Кровь, огонь, серебро...
Шрифт:
Браткалнис отвлекся от размышлений, потому что от одного из хрустальных шаров начал исходить какой-то непонятный звук. Внутри разгоралось трепетное свечение, отчего казалось, что шар увеличивается в размерах. Маг отметил и свечение другого оттенка, вибрировавшее в такт с негромким жужжанием – как будто где-то билась о стекло пчела.
Звук становился все громче, комнату заполнило лиловое сияние, растекшееся волнами, в которых крутились темные пятна. Пятна эти сливались, делились и объединялись вновь.
Потом все исчезло.
Маг
Зато звук за спиной был слышен здесь и сейчас.
А затылком Арвид ощутил потустороннее веяние.
Он оглянулся – и впервые с момента прибытия сюда встревожился.
Некое существо пыталось влезть в окно. Скрюченные перепончатые пальцы скользили по толстому стеклу. Сумрак за окном не позволял определить – кто это такой.
Но зловещий взгляд из-за стекла давал понять, что создание это не слишком приятно в общении. Арвид осмотрелся в поисках оружия, одновременно вспоминая подходящие чародейские формулы.
И, словно почуяв это, жуткий гость отпрянул и скрылся в здешнем вечном сумраке.
Выходить наружу для выяснения Браткалниса совсем не тянуло.
«В Бескрайних Лесах ты можешь столкнуться с чем угодно», – предупреждал его Наставник.
Судьба давала ему недвусмысленный знак: если ему и суждено поселиться здесь, то не сейчас. Тем более оставался невыполненным долг перед Стаей и перед сражавшимися рядом с ним. Значит, нужно возвращаться, чем бы это ни грозило.
Он пришел сюда сам, один – без должного обряда и Магического Маяка, указывающего обратный путь. Значит, прямая дорога ему закрыта. Но за почти десять десятилетий с тех пор, как он последний раз бывал тут, Эльф многому научился.
В том числе тому, что прямые дороги – не всегда самые короткие.
Он сосредоточился, вспоминая нужные формулы.
Если этот мир находится везде и нигде, то, по Закону Симметрии, нерушимому магическому правилу, выход из него тоже нигде – и везде.
Пожалуй, тут пригодится заклятие Малых Врат. Разве что в последнем катрене заменить руну «кхха» на «сол».
Губы его шептали нужные слова, пальцы складывались в хитрые знаки.
А потом он пошел длинным коридором, останавливаясь возле каждой двери и внимательно прислушиваясь. Нужную он нашел на второй минуте. Обычная дверь, только украшенная многократно повторенными символами – крючковатыми, болезненно изломанными, даже у непосвященного вызывающими глухую тревогу.
Арвид знал, что это знаки, открывающие порталы в иные миры. Была ли дверь тут раньше или появилась в результате его заклятия – кто скажет? Да и неважно это сейчас.
То, что он собирался делать, было очень опасно.
Будь он человеком, он бы колебался. Но для гару невозможно бросить своих в схватке – это инстинкт.
Он открыл дверь, за которой стоял непроницаемый черный мрак, пронизываемый где-то в бесконечной
И смело шагнул за порог, представляя себе цель: свой мир и свое тело.
Началось его скольжение – по мирам и между.
Он обогнул сияние над курганом, в котором был погребен Жезл Колодца, что открыл когда-то дорогу проклятым древним богам через Черные врата.
Он проскользнул незримой тенью через затерянные уровни, где обитают Серые Отшельники, – и те не почуяли чужака. Он миновал Ледяные Провалы, в которых лишь живые мумии бродят под вечным снегопадом, скрежеща костями и проклиная жизнь и живых. Прошел сквозь мрак и туман Глубокой Преисподней, где лишь равнодушие отражается в бесконечно усталых глазах демонов. Через фиолетовые небеса еще одной Преисподней, едва избегнув схватки со стерегущими их гарпиями.
Случайный рыцарь Хаоса пытался вызвать его на поединок, но Эльф, сделав вид, что принял вызов, опять ускользнул, оставив оскорбленного слугу Безликих лишь грозно потрясать своим зловещим иззубренным мечом красной стали и в бессильной ярости размахивать огромным крысиным хвостом, торчащим из-под мантии…
Он скользнул зеркальными коридорами Великой Пустоты – призраки пытались отведать его кровь, но бежали в страхе. Покинутый храм гиперборейского бога-кальмара, когда-то стоявший там, где ныне плещутся волны арктических морей, а теперь пребывающий на Изнанке мира, чуть не заманил его в сеть вечного сна. Забытые духи, поднявшиеся из астральных могил, хотели сожрать мага, но и тут умения выручили Эльфа.
И много еще было такого, от чего у Арвида остались лишь мимолетные видения, отдающие бредовым ужасом.
Но он преодолел все и вернулся назад.
И когда спиной почувствовал ледяной холод прозекторского стола, лишь улыбнулся.
Он открыл глаза и осмотрелся. Так – лаборатория, а не больница. Спрашивать: «Где я?» – было бессмысленно; вернее всего было бежать. Бежать куда-нибудь в тихое место. Найти способ помочь Стае, зализать раны…
Но встать-то как раз он и не мог. Пока не мог.
Но ведь он маг! А маг, не владеющий своим телом, – это нонсенс, бессмыслица.
Тут в комнате появился человек – кажется, лаборант с набором мензурок. Так – он очень вовремя вернулся: не хватало еще, чтобы к нынешним кудесникам в белых халатах попали образцы его тканей – с их-то хромосомными методиками и анализами.
А уж тем более – бренное тело гару. Еще додумаются клонировать каких-нибудь суперсолдат!
Вспышка, яркая, бьющая по глазам – это все, что успел увидеть младший научный сотрудник НИИ морфологии и физиологии, что на Профсоюзной улице, Василий Крылышко, прежде чем лишиться сознания.
В помещении Эльф задержался ровно настолько, чтобы проверить лабораторный журнал и с помощью печки и набора кислот уничтожить взятые у него образцы тканей.
Заодно он собрал свою окровавленную одежду в пакет, порадовавшись, что его мобильник был тут же.