривать за мальчиком. Поэтому я подумала, что ему следует все знать и начать поиски малыша. Ребенок слаб, наверняка у него лихорадка. В таком состоянии он не способен защитить себя.
Только теперь Амброз поднял глаза.
— Если бы я мог найти Мартина и все ему передать, я бы так и сделал. Но правда в том, что я понятия не имею, где он. Он бы наверняка захотел услышать об этом происшествии. Я буду молиться, чтобы он в самом скором времени заглянул сюда или к Магде. Его действительно волнует судьба мальчика. Он говорит, что малыш — невинная жертва.
— Когда Мартин помогал мне на дороге, я чувствовала, что его тяготит какая-то печаль, — сказала Люси. — Но он был ко мне очень добр.
Амброз кивнул.
— Мне трудно понять Мартина, его мораль. Он то ведет себя как самый добрый и щедрый человек на свете, то вдруг становится жадным и жестоким. Все зависит от того, с кем он общается. — Амброз пожал плечами. — Я нахожу эту его странность неотразимой.
Их взгляды встретились, и внезапно Люси поняла, кем был Мартин для Амброза.
— Наши сердца редко подчиняются уму, когда мы любим, не правда ли? — сказала она.
Амброз рассмеялся.
— Хвала Господу. Иначе о чем бы мы пели?