Кровавый трон
Шрифт:
– Кстати, не хочу тебя пугать, хрю, но иномирянки редко выживают после третьего испытания.
Я резко поднялась с кровати и уставилась на Фунтика.
– В смысле?
– В прямом. Хрю. После третьего испытания на моей памяти вернулось пять иномирянок из семидесяти. Хрю. Ты мне просто понравилась, поэтому я тебе это рассказываю.
– То есть другие девушки этого не знали? – начала злиться я.
– Нет. Хрю. Нам нельзя об этом распространяться. Так что лучше помалкивай.
– А если я тоже умру? Я не хочу умирать, – на моих глазах начала образовываться влага.
–
– За что мне это всё? – я подняла глаза к потолку, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Наверное, не стоило рассказывать. Хрю.
– Стоило, конечно! – эмоционально возразила я.
– Тогда успокойся, пока сюда все не сбежались. Хрю.
Тяжело вздохнув, я снова растянулась на кровати в позе звезды и прикрыла веки. Если умру, то надеюсь, попаду в рай. Если он всё-таки есть. Моя жизнь не была ангельской, но я, по крайней мере, не была убийцей.
– До поры до времени, – хрюкнул Фунтик.
– Что?
– До поры до времени ты не убийца.
– Тут заставят убивать? – откровенно охренела я.
– Поверь, бывает всякое. Хрю.
Поросёнок запрыгнул на кровать и облюбовал местечко рядом с моим боком. Стало тепло и уютно. Я прикрыла веки, пытаясь отбросить мысли о третьем испытании. Что же там такого, что иномирянки не выживали? Гадать не хотелось, но мысли то и дело возвращались к тому, что сказал свинка. Стало жаль Бёрту. Она ведь тоже иномирянка, да ещё и с ментальной магией. Вдруг с ней что-то случится? Мне не хотелось, чтобы девушка погибла. Но и я была бессильна перед третьим испытанием. Что я могла сделать? Рассказать? Расскажу, и начнётся паника, а мне не хотелось, чтобы Фунтик получил из-за моего длинного языка.
Перевернувшись на бок, посмотрела на спящего поросёнка. Сразу вспомнился мультик «Дюймовочка», где лягушки говорили «Поспали, можно и поесть. Поели, можно и поспать». Примерно так я сейчас себя ощущала. Этой самой лягушкой. После еды меня разморило, поэтому закрыв веки, я погрузилась в сладкие сновидения.
Глава 4
– Просыпайся, – услышала я сквозь сон.
Отмахнувшись от Фунтика, перевернулась на другой бок и снова засопела.
– Просыпайся. Хрю.
Я почувствовала, как поросёнок толкает меня в спину, отчего я качалась на кровати как на качели. Потом послышалось шуршание и тишина.
– Пора на вылазку. Хрю. Сама хотела, – прозвучало рядом с ухом.
Мои глаза тут же резко распахнулись, и я столкнулась взглядом со свинкой. Он стоял близко перед лицом, отчего пятачок почти касался моего носа.
В комнате было достаточно темно, но лунный свет, пробивающий через окна, освещал половину помещения.
С тяжёлой головой встала с кровати. Шея затекла от долгого сна в неудобной позе, отчего я болезненно поморщилась. Такое ощущение, что мне не девятнадцать, а все семьдесят. Коленки хрустят, поясница ноет, а глаза постоянно слезились.
Быстро ополоснув лицо прохладной водой, вылетела из ванной и, подхватив свинку, вышла из комнаты.
Тихо перебирая ногами, чтобы никто
Поставив Фунтика на пол, я начала оглядываться в поисках улик. Маги тоже люди и могли не заметить потерянного. А многие убийцы даже нарочно оставляют какие-то знаки, чтобы мы, полицейские, распутывали этот сложный клубок загадок.
– И что ты хочешь тут найти? Хрю, – поинтересовался Фунтик, мелко перебирая ножками от одной стены к другой.
Его копытца тихо цокали, отчего я недовольно посмотрела на поросёнка. Он замер на одном месте, так и не поставив одно копытце на пол, продолжая сверлить меня взглядом чёрных бусинок.
– Что? Хрю.
– Ты создаёшь шум. Тише, – я приложила указательный палец к губам.
Мне показалось, или Фунтик действительно закатил глаза? Я даже брови подняла в удивлении.
Внезапно за спиной послышалось тихое шуршание. Медленно обернувшись, я увидела тень в конце коридора. Звук негромких шагов испугал, отчего я подхватила свинку и спряталась за угол.
Шаги приближались, а я лихорадочно думала, что придумать в оправдание, если меня тут застукают посреди ночи. О том, что это может быть убийца, я даже не подумала на тот момент.
Фунтик тихо сопел в плечо, а мне становилось от этого щекотно и смешно. Поставив поросёнка на пол, я выглянула из-за угла. В конце коридора шёл симпатичный, высокий парень с тёмными короткими волосами, которые лежали в беспорядке. Он постоянно оглядывался по сторонам, будто боялся, что его засекут. Его пухлые губы сложились трубочкой от старания идти тихо, а идеальная кожа лица поблёскивала в свете неярких ламп.
Я снова спряталась за угол. Кто бы это ни был, не думаю, что он обрадуется встрече со мной, как и я вряд ли буду веселиться от объяснений, что делала в столь позднее время в неположенном месте. А я даже не придумала, что скажу.
Парень тем временем приблизился к углу, за которым я пряталась, и встал на колени, облокотившись локтями о пол. Глаза лихорадочно бегали, будто он искал что-то и испытывал от этого дикий восторг.
В груди разливалось чувство раздражения. Какой-то несносный паренёк решил мне всю малину испоганить. Тут вообще-то я должна была выискивать улики, а не наблюдать за ползающими парнями.
Меня медленно начал накрывать смех от сложившейся ситуации. Я прикрыла рот рукой, когда парень повернулся ко мне пятой точкой и приложил ухо к полу. Вдруг он тоже ищет улики? Я бы хотела помочь, но не факт, что меня не сделают виноватой в этом происшествии. Убийца всегда возвращается на место преступления.
Так… А вдруг это убийца?
По спине побежали противные мурашки. Я даже пистолет не взяла с собой. Никогда не была невнимательной, но, видимо, убийство заставило меня опрометчиво не обезопасить себя. Я обожала свою учёбу. Каждая моя сессия заканчивалась успешно, так как моя внимательность и любовь к будущей работе каждый раз подстёгивали выискивать мелочи и новую информацию.