Кровь для Ворона
Шрифт:
— Подс-семьем правит Ш-шердэан, темный колдун, вс-се ш-шители подчиняютс-ся ему. Люди, я имею ввиду. Мы, духи, ш-шивем с-сами по с-себе, Ш-шердэан над нами не влас-стен. Только вот лилинам не повес-сло: не так давно в Подс-семье объявился водник и, поправ ус-сы родс-ства, с-сас-ставил лилинов с-слуш-шить с-себе. Есть тут и с-семляной маг, но он ведет с-себя с-смир-рно.
Великая Огния! Темный колдун, водник, земляной маг! Хорошая же компания собралась в этом Подземье!
— А людей здесь много? И откуда они взялись под землей? И эти ваши колдун, и водник, и земляной маг, откуда они здесь?
— Людей много, даш-ше с-слиш-шком. Ш-шныряют вес-сде, меш-шаютс-ся и боятс-ся вс-сего. Ш-шалкие с-сущ-щес-ства.
— Этот Шердэан очень силен?
— О да! Лучш-ше не попадайс-ся ему, Тиалин. Он подчинит тебя. Подчинит тем охотнее, что в Подс-семье нет ни одного огневика. Твой дар будет с-слуш-шить его темным целям.
— Каким целям, Эсстишш?
Даргон не ответил. Я не придала значения его молчанию и как выяснилось позже, очень зря!
— И что же мне делать дальше? — задумчиво протянула я, обращаясь больше к себе, чем к Эсстишшу. Ответ, тем не менее, получила именно от него.
— Добратьс-ся до какого-нибудь пос-селения людей, подальш-ше от Хрус-стального дворс-са, в котором обитает колдун, чтобы не привлеч-чь его внимания, и ш-шить там.
Хм, а в этом есть смысл. Жить в Подземье я, естественно, не собираюсь, а вот немного задержаться, разведать обстановку… Ведь подумать только! Целая подземная страна, о которой никто и слыхом не слыхивал! К тому же — я боялась поверить в такую удачу, но надеялась — вдруг жители Лиордама каким-то образом оказались здесь после землетрясения?!
— Пожалуй, так я и сделаю. А ты пойдешь со мной, Эсстишш?
Раздалось шипящее пофыркивание.
— Чтобы я пош-шел к людиш-шкам в пос-селение?! Нет уш-ш, с-сестра, не вс-сыщи. Но ес-сли тебе нуш-шна будет моя помощ-щь — с-сови и я приду.
— Спасибо тебе, Эсстишш! — от души поблагодарила я даргона. — Я рада нашей встрече.
— И я рад, Тиалин, что вс-стретил с-сестру по с-стихии. Береги с-себя!
Эсстишш объяснил мне, как добраться до ближайшего людского поселения и на этом мы с ним распрощались.
Кинув последний взгляд на разлом, через который я попала в Подземье, я застыла как вкопанная: отверстия в своде пещеры не было! Вот совсем! Надо мною всюду, куда ни кинь взгляд, простирались монолитные каменные своды.
— Эсстишш! — воскликнула я, надеясь, что мой новый приятель сможет объяснить это необъяснимое явление, но даргона в пещере уже не было тоже.
Я покачала головой и двинулась к одному из темных отверстий, которое должно было вывести меня к поселению подземных жителей. Нырнув в узкий лаз, я оказалась в извилистом подземном ходе с низким потолком и осклизлыми стенами, по которым лепились жирные коричневые слизняки. Заблудиться здесь было невозможно — никаких ответвлений этот ход не имел, и я быстро шла вперед, чтобы как можно скорее выйти к подземному озерцу, в котором, как поведал мне Эсстишш, водилась рыба. Голод же мой достиг того предела, когда готов голыми руками ловить эту самую рыбу и тут же сжирать ее, живую и трепещущую, вместе с чешуей и костями. Желудок мой при этих мыслях вывел очередную голодную руладу, и я ускорила шаг. Через некоторое время узкий коридор начал расширяться и вскоре вывел меня в пещеру, еще бОльшую, чем та, с которой началось мое знакомство с Подземьем. Я увидела вожделенное озеро с растущей по берегам чахлой растительностью странного бурого цвета и решительно направилась к нему.
