Кровавая обитель

Эллиот Брайан

— Сказки! — смех Ренато Андорры походил на шипение змеи. — Каждый человек смертен. Салварин химик. Вполне возможно, что он накачал своих людей сильнодействующим наркотиком, позволяющим им сохранять боеспособность даже при очень тяжелых ранениях. Но их, конечно же, можно убить. Мы должны в первую очередь вывести из игры Степана.

Пятерка мафиози молча кивнула. Ренато Андорра ненадолго задумался.

— Хорошо, — сказал он. — Сообщите профессору, что я хочу начать переговоры. Выберете какое-нибудь нейтральное место для встреч. Он должен будет взять с собой Степана и его группу.

Устройте мне рандеву! Тогда останется только уничтожить эту нечисть…

Все разом заговорили.

— Мы изрешетили пулями машину, в которой сидел Степан, — воскликнул мафиози с Сардинии, — но он выжил.

— Один из моих людей бросил ему под ноги ручную гранату, — вступил в разговор дон из Венеции, — и безуспешно.

— Он пережил двенадцать ударов ножом, — пожаловался корсиканец. — Мой лучший агент сложил голову в этом деле.

Но Ренато Андорра только кивал в ответ.

— Вы не догадываетесь, почему меня называют королем преступного мира и почему я могу приказывать вам? — спросил он. — Просто я классом выше вас. Так что не беспокойтесь. Мы прикончим Степана и положим конец всем сказкам. Огнем ли, ядом, кислотой или пулями, но мы сживем его со свету, будьте спокойны.

IX

Встреча состоялась в два часа ночи в отеле «Амбассадор» в Риме. От имени профессора Салварина прибыл Степан со всеми полномочиями и телохранителями. Вся делегация носила темные очки поверх мертвых глаз.

Джакомо Лупо, римский мафиози, представлял на переговорах Ренато Андорру. Он приказал эвакуировать весь отель и разместил в его закоулках добрую сотню своих людей. За короткое время отель, и особенно зал переговоров, превратился в хитроумную ловушку.

Степан поприветствовал Джакомо Лупо коротким кивком головы. Представители шаек сразу перешли в зал переговоров. Кроме Степана и Джакомо, в комнате находились еще трое: один — телохранитель Степана, один — Джакомо и переводчик, так как Степан не мог говорить и объяснялся на языке жестов. Однако он уже достаточно знал итальянский, чтобы следовать за мыслью собеседника.

— Позвольте мне от имени Ренато Андорры и от себя лично приветствовать вас в Риме, — произнес Джакомо Лупо. — Я счастлив, что профессор Салварин и вы достаточно здраво мыслите, чтобы обсудить сложившееся положение трезво и спокойно, как и подобает донам. Эту войну надо прекратить.

Степан неподвижно сидел в своем кресле.

— Можно предложить вам выпить? — спросил Джакомо. Пальцы Степана, затянутые в черные перчатки, быстро забегали.

— Он не употребляет спиртного, — перевел переводчик, — но исключительно из уважения к вам отступит сегодня от своих правил.

— Это большая честь для меня, — достойно ответил Джакомо Лупо.

Ему потребовалось приложить массу усилий, чтобы не показать, какое облегчение он испытал в тот момент. Все произошло проще, чем он ожидал. Джакомо Лупо дружески улыбнулся Степану. Этот человек с гладкой кожей и в темных очках не вызывал у него симпатии. Мафиози обладал тонким инстинктом, присутствие Степана причиняло ему почти физические страдания. Нечто тревожное исходило от человека в темном костюме.

Телохранитель

смешал два коктейля и поставил их на маленький столик, за которым сидели главы делегаций.

— Мой фирменный, — похвастался Лупо. — За ваше здоровье!

Дон выпил. Степан тоже одним глотком опустошил свой бокал. Джакомо Лупо пил чистое виски. Степан же получил виски с такой огромной дозой цианистого калия, что она могла в одну секунду уложить слона. У Джакомо Лупо чуть глаза не вылезли из орбит, когда яд не оказал на Степана никакого действия.

Дон с трудом проглотил комок в горле.

— Давайте перейдем к делу, — с усилием произнес он и нажал кнопку на обратной стороне столика.

Контакты замкнулись, и через металлический стул, на котором восседал Степан, побежал ток такой мощности, что по оправе темных очков вампира побежали электрические заряды. Запахло озоном.

Джакомо Лупо мертвенно побледнел, когда обнаружил, что Степан спокойно сидит на своем месте. Что за адский выродок находился перед мафиози?

Пальцы Степана задвигались. Переводчик побледнел.

— Он сказал, что вы дважды совершили покушение на его жизнь и что за это он сейчас убьет вас.

Джакомо Лупо вскочил на ноги. Его телохранитель тоже. Оба выхватили оружие.

— Умри и будь проклят! — заорал Лупо и нажал на курок.

Пуля попала Степану точно в лоб. Вампир поднялся, нехотя вытащил свой пистолет и прикончил Джакомо тремя прицельными выстрелами. Телохранитель дона дважды попал в грудь спутнику Степана. Одетый несмотря на жару в белый свитер с высоким горлом, монстр спокойно извлек стилет, медленно подошел к замершему телохранителю и вонзил лезвие прямо в его сердце.

Переводчик с воплем ретировался.

Четверо телохранителей Степана, расположившиеся в другом помещении, встали, не спеша достали оружие и двинулись к двери. В отеле завыла сирена. Мафиози Андорры перекрыли все выходы.

Степан попробовал открыть дверь зала переговоров. Она оказалась запертой. В потолке открылось отверстие, раздалось шипение, и комната наполнилась белесым туманом.

Это была сильно концентрированная кислота. Дымясь, расползлись ковры и одежда на Степане. В коже и мясе его телохранителя появились большие дыры.

Степан поднял дуло пистолета и несколько раз выстрелил в замок. Потом вампиры вдвоем навалились на дверь и выломали ее.

Степан вышел в коридор. Одежда, парик и очки растворились: вампир был голый и с его гладкой кожи скатывались капельки кислоты.

— Вот он! — заорал кто-то. — Скорее огнеметы!

Длинные снопы огня осветили коридор и окутали Степана рыжим облаком. Он уверенно направился в сторону огнемета. За ним, качаясь, брел телохранитель — вернее, труп, наряженный Степаном в одежду телохранителя. Кислота разъела его тело, тут и там вылезали голые кости.

Степан поравнялся с первым огнеметом. Эластичное покрытие его тела почернело, но не обуглилось. Парни, державшие огнемет, в панике разбежались.

По всему отелю раздавались крики, гремели выстрелы. Степан завладел огнеметом и направил его на людей Лупо. Огонь охватил их одежду, несчастные стали выпрыгивать в окна.