Кротовский, побойтесь бога

Комаринский еще продолжал витиевато ругаться на том конце трубы, когда я отключил связь. Ну вот она ложка дегтя. Не бывает, чтоб везде было хорошо, где-нибудь обязательно должна случиться шляпа.

Уже ни от кого не скрываясь, активировал слияние и поднял челнок в воздух. После очередного повышения уровня он стал крупнее, мощнее и вообще солиднее. Крейсерская скорость выросла до двухсот пятидесяти километров в час. Со временем раскачаю до уровня боевых самолетов

пятого поколения. Буду летать на сверхзвуке и распугивать врагов одним только ревом двигателей. Хотя нет. Рева не будет. Челнок по-прежнему летает бесшумно.

Слетал за бабой Нюкой, а затем за Белкиной, взяв обеих на борт. Пассажирское сиденье после апгрейда расширилось. Две миниатюрные дамы вошли спокойно, можно было бы и третью уместить. Только я не кататься их повез. Мне нужны мастер печати и привратник, чтобы утвердить последний портал.

В конце концов короткий путь в Африку царю тоже может быть полезен. Подвинет европейских колонизаторов. Африка — континент перспективный. А главное мы добрались до черного континента за три с половиной часа.

И это еще с учётом трех перевалок у портальных переходов. Сквозь порталы челнок не пролетает. Нам приходилось спешиваться и проходить на своих двоих… если не считать Ныра, который преодолевал портальные арки на своих четырех.

Пока летели, я имел возможность оценить размах дорожно-строительных работ. Тут реально несколько тысяч человек работает. Не только просеку рубят и пни корчуют. В нескольких местах видел возводящиеся мосты, а еще дорога обносится крепкими высокими ограждениями от тварей Изнанки. Чесслово, я бы такую стройку не потянул.

Прибыв на место, оставил бабу Нюку с Белкиной заниматься порталом, а сам задействовал свои картографические способности. Ну что сказать, мы действительно в Африке, где-то в центральной ее части… вот так вот «…вне графика случилося несчастье…» Я бы даже сказал ближе к западному побережью. Плюс-минус лаптем по карте примерно в районе Анголы.

Ну… это уже пусть у царя-батюшки голова болит, как континент осваивать. А я тоже без прибыли не останусь. Шутка ли, три часа лету до Анголы. На машине можно будет за сутки добираться. Ближе, чем до Москвы.

Решил прогуляться по Африканским просторам и почти сразу наткнулся на огромную кучу говна. Ныр принюхался и со знанием дела сообщил:

— Слон насрал.

— Без тебя мы бы не догадались, — вставил Гамлет брезгливо.

— Никогда не охотился на слонов, — благодушно настроенный Ныр подколку Гамлета пропустил мимо ушей.

— Серый, ты сам уже почти размером со слона. Это будет неспортивно.

— И то верно, — согласился волк.

Дальше гулять стало неинтересно. Мы вернулись к порталу, где Белкина ставила заключительный аккорд, накладывая портальную печать.

Вернулись в резиденцию уже под вечер вместе с Маргушей.

Она сказала, что срочных дел в Белково у нее нет, и пожелала остаться со мной. Я этому только рад, хотя… если говорить начистоту, еще не вполне свыкся с мыслью, что она теперь моя невеста.

А через некоторое время ко мне в кабинет вошла Анюта, держа перед собой мобилу в вытянутой руке, словно что-то живое и опасное. Зрачки у нее слегка расширены от страха.

— Ань, ты меня не пугай. Что случилось?

— Сережка, это Москва. Имперская канцелярия.

Что поделать. Держать ответ перед царем по-любому придётся рано или поздно. Уж лучше рано. Вздыхаю и беру у Анюты трубку:

— Слушаю.

— Нет, Кротовский, это я слушаю, — сразу узнаю голос самодержца всея Руси, — Ты картограф или кто?

— Картограф, ваше величество.

— А как же ты вместо Индии в Африку попал? Они ж даже не рядом. Между ними целый океан, — разоряется царь, — В конце концов Индия — это ж не кочка на болоте. Как можно мимо нее промахнуться?

Мне пришлось слегка отстранить мобилу от уха, чтобы поберечь барабанные перепонки.

— Ваше величество, Колумб тоже в свое время промахнулся. Никто же на него не в претензии.

— А я в претензии, Кротовский, я в претензии! Лучше бы он эту блуду вовсе не открывал… ладно, — смягчился царь, — Сперва хотел тебя орденом наградить, но в итоге решил ограничиться строгим выговором.

Довольный собственной шуткой Петр Алексеевич хохотнул и соизволил отключиться, а я с облегчением выдохнул. Ну, не так уж все плохо прошло. Я и так невозможное сделал. Протянул через три Изнанки путь до Африки. Аналогов в мире не существует.

— Кротовский, — Белкина накрыла ладошкой мою руку, — Это тебе царь звонил?

— Он самый.

— Ругался на тебя?

— Не особо. Даже наградить хотел.

— Хорошо… Кро… Сергей, уже поздно. Пойдем спать?

— Пойдем.

— А можно я с тобой лягу?

— Можно конечно. В Киртасе ты и так со мной ложишься.

— Ну… то другое, — Белкина шмыгнула носом и вздохнула.

Мы залезли под одеяла в моей большой постели. Белкина начала со мной пылко и неумело целоваться, но когда я попытался стянуть с нее ночнушку, вдруг стала зажиматься.

Я не стал настаивать. Она ж девчонка еще фактически. Восемнадцать лет. С мужчиной ни разу не была. Ее еще всему учить. Напоследок чмокнул Белкину в щеку и отодвинулся.

Так мы и пролежали молча до перехода в мир Киртасы, где снова оказались рядом только теперь в одной палатке.

— Кро… Сергей, — Белкина приподнялась на локте и виновато на меня посмотрела, — Извини.

— За что?

— Ну я испугалась… хочешь, я сейчас разденусь?

— Не надо, Маргуша. В горах ночью холодно. Не страшно. Не последний же раз. Не переживай.