Кровавый след
Шрифт:
– Постой, постой, – стал припоминать Гиря. – Где-то я тебя уже видел. Рожа твоя мне больно знакомая, особенно шрам.
– Ошибаешься, – покачал я головой. – Шрама как раз у меня и не было.
– Да? – ухмыльнулся Гиря. – Все равно знакомая физия, но откуда? Определенно, я тебя уже видел.
– Еще бы, – сказал я. – Последний раз мы с тобой неплохо пообщались.
Я улыбнулся, а Гиря все морщил лоб.
– Эй, мудак, кончай фуфло толкать, – прорычал один из амбалов, сидевших за столом:
– Точно, – согласился Гиря. – Говори, что надо, и вали.
– Не думал,
– Ты что, мужик, – вытаращил глаза Гиря. – Какой Терехин? Он здесь уже года два, как не работает.
– Ты о ком это, чувак? – опять вмешался амбал.
– О его шефе, – ответил я.
– Эй, Гиря, – обратился амбал. – У тебя что, есть шеф?
– Шеф? – рассмеялся Гиря. – У меня нет никакого шефа.
– Послушай, не валяй дурака, – строго сказал я. – У меня действительно мало времени. Может, ты поторопишься и расскажешь мне о Терехине?
– Да этот хрен – сама борзота, – прорычал амбал и стал надвигаться на меня. – Его нужно просто взять за шиворот и выбросить на улицу, вот так…
Он протянул руку, чтобы взять меня за воротник. Я понял, что маленькой потасовочки не избежать. Бросив украдкой взгляд на остальных, я заметил, как они приготовились к действиям.
– На дверь, быстро! – услышал я шипение Гири, адресовавшееся парню, впустившему меня в ресторан.
Амбал был совершенно уверен в себе, даже не думал о сопротивлении с моей стороны. Я резко отстранился, перехватил его руку, крутнул по часовой стрелке и одновременно нанес мощный удар ногой по лицу. Он попятился, но на ногах устоял. Его дружки рванулись ко мне.
– Не надо! – криком остановил их амбал, утирая кровь. – Я сам.
Я быстро сосчитал своих возможных противников. Их было пятеро, не считая парня, стоявшего у входа.
«Если они будут нападать по одному, – стал соображать я, – то можно будет справиться. Только бы никто не достал пистолет или нож».
И я решил нападать первым, провоцируя амбала и его дружков на ошибки. Это было мне на руку. Схватив табуретку, я замахнулся, чтобы огреть ею амбала. Но тот ловко перехватил ее и, удерживая над головой, толкнул меня ногой в живот. Я отпустил табурет и отлетел к стене, ударившись в нее спиной. Амбал с рычанием кинулся на меня, но я успел выставить вперед ногу и ударить его в пах. Он остановился, скорчившись от боли. Я вскочил на ноги, схватил его за волосы и сделал апперкот. У амбала лязгнули зубы. Он отшатнулся и сплюнул. В его глазах пылала ненависть. Он схватил табурет и бросился на меня. Слепая ненависть лишила его расчетливости. Я ушел вправо от удара и нанес встречный удар ему сбоку по ребрам. Он повалился на пол. Я стоял над ним, тяжело дыша. Казалось, он совсем не собирался подниматься, но вдруг ухватил меня за ногу и ударил пяткой в колено. От боли я присел. Амбал подскочил на ноги и хотел нанести удар ногой мне в грудь. Я разгадал его маневр, перехватил ступню и нанес короткий вандаммовский удар кулаком пониже живота. Амбал рухнул на пол, словно опрокинутый шкаф. С ним все было
Двое парней сразу попятились к дверям. Против меня остались только двое: Гиря и неуклюжий верзила, походивший на тяжелоатлета. С таким легко можно справиться, если не попадать в лапы, а держаться на расстоянии.
Гиря первым бросился на меня, а верзила прикрывал его сзади. Но я в два счета справился с Гирей, а верзилу уложил рядом с ним и амбалом ударом ноги в голову с разворотом на триста шестьдесят градусов. Поразительно, но верзила отключился от одного удара. Я осмотрел поле битвы, прошел к столу, на котором лежали карты и куча долларов. Я пересчитал деньги. Их оказалось две тысячи триста.
– Неплохо, – я сунул деньги в карман. – На первое время хватит.
У выхода я остановился и сказал напуганному парню:
– Скажешь Гире, чтобы меня не искал. Сам найду, когда деньги понадобятся.
Парень торопливо кивал головой, запоминая информацию для шефа.
– А еще передай, что я их честно заработал в неравном поединке, – добавил я.
– Хорошо, – согласился парень.
Я уже открыл дверь, но потом остановился и спросил:
– А ты ничего не знаешь о Терехине?
– Я его не знаю, – ответил парень. – Пару раз, правда, видел здесь. Он заходил просить денег у Гири.
– Так он что, уже не работает здесь?
– Нет.
– И как давно?
– Не знаю, – пожал плечами парень. – Как-то слышал их разговор с Гирей. Тот, о котором вы спрашиваете, пришел очень навеселе и стал просить денег до получки, но Гиря вышвырнул его на улицу и приказал больше никогда не впускать. Гиря говорил ему… Мол, сколько ты будешь сюда таскаться? Полтора года уже здесь не работаешь. Пора дорогу забыть. В следующий раз придешь – ментов позову или убью.
– Значит, Леша Терехин спился? – сделал я заключение.
– Да, – подтвердил парень. – Он заходил такой опустившийся, весь грязный, пьяный, хвастал, что служил когда-то в спецподразделении в органах.
– Да, точно, когда-то, – подтвердил я. – Ладно. Пока! И не забудь передать то, что я сказал.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
(12 июня, вторая половина дня)
Такси остановилось у подъезда. Я расплатился с водителем и еще некоторое время продолжал молча сидеть в машине.
– Все в порядке? – спросил у меня таксист, не понимая, почему я не выхожу.
– Да, – ответил я. – Просто очень давно не был здесь.
– Понятно, – равнодушно произнес парень и отвернулся к окну.
Я вышел из машины.
Во дворе все было по-прежнему, словно я только сегодня утром проходил через него, спеша на работу, а сейчас возвращаюсь обратно. Все так же на лавочках перед домом сидели старики, все так же в песочнице играли дети.
Мое внимание привлекла одна симпатичная малышка, которой было около трех лет. У нее были светлые волосы: голубое платьице едва прикрывало пухлые коленочки. Она игралась недалеко от скамейки, на которой сидел молодой мужчина и читал газету.