Кромка
Шрифт:
«С чего бы начать?» — подумал я, и в этот момент пришло ощущение, что за спиной кто-то есть. При этом опасности не было. Но на всякий случай я хотел сделать шаг в сторону. Вот только не успел.
Кто-то обхватил меня за плечи, и я сделал первое, что пришло на ум, ударил ногой назад, попал по колену незнакомца и выкрутился из захвата. После чего разорвал дистанцию, оглянулся и увидел перед собой Мишу Ковпака. Потирая колено, он улыбался, и я услышал от него:
— А ты подрос, Олег. Стал резче, сильнее и быстрее. Моментально вырвался.
Я тоже улыбнулся
— Жизнь заставляет быть резким.
— Ну, здравствуй, потеряшка. — Миша шагнул ко мне и протянул руку.
— Здравствуй, повольник.
Мы обменялись рукопожатиями. Молча присели за свободный стол, и Миша спросил:
— Как ты? Где сейчас?
— Нормально. Стал учеником ведьмака. Прибыл вместе с ним в Каменец.
Повольник напрягся, улыбка сползла с его лица, и он смерил меня долгим взглядом. Я это, конечно, заметил и спросил:
— Тебя напрягает, что я ученик Вадима?
Он покачал головой:
— Ты же знаешь, я ведьмакам не доверяю. А тут еще слушок появился, что сейчас Вадим Рысь хозяйничает в крепости…
— Это так. Но не во всей крепости, а только в Тайной канцелярии.
— Значит, он разгромил сыскарей?
— Разгромил их новый князь, а ведьмак пользуется моментом.
— А что потом? Он объявит себя соправителем нового князя?
— Чушь. Откуда такие домыслы?
— Люди говорят. И у нас многие повольники этому не рады.
— Миша, ты опытный человек. Хватит слушать, что кликуши болтают. Ведьмак здесь не задержится. Веришь мне?
— Верю.
— Тогда замнем тему. Лучше расскажи, что у тебя.
Повольник пожал плечами:
— У меня все просто. Оклемался, Елена выходила. Потом узнал, что тебя выгнали, и с Германом поругался. До конца контракта дотянул, получил расчет и ушел из отряда.
— Из-за меня?
— Нет. После пропажи Кольца с Германом что-то произошло. Он сильно изменился. Стал орать не по делу, постоянно срываться и много пить, а люди это видели и уходили. Короче, был отряд — и нет его. С Германом остался костяк, и они сейчас в казарме. Сидят и пьют. Немного протрезвеют — и снова в запой. Карпыч пытался с командиром поговорить, но нарвался на разнос, обиделся и заперся в каптерке. Такие вот дела.
— А с Еленой что?
— Она тоже из отряда ушла. Сейчас в группе Колонтаря. Хороший вояка, правильный. Так что за ведунью переживать не стоит.
— А у тебя какие планы теперь?
— Пока не знаю. Здоровье восстановил, деньги есть, оружие сохранил. Теперь ищу, куда бы пристроиться. Есть хорошее предложение, к Лису в отряд пойти, командиром группы. Наверное, соглашусь.
— Володя Лис?
— Он самый.
— У него же осенью только несколько человек было. Откуда отряд?
— Лис удачно в горы сходил. Разгромил две разбойничьих шайки и взял хороший хабар, а еще получил награду от алексеевских и каменецких купцов. В город неделю назад вернулся и сразу объявил о создании своего отряда. Набирает всех, и старых повольников, и молодых. Но только правильных мужчин, чтобы не наркоманили и не бухали.
— Ясно… — протянул
— Знаю. А зачем он тебе?
— Дело к нему есть.
— Серьезное?
— Не очень. Хочу пару вопросов задать.
— Тогда бери две бутылки водки и пойдем. Эрнесто спился.
— Как Герман?
— Герман отойдет, попомни мое слово, он крепкий. А Эрнесто из ямы уже не выберется. Раньше удачливым командиром был, в дальние рейды ходил, а потом узнал, что у него рак, и не смог с этим справиться. Ему недолго уже осталось. Он в казарме Ждана, своего бывшего бойца, комнату занимает. Держат его из жалости, а он пьет или дурман-траву курит. Впрочем, про него давно ничего не слышно. Может, уже помер.
— Ты меня к нему проводить сможешь?
— Без проблем.
Я купил две бутылки беленькой местного производства, и мы отправились в казарму Ждана. Мишу знали, он среди повольников человек известный, и нас пропустили на этаж.
Ковпак остановился перед дверью в отдельный кубрик и постучал. В ответ сиплый голос:
— Кто?!
— Эрнесто, открывай. К тебе гости. Миша Ковпак. Помнишь такого?
Щелкнул замок, дверь открылась, и на пороге возник повольник. Самый обычный. Поджарый брюнет в чистой «горке». На алкоголика или смертельно больного человека не похож. Только лицо имело желтоватый оттенок, а под глазами темные круги.
— Чего надо? — Хозяин комнаты посмотрел на Ковпака.
— Мы тебе выпить принесли. — Миша кивнул на меня.
Эрнесто кинул взгляд на бутылки, которые я держал, и сглотнул слюну, дернув кадыком. Ему хотелось выпить. Однако он смог сдержаться и покачал головой:
— Я завязал. Если это все, ради чего вы пришли, то проваливайте.
Сказав это, он попытался закрыть дверь, но я подставил ногу и вмешался в разговор:
— У меня к тебе дело есть.
— А ты кто такой? — Эрнесто посмотрел исподлобья.
— Олег Курбатов. Ученик ведьмака Вадима.
— Ишь ты… — Он усмехнулся, а затем освободил путь в комнату. — Заходи, ученик.
Я прошел в комнату, в которой недавно прибирались, и присел у окна. Миша разместился рядом, ему было интересно, о чем пойдет речь, а прогнать его не было повода. Опять же дело у меня не секретное. Так что пусть слушает.
— Чего надо? — Эрнесто плечом прижался к стене и сверху вниз посмотрел на меня.
— Сразу к сути?
— Да. Мой срок жизни уже отмерен, и тратить время на пустой треп не желаю.
— Жезл жреца, который ты продал купцу Онуфриеву, помнишь?
— Помню. Продешевил тогда. Причем очень сильно. Купец, падла, цену сбил, сказал, что бриллианты плохие. А я ему еще должен был. Вот за малую цену артефакт и отдал. Зато он долг списал. А почему спрашиваешь?
— Моего учителя интересует, где ты его взял.
Эрнесто пожевал губами, помолчал и махнул рукой:
— Ладно. Сейчас уже можно сказать. Но за информацию хочу денег.
— Сколько?
— Десять рублей дашь?