Кровь нуар
Шрифт:
— Джейсон говорил, что вы всегда на него злились, что бы он ни делал.
Он кивнул:
— И это правда. Не в том дело, что он так похож на близнецов. Он не занимался спортом, он танцевал. Он был ну такой…
— Совсем не такой сын, как вы хотели, — подсказала я.
Он снова посмотрел на меня неприятным взглядом, в котором на этот раз читалась настоящая злость:
— А вот у вас нет права так говорить.
Может, я просто устала. А может, я люблю Джейсона и не могу понять, отчего отец его не любит, но я сказала что думала:
— Есть или нет, но это правда.
Он уставился
— Ну, может, и так. У всякого мужчины есть мечта, каким должен быть его сын. Наверное, мне хотелось иметь продолжателя, а у Джейсона оказались ценности Саммерлендов, а не мои.
Но при этих словах он продолжал держать руку Джейсона.
— Ценности у Джейсона вполне нормальные.
— Я его наполовину ненавидел всю его жизнь — за то, что он не такой, как я хочу. А когда я услышал, что он… Я тогда велел им спустить меня в приемное отделение, когда его привезли. Видел его раненого. — Он крепко держал Джейсона за руку. — И я не думал тогда: «Вот этот саммерлендовский ублюдок». Я думал: «Это мой мальчик умирает». Я вспомнил его первое Рождество, и как я был счастлив. Это еще до того, как я узнал. Но когда я увидел его вот сейчас, вспомнилось, каким он был маленьким. Я вспомнил, как он играл в школе в пьесах и мюзиклах. И понял, что вся жизнь моего сына прошла мимо меня. Мне так его не хватало, моего сына, а он все время был рядом.
Я смотрела на него, не отрывая взгляда. Это был драматический момент. Вообще я им не доверяю, этим моментам. Как правило, они фальшивые. Но я видела блеск слезы на щеке Фрэнка Шуйлера и не могла не верить, что он говорит искренне. Наверное, иногда чудеса все же происходят.
А тут произошло и второе чудо.
— Папа, — сказал Джейсон. Голосом очень слабым, совершенно не своим, но глаза у него были открыты. И он повторил еще раз: — Папа.
— Я здесь, Джейсон, — ответил мистер Шуйлер, не выпуская его руки.
Я встала, чтобы оставить их наедине. Мужчинам в такой критический момент лучше быть без лишних глаз. И тем же слабым голосом Джейсон сказал:
— Анита.
Я обернулась:
— Я приду.
Он сумел очень слабо улыбнуться и сказал:
— Люблю тебя.
Я улыбнулась в ответ:
— Я тебя тоже.
Непонятно, то ли про любовь было для отца, чтобы подтвердить свою гетеросексуальность, то ли потому, что это правда. Мы друг для друга никогда не будем «единственным и навсегда», но всегда будем «от случая к случаю». Меня это устраивает, и Джейсона тоже. Чего же еще надо?
Глава пятьдесят шестая
Джейсон поправился достаточно, чтобы можно было лететь домой. У его отца случилась одна из тех поразительных ремиссий, что бывают изредка у раковых больных. Врачи никак ее не объясняют, потому что не могут, но жизни ему сейчас дают больше. Нет, исцеления не произошло, но речь уже о месяцах, а не неделях. Уже легче. Джейсон примерно через неделю собирается снова их навестить — один. Мой предлог не ехать — работа. А вообще я думаю, что Джейсон и его родня уже как-нибудь сами разберутся.
В Южной Каролине погиб загадочной смертью мастер города Чарльстона. Его слугу-человека звали Эдмонд, а
Питерсон мне сказал, что это Чак решил использовать наш номер как подставу для вампиров. Чак оправдывается: он считал, что мы отобьемся. Действительно, никто не ожидает, что вампиры будут бросать светошумовые гранаты и стрелять шприцами с транквилизатором. Но я все равно надеюсь как-нибудь с Чаком расквитаться. Просто никак не придумаю способа, который не был бы или мелочным, или незаконным. Если Чак сейчас исчезнет, копы постучатся ко мне в дверь.
Джей-Джей собирается посетить Сент-Луис и провести несколько дней со старым другом Джейсоном. Он неизвлекаемой занозой застрял в ее памяти, а она как раз та, на которой он мог бы жениться, не люби она девушек так же, как и он. Оба они еще ищут свою суженую — ну, так какое-то время могут поискать вместе. Страх Джейсона перед окончательными решениями спас меня от ardeur'a Ричарда. Но он с нетерпением ждет приезда Джей-Джей. А она уже подает сигналы, что против вампиров ничего не имеет. Тоже приятно знать.
За стрельбу меня оправдали. На обоих вампиров было в полиции досье еще со времен, когда они людьми были. То есть были бандитами до самой смерти, и после смерти только хуже стали. Один был профессиональным палачом — тем, которого зовут, когда нужна информация. И работал он много лет на очень, очень плохих людей. Так что, между нами говоря, я оказала миру услугу. Обвинения с меня сняты, но особо радоваться по поводу моего поступка не полагается. То, что я их убила, мне спать не мешает. Несколько беспокоят сны о Джейсоне. Я снова вижу его на полу, а иногда вдруг понимаю, что это не он, а кто-то другой из мужчин моей жизни.
Пару раз Джейсон у нас ночевал — он тоже стал плохо спать. Но спит лучше, если есть кому пробудить его от кошмара, укачать и убаюкать снова. Или — как было пару раз утром — встать вместе с ним и кофе попить на кухне. Мы сном по очереди встречали вместе с ним восход солнца над деревьями.
Джейсон — волк моего зова, что повышает для меня вероятность иметь реального зверя для каждого из моих метафизических зверей. Только Мастер Зверей — член совета вампиров — умеет вызвать зверей и кошачьей, и собачьей породы. Да, еще крыс тоже. Посмотрим, что будет у меня.
Жан-Клод распустил по негласной вампирской сети слух, что мы с Джейсоном будем наказаны за неверность, как только он оправится от ран. Я и так чувствую себя наказанной, хотя ничего плохого не сделала. Но мы, как и предложил Джейсон, подтверждаем эти слухи. Начали с Ашера, потому что это самое легкое. Теперь дело только в том, чтобы спросить, кто из мужчин будет согласен подтвердить. Вы пытались спросить гетеросексуального мужчину, не будет ли он возражать, чтобы вы с ним публично признались: он — бисексуал и спит с мужчинами? Непросто будет его уговорить.