Ну, рыба, держись! Голодный огневик идет!
Держаться, однако, пришлось мне. Часа два так, пока я не выловила-таки здоровенную рыбину со странным скошенным лбом и толстыми боками. Голыми руками поймала, между прочим! А
По крайней мере, все было не зря, и я выволокла свою добычу на берег с победным урчанием желудка. Так. Теперь остались сущие пустяки: почистить рыбу, выпотрошить и поджарить. Ну и ради чего все, собственно, и затевалось — СЪЕСТЬ! По последним двум пунктам вопросов у меня не возникало, а вот с первыми двумя пришлось повозиться.
Я перебрала кучу булыжников среди множества валявшихся вокруг, пока не нашла один с достаточно острым краем, которым я смогла с горем пополам счистить жесткую темно-серую чешую, а потом вспороть рыбехе ее толстое брюхо, чтобы извлечь из него все несъедобное. Наконец я справилась с этим и приступила к приятной части — жарке и поеданию. Я соорудила что-то вроде очага из камней (благо этого добра тут было вдоволь) и разожгла огонь (в очередной раз порадовавшись своей огневой мощи, а ведь раньше ругала и проклинала свой так не вовремя пробудившийся огненный дар). Наевшись до отвала жирного белого мяса, я почувствовала себя почти счастливой и, организовав вокруг себя небольшую огненную завесу (мало ли кто тут еще водится в этом подземелье), завалилась спать.
Глава 3 Прекрасная Ишнаис
Обнаженная Ишнаис стояла перед большим, во весь рост, зеркалом в золоченой раме и нежилась в умелых руках Кины, наносившей на ее тело розовое масло. Служанка то мягко массировала, то пощипывала нежную кожу принцессы, по воздуху плыл резкий, пьянящий аромат масла, а на кушетке сидела Энелза, не сводя с подруги завистливо-восхищенного взгляда. Все это доставляло Ишнаис острое удовольствие, и она не спешила приказывать одевать ее.
Руки Кины переместились на пышную грудь Ишнаис, и она прикрыла глаза, представляя, что это Ворон ласкает ее. Крупные темные соски затвердели от охватившего ее возбуждения и вызывающе торчали, чутко реагируя на прикосновения служанки.
— Довольно, — охрипшим голосом приказала она. — Неси одежду.
— Да, госпожа, — поклонилась Кина.
Пока служанка ходила за платьем, Ишнаис неотрывно смотрела в зеркало, оглаживая себя по бедрам, груди, животу. Розовое масло, моментально впитываясь, делало кожу нежной и ароматной и Ишнаис наслаждалась этим.
Энелза пожирала подругу жадным взглядом. А поглядеть, право же, было на что! Узкое лицо с острым подбородком, с чуть приподнятыми к вискам глазами цвета расплавленного золота, обрамленные длинными белыми ресницами, белые брови вразлет, точеный носик. Роскошная грива белоснежных волос. И, наконец, то, чему особенно завидовала тощая и плоская Энелза — фигура! О, стройная и гибкая Ишнаис была обладательницей весьма выдающегося бюста, роскошных крутых бедер, узкой талии и длинных ног. И все это было восхитительного смуглого оттенка. Мужчины провожали ее восхищенными взглядами, женщины — гримасами досады и зависти.
Сама Энелза обладала весьма заурядной внешностью. Худая и высокая брюнетка с почти отсутствующими женскими изгибами, которые так волнуют мужские умы. Или же не умы вовсе. Лицо симпатичное, но совершенно обыкновенное — увидишь такое и тут же забудешь. Единственное, что ей нравилось в собственной наружности, это губы. Полные, яркие, с чувственным изгибом. Но они только подчеркивали невзрачность и невыразительность всего остального.
«Ну почему, почему судьба так несправедлива ко мне? — с неукротимой завистью думала Энелза. — Почему этой мерзавке досталось все — красота, власть, богатство, могущество, а мне… мне… Но уж Ворона ей не видать! Костьми лягу, но не позволю Ишнаис завладеть им!»