Кровь моего врага

Вайсс Саша

Вскоре дху вылез из пролома. За прошедшие несколько минут его сумка явно потяжелела. Он спрыгнул в воду, подняв веер брызг, и сразу же двинулся во тьму тоннеля.

– Потопали. Нам предстоит долгий путь.

Мадея зашагала следом, так быстро, насколько позволяли громоздкие многочисленные юбки. Ох уж эти человеческие платья…

– А где твой Изумрудный амулет? – выдохнула она, стремительно отставая. – Ты же у нас гениальный маг. Переместимся за пределы города, и все…

Дху покачал головой.

– Ни за что. Чертов амулет выкачал из меня весь запас энергии.

– Так дай

его мне.

– Еще чего. – Не оборачиваясь, он помахал ей рукой. – Не знаю, за кого ты меня там держишь, но ты явно ошибаешься. – Спустя пару мгновений он добавил: – И перекрась волосы. Я не вынесу, если обо мне будут помнить как об идиоте, который таскался с k’welaиз рода Д’ор.

Мадея сделала глубокий вдох. Да, путешествие обещало быть долгим.

Глава 4

Наемник

«…Внешний Мир – живой организм, столь же циничный и непостижимый, как и населяющие его существа. В самом начале времен он породил Камень, – каждый народ утверждает, что это сделал именно его бог, что является чушью и домыслами. Согласно дошедшим до нас источникам, Камень существовал еще до возникновения людей, эльфов и даже Древних. Отсюда напрашивается единственно возможный вывод: он есть не что иное, как творение самого мира. Бездумное творение. Шанс живущих существ изменить свою жизнь, а также прекрасный шанс погубить ее на корню. Россыпь возможностей и страданий».

(Хепри Великий, правитель Исраза)

«…Долгое время я ломал голову над тем, чем же Вынужденный Совет является в большей степени: сборищем садистов-олигофренов или же нелепой попыткой сдержать силы природы, одной из коих Камень и является. Хотя совершенно непонятно, ради чего эти силы нужно сдерживать. Как известно, Камень выполняет одно, самое сокровенное желание хозяина. Так почему не отдать его самому достойному из достойных, дабы он распорядился им достойно? Или же они настолько жалки, что даже самые достойные из них не заслуживают доверия?

Никто из них не задумался над тем, что появление Камня будет лишь к лучшему. Избранные исчезнут, хаотичная передача Осколков прекратится, и все смогут вздохнуть спокойно. Но нет! Они боятся, что Камень попадет в дурные руки, и этот страх портит все. Избранные – вот самое ненадежное место из всех, тайник, самостоятельно решающий, куда ему направить свои стопы. Мне, как существу, исследовавшему Камень долгие тысячелетия, гадко видеть подобную халатность и расточительность…»

(Из личных записей Кассилуса)

«…Право принимать окончательное решение, касающееся заключения и содержания носителей Осколков, остается за Исразом, столицей высших эльфов, верховной жрицей Ущелья Кошмаров или ее представителем и Лоэрдилиеном, центром цивилизации людей. Остальные члены Совета будут подключены в качестве резервных баз и постов наблюдателей Совета.

Все вышеподписавшиеся обязуются не только контролировать Избранных любыми методами, но и хранить их существование в тайне».

(«Договор первый», архив Вынужденного Совета)

Не

было на свете такого создания, которое ненавидело К’хаан больше Мартена. Этот жалкий остаток Древнего Леса наводил на него смертельную тоску одним своим видом, что уж было говорить о его обитателях… Однако поручения Мартена не всегда были приятными и от его собственного мнения не зависели никогда. Единственное, что от него зависело, это время выполнения задания, так что стоило поторопиться и расправиться с ним поскорее.

Сделав знак воинам, шедшим у него за спиной, Мартен приблизился к границе леса. Он знал, что дозорные были на месте, где-то там, среди ветвей, и сейчас с ненавистью рассматривали незваных дху.

– Словно курицы на насестах… – фыркнул он и выкрикнул в сторону темневших сосен: – Я – командир воинов семьи Ар’хаши, правая рука верховной жрицы Ущелья Кошмаров Арханны, бывшая правая рука Краусса Ар’хаши и член Вынужденного Совета. Мне нужно поговорить с Н’ашталасом.

– Что тебе от него нужно, dhuu?! – тут же донеслось из темноты среди гигантских еловых лап. Еле слышно скрипнула тетива, и маг позади глубоко вдохнул, готовясь к заклинанию. Но Мартен оставался спокоен.

– Мне лично от него ничего не нужно, я здесь по делу Вынужденного Совета.

– Говори, мы ему передадим.

– Все, что я хочу сказать, я скажу лично Н’ашталасу. Либо вы его зовете, либо верховной жрице придется обратиться напрямую в Исраз.

На этот раз дозорные погрузились в молчание.

– Оставайтесь здесь, – раздалось наконец, отчего дху торжествующе улыбнулся.

Белокурый старейшина с лицом юного ангела и глазами старого крота всегда вызывал у Мартена омерзение. Еще большее омерзение вызывали повадки этой древней мумии: по меньшей мере царские вкупе с плавными неспешными жестами беременной королевы-матери. Вот и сейчас он подозвал Мартена к себе так, словно тот десятки лет ему прислуживал. Когда же дху приблизился, Н’ашталас сделал шаг назад, в густую тьму, и прислонился к стволу дерева, скрестив густо украшенные руки. Казалось, еще немного и кольца соскользнут с его худых пальцев.

– Перечисляя все ваши титулы, вы забыли про должность Временной Постельной Грелки верховной жрицы. – Он улыбнулся, но уже в следующее мгновение от улыбки не осталось и следа. – Неужто было так необходимо упоминать Вынужденный Совет?

Мартен усмехнулся и поправил кожаную перчатку.

– Но, согласитесь, Исразу будет интересно узнать о вашем разгильдяйстве. Если не назвать это тупостью. Прошляпить Избранную, да так позорно… – Он тяжело вздохнул. – Я вам не завидую.

– Я вам тоже, – скривился Н’ашталас. – Судя по всему, она ушла с вашим пасынком, Исаиром.

– Мы зовем его предателем… – прошипел Мартен, но старейшина лишь отмахнулся.

– Мне без разницы. Не знал, что вы так спокойно выпустили щенка погулять… – Его немигающие белесые глаза уставились на дху, отчего тому стало не по себе. – …более десяти лет тому назад.

Пару мгновений Мартен не знал, что ответить.

– Ладно, это не имеет отношения к моему сегодняшнему визиту, – наконец произнес он. – Вам известно, куда она направилась?