Кромка
Шрифт:
«Ступай смело», — возразил ему второй.
— Была не была… — прошептал я и шагнул вперед.
Темнота. Ни видно ни зги, и я падал в бездну. Полет быстрый, и в животе комок. Но продолжалось это недолго, и спустя несколько секунд я оказался в теле другого человека, подростка. Его мысли стали моими. Его тело — словно мое родное. Его желания неотделимы от моих. Полное слияние и, как ни странно, комфорт. А затем меня накрыло видение…
Первым врагов почуял отец, и, подняв голову к темным небесам, он завыл.
Протяжный волчий вой разбудил
Вырвавшись из рук матери, по узкой лесенке я взобрался на крышу и сквозь щели видел все, что происходило снаружи.
— Кайда! Бей! Убивай! — кричали бородатые наемники и рубили приютивших нашу семью крестьян.
Вот один упал. Следом второй. А за ним третий. Повсюду кровь. Крики и звон металла. Отсвет факелов и блеск стали.
Деревенские жители, мирные люди, ничего не могли противопоставить опытным головорезам, и только отец да дядька Сигурд, местный староста, оказали достойное сопротивление.
Прыжок! Отец в волчьем обличье упал на врага, и его клыки, проскользнув между нашлемным ремнем и кольчугой, рванули горло наемника. После чего он сразу отпрыгнул в сторону, увернулся от секиры следующего противника и снова прыгнул.
Толчок! Человек упал, а отец ворвался в гущу врагов, смешал их ряды и затормозил.
Этим воспользовался дядька Сигурд, богатырь под два метра ростом, с полутораручным прямым мечом. Одним ударом он снес с плеч голову ближайшего наемника, отбил удар другого и закричал:
— Кто вы?! Зачем пришли?! Что вам нужно?!
На миг наступило затишье. Наемники, которых было не меньше четырех десятков, окружали небольшую площадь, и вражеский предводитель, такой же здоровяк, как и Сигурд, ответил:
— Отдай нам оборотня!
— Нет!!! — проревел староста, а потом посмотрел на крупного серого волка, который встал с ним рядом и усмехнулся: — Вот и все, брат. Прощай.
Отец и Сигурд стали побратимами после сражения под Вайлой. Тогда на огромном поле под стенами древней цитадели сошлись две сильные армии. Одна под знаменами императора Рангольфа, а вторая — под стягами морских лордов. Рубка была страшная, и в ней участвовали не только люди, оборотни, вампиры, эльфы, гномы и циклопы, но и последние чародеи империи. До сих пор, как поговаривают, в том краю земля — словно стекло. И