Кровная добыча
Шрифт:
– Согласна, – первая поддержала Елена. – От такого человека, как этот… можно ожидать любой подлости. Особенно после такого неожиданного для него разоблачения.
– Есть куда уйти? – спросил Кожевников: он уловил в голосе Мити определенные интонации.
– Да. Здесь гастролирует театр, его владельца я знаю по Харькову. Это Жаткин, – сказал Митя, повернувшись к брату.
– Он здесь? – удивился Саша. – Наш знаменитый театральный магнат!
– И я с ним уже говорил…Уверен, он не откажет нас приютить, спрятать. Он мечтает вернуться в Харьков,
Митя старался говорить уверенно, но избегал смотреть на Елену. Боялся. Но его выручил Саша.
– Аленка, Лодя, – запросто спросил он их, – вы с нами? Неужели останетесь? Или станете эвакуироваться?
– Мы с вами, – так же просто ответила Елена.
И подняла глаза на Митю. У него мгновенно вспыхнули щеки, и, чтобы скрыть радостное смущение, он деловито распорядился:
– Тогда собирайте вещи, самое необходимое. Помогите Николаю одеться. Мы с Сашей заглянем за вещами ко мне и постараемся скорее найти транспорт, коляску или подводу.
Через минуту Дмитрий и Александр вышли во двор, направились к соседнему дому. Но вдруг остановились: мелодично прогудел клаксон, и у их калитки притормозил автомобиль. Из него вышел человек в необычной одежде: комбинезон, кожаная куртка на меху, меховая шапка, которую он снял и держал в руке. Светлые его волосы трепал ветер, а сам человек, заглядывая через забор, махал им рукой:
– Ребята, можно вас!
19
– Послушайте, – сказал незнакомец, – я ищу господина Кандаурова. Дмитрия Кандаурова, племянника Викентия Павловича Петрусенко. Это вы?
Он, улыбаясь, смотрел на Сашу. Тот тоже широко улыбнулся в ответ:
– Я его сын. А племянник и мой двоюродный брат Дмитрий – рядом.
– Вот удача, – обрадовался их собеседник. – Даже сын Викентия Павловича здесь! Катюшу, вашу сестренку, я видел маленькой. С вами же не встречался, но помню, вас зовут Александр.
– Совершенно точно, Сергей Евстафьевич. Я вас тоже воочию не видел, но узнал. Во-первых, у нас в доме висит фотография, где вы с отцом у аэроплана. А во-вторых, ваше баден-баденское приключение – легенда нашей семьи. Ну, и в-третьих, – кто ж не знает летчика Сергея Ермошина!
В самом деле: когда-то имя этого человека не сходило с газетных полос в России, да и пресса других стран уделяла ему внимание. Прославленный спортсмен-велогонщик, ставящий мировые рекорды, – он одним из первых в России увлекся воздухоплаванием, летал на воздушном шаре, а с появлением аэропланов тут же пересел на крылатую машину. И снова ставил рекорды, собирал толпы поклонников на своих показательных полетах. А еще – сам конструировал летательные аппараты… Правда, последние лет пять о Ермошине ничего не писали, ничего не было известно. Но Саша и Митя знали: он покинул Россию.
Братья и их гость прошли во двор, сели на лавку.
– Если не ошибаюсь, – спросил Саша, – вы живете где-то в Южной Африке?
–
– Я это хорошо помню, – сказал Митя. – Викентий Павлович тогда написал острую статью-опровержение в ежедневную газету «Русские ведомости», она была напечатана.
– Поклон ему за это большой, – приложил руку к груди Ермошин. – Травля прекратилась, но мы с женой все равно решили уехать. Ждали второго ребенка, я боялся за нее. А тут как раз брат жены, Эрих, позвал к себе. Он и его жена за два года до этого обосновались в Южно-Африканском Союзе, на землях у Оранжевой реки. Было им нелегко, но интересно, писал, что мне там дело найдется. Мы и уехали.
– Как же вы оказались здесь?
Сергей улыбнулся Саше:
– Я все-таки авиатор. Столько лет не участвовал в летных состязаниях, а тут узнал, что в Англии устраивается международный летный турнир. Подал заявку, прилетел на своей машине.
– На «Ерше»?
– Да, только этот «Ерш» самой последней моей модификации. Он меня не подвел, второе место мы заняли. Я не огорчен, все закономерно, у меня ведь и перерыв был большой, да и молодые авиаторы растут отличные, и самолеты новейших конструкций… Потом нас принимал король Георг, и после приема, на банкете, я познакомился с генералом Бриджем. Он сказал, что как британский военный представитель на днях отправится в Россию, помочь в эвакуации Добровольческой армии. Спросил, как я, русский, оцениваю положение… Знаете, ребята, – Ермошин посмотрел на них блестящими глазами, – так вдруг захотелось сюда! И я предложил: полетим на самолете!
– Согласился англичанин? – воскликнул Саша.
– Представь себе – сразу! Британцы, они по смелости и лихости нам близки, русским.
– Значит, это вы Бриджа сюда привезли?
– Я… Но не сразу сюда. Сначала мы полетели в Польшу помочь разрешить вопрос с армией генерала Бредова.
Дмитрий, о чем-то сосредоточенно думающий, встрепенулся:
– Мы здесь слышали, что у Тирасполя румыны отказываются пропустить наши части через Днестр. Какая подлость! Была же предварительная договоренность, что оттуда армия эвакуируется в Крым.
– В какой-то момент войска хотели просто силой перейти мост, войти в Румынию, – сказал Ермошин. – И румыны их не удержали бы. Но генерал не пустил: сами понимаете – чужое государство, нарушение международных законов… Они вдоль Днестра пошли к Польше.
– Это же какой путь! – удивился Митя. – Здесь, на юге, вон уже листочки начинают распускаться, а там?
– А там, ребята, еще зима. Скажу вам – героические люди наши воины. Ведь не сами шли – вывозили множество раненых, больных, беженцев, целые обозы! Оборону держали! А поляки тоже уперлись: не пустим, у вас тиф.