Шрифт:
Глава 1
Здравствуй, меня зовут Антонио. Но вы зовите Тони, это не так важно. Важно другое, моя история начинается с моей гибели — идиот я, решил себя отправить на тот свет раньше положенного. Кто мог знать, как я об этом пожалею. Думаете, ну и дурак я себя убивать, тебя ведь родители любили и прочие радости жизни были, зачем, спрашивается? Ну а я… мне просто надоело. Сплошные проблемы и проблемы и ведь дело даже не в этом, я просто не знал, что мне делать дальше — у меня умер дорогой мне
По всюду тьма, ну вот закрой глаза и вот тебе тьма думаешь. А нет, здесь темнее, представляете? Стою я в этой тьме, нихрена не вижу, опьянение пропало. Протрезвел, решил, я идиот, покричать:
— А-у, есть здесь кто? — спрашиваю в надежде что мне ответят, и, мать его, отвечают! — Покажитесь!
— Здравствуй, смертный, нечего кричать, мы тебя слышим, — ответила мне очень тихо тьма.
— Вы что, демоны в темноте прячетесь? И почему я здесь? И чего смертным обзываешься? Абсолютного бессмертия нет ни у кого, кроме Бога.
— Ну а я по-твоему кто?! — раздражённо спрашивает тьма.
— Точно не Бог, перед его могуществом моя душа бы просто улетела как песчинка, а ты кто?
— Дерзкий смертный, я бог провинившихся, и ты провинился своим самоубийством. Отныне ты будешь жить в мерзком и злейшем из миров за свои грехи, и будь ты проклят за твою дерзость! Да возненавидят тебя все обитатели того мира!
А дальше тьму отогнал свет, ослепительная вспышка и я оказался в лесу. Ночью, один, холодно. И вот сейчас я понял в какой я заднице.
И что я сделал? Верно, сломал ближайшую ветку и вооружился ею.
Вообще лес представлял из себя типичный обычный лес — вот справа берёза, ну а слева дуб там вот ель. Вороны орут, волки рычат. Стоп… Волки рычат? Прекрасно…
Медленно я повернулся в сторону беспокоящих меня звуков, и понял, что это вовсе не волки. Нет, это ворона прикалывается, тварина такая! Я забыл, что они умеют имитировать звуки.
Кинул я в эту тварь божью свою палочку, да так удачно, что она упала с дерева и разбилась на смерть. Да уж, вышло довольно жестоко. Мне даже её как-то жалко стало, чувствую себя каким-то ублюдком. Неловко.
Подхожу к ней и понимаю, спустя пять секунд, какую ошибку совершил. А дело в том, что превращаться она начала в девушку, в платье из черных перьев. Я, как любой уважающий себя джентльмен, проверил пульс. Ну да, на вид она была вся в крови; переломанную красоту и фигуру я оценивать не решился. Почему? Она была жива… Более того, стоило к ней коснулся, как я услышал возмущённые крики леса. Весь, мать его, лес орал, каркал, рычал, чирикал, гоготал — не знаю какие ещё синонимы подобрать всей той громкой какофонии:
— Убийца!
— Насильник!
— Некрофил!
— Ублюдок!
— Сжечь
— СЖЕЧЬ ЕГО!
И что я сделал, спросите вы? Разумеется, схватил полу мёртвую ворону, и просто побежал подальше от криков. Нет, я её не потащил, а перекинул на плечо. Если есть шанс искупить ошибку, то попробую её выходить что ли; не в том дело что она девчонка и я извращенец. Конечно я извращенец, но она же человек. Будь она обычной вороной бросил бы, а вот человека… Жалко, ведь вышло случайно, а она просто приколоться решила.
Спустя сорок минут бега я перешёл на шаг, голоса стихли. А я… Вышел на дорогу! И вот так не спешно идя по дороге я увидел огоньки города. Спустя ещё пол часа ходьбы ноги болели, а ворона начала двигаться. Но это было не важно, ведь я добрался до города.
Первым делом я пошёл искать местного врача, спрашивать пришлось долго. К этому времени ворона ошарашено на меня пялилась, будто всем видом говоря, что я её сейчас насиловать буду. Но нет, знаешь, девственником был, девственником и сдох, здесь будет так же. Почему? Да потому что, от этого одни только беды. Трахнешь кого-нибудь, а потом она в тебя влюбляется, или наоборот, ещё чего похуже. Нет уж, спасибо, не надо.
В общем врача мы нашли, оказывается их называют знахарями. Постучался к нему. Ночь глубокая на дворе, нихрена не видать, спит, наверное. А нет. Вышел бодрый с бутылкой рома.
— Чем могу вам помочь юноша? — с лёгким задором спросил он.
— Здравствуй старче, я привёл к вам ворону. Так вышло, что я ненароком сбил её с ветки и она показалась. Как я вижу на грани жизни и смерти.
— Нет, юноша, она просто поломалась. Но хорошо, я залатаю её. Жди на улице.
Я впихнул её в дом к этому старичку. А сам принялся ждать, и пока ждал заснул. Сидя на крыльце, так ночь сменилась днём.
***
— Проснитесь юноша, твоя барышня цела, — раздалось откуда то-то сверху. "Не моя она, это была просто случайная встреча," — раздражённо подумал я. — Тебе повезло, что я был пьян, будь я трезв просил бы плату.
— Благодарю вас старше, за вашу доброту, — вежливо ответил.
— Сколько тебе лет, юноша?
— Семнадцать.
— И такой вежливый, надо же. Здесь дети не такие вежливые как ты. Ты ведь не здешних мест, верно?
— Верно, родители меня учили уважать старших.
— Правильно учили, но уважать не всех подряд иногда нужно. Забирай девушку свою. Прощай, малец.
Ворона вышла из дома как новенькая: симпатичная, сиськи есть, кожа бледно белая, и перьевое платье подчёркивает красоту цвета её кожи, волосы черные, а… Рожа недовольная.
— Я за гладил свою вину, нечего дуться.
— …
— На этом, думаю, наши пути расходятся, прощай.
— И ты бросишь меня в этом городе? — испуганно спросила она.
— Ты же умеешь летать, ну вот, лети в лес.