Кровавый Трон

Романовский Борис Владимирович

Карина ойкнула, когда вода начала залечивать её раны.

Что же за флакон такой, если с его помощью можно даже до седьмой Грани подняться? Я уверен, что именно благодаря тому запаху у Карины появилось глубокое познание.

Тело патриарха медленно исцелялось. Её волосы отросли, а бледное лицо порозовело. Я убрал цепи, и Карина спокойно приземлилась на ноги. Она в пояс поклонилась Одетте.

— Благодарю!

— Твои мысли нечисты, ты коварна и жестока, — лебедь внимательно смотрела на Карину. Та

побледнела и отшатнулась.

— Защитник, я…

— Хоть твоё сердце и черно, ты верна себе и своей земле. Я убрала твои травмы детства, теперь ты можешь иметь детей.

— А? — Карина опешила. Она неверяще уставилась на лебедя, из её глаз покатились слёзы.

— Мне осталось недолго и нужен кто-то на мою замену, — сверху на нас вдруг опустилось сильное давление, мы с Лизой побледнели. — Ты здорова, твоё душевное состояние должно прийти в норму. Стань сильнее и прорвись к седьмой Грани, сейчас у тебя все шансы на прорыв.

Голос Одетты разносился по пещере, каждое её слово звучало как приказ. Тело Карины бесконтрольно дрожало, мне же пришлось отступить на несколько шагов и прикрыть собой учащённо дышащую Лизу.

Бум!

Карина упала на колени, лбом ударилась об пол и заплакала, не проронив ни слова. Давление неожиданно исчезло, мы с Лизой смогли вздохнуть свободно. Я со страхом посмотрел на Одетту. Неужели разница между нами настолько большая? Я чувствовал, что Одетта может убить меня в любую секунду, одной только аурой.

— Молодой Император, не тревожь меня в ближайшие полгода. Можешь отправлять людей для закалки, но не проси меня никого исцелять, — предупредила Одетта.

— Я понял.

— Тогда уходи… — лебедь опустила голову и медленно погрузилась в озеро.

Я подошёл к Карине и помог ей встать. Она выглядела потерянной.

— Нам пора возвращаться.

Карина молча кивнула.

— Отправь нас обратно в Самару, — попросил я Лизу.

Та взмахнула рукой, и появился портал. Поддерживая Карину за локоть, я вместе с ней вступил в него и телепортировался. Мы оказались на небольшой пыльной улице, по бокам которой стояли старые белые здания. Из окон на нас пялились испуганные бледные лица.

“Где мы?” — мысленно спросил я, оглядываясь.

В Самаре, но на окраинах, — ответила Алиса.

Одетта неслабо приложила Лизу своей аурой, если та промахнулась.

— Где мы? — повторила мой вопрос Карина. Она взяла себя в руки и, наконец, успокоилась.

— В Самаре, но не в центре. Давай пройдёмся, хочу задать тебе несколько вопросов.

Я вытащил из кошеля два серых плаща и отдал один Карине. В своей одежде мы сильно бросаемся в глаза.

— Благодаря тебе я вернула себе смысл жизни, — женщина забрала плащ и накинула его на себя. — За мной долг.

Я кивнул, соглашаясь. Мы направились

к центру города. За нами следовала толпа детишек, но они боялись подходить ближе. Я с интересом смотрел на старые дома и редких людей, встречающихся нам по пути. В городе военное положение, поэтому все люди сидят дома и ждут итогов войны. Столбы для Огранцев пустовали. Все сильные бойцы либо за городом, либо в центре.

— Надеюсь, ты перестанешь терроризировать народ и отпустишь всех, кого держишь у себя насильно, — обратился я к Карине.

— В них теперь нет смысла, — равнодушно пожала плечами она.

Из переулка вдруг выбежала девчушка лет тринадцати и чуть не врезалась в меня. Я отступил и поймал её, не позволив упасть.

— Ой! — девочка испуганно отпрыгнула.

— Воровка! — из того же переулка вывалился злой мужчина средних лет.

— Сестра! — позади, из группы детишек, которая следовала за нами, раздался крик.

Мужчина подбежал к девчонке и попытался её пнуть. Я хмуро посмотрел на него и выпустил в него импульс чакры. Мужчину откинуло, он упал на землю и громко застонал.

— Сестра! — к девчонке подбежал парень лет четырнадцати. Он потянул её к себе и покосился на меня со страхом.

— Простите нас! — парень упал на колени и заставил свою сестру опуститься рядом с ним. — Не убивайте нас!

Я молча смотрел на дрожащего парня и ничего не понимающую девчонку, которая сжимала в руках свёрток. По запаху я понял, что в нём находятся грибы и мясо подземных червей. В это время мужчина пришёл в себя. Но он не встал, а принял коленопреклонную позу и опустил голову.

— Проводите нас к центру, — приказал я детям.

— Да! — парень моментально подскочил и помог сестре подняться. Они, старательно игнорируя мужчину, быстрым шагом направились вверх по улице.

— Зачем ты им помогаешь? — непонимающе поинтересовалась Карина. — Они же веники.

Я горько улыбнулся и подошёл к мужчине. Наставил на него ладонь и выпустил облако красной чакры. Мужчину заколотило от ужаса.

— Помилуйте, прошу, — прохрипел он.

— Если ты ещё раз поднимешь руку на ребёнка, ты умрёшь, — я убрал облако чакры и кинул ему купюру в пятьсот рублей. Меньше у меня с собой не было. — Деньги за украденную еду.

Я развернулся и последовал за нашими проводниками.

— Ты же просто чакру выпустил? — с подозрением уточнила Карина.

— Ага. Но он же не знает.

— Почему ты помогаешь веникам?

Я скосил взгляд на Карину. Сейчас что-то объяснять ей бесполезно. На Терре властвует культ силы, детям с рождения прививают трепет к сильным и презрение к слабым. Для подавляющего большинства Огранённых нет ничего зазорного в том, чтобы убить веника за оскорбление. Поэтому тот мужчина и брат с сестрой так боялись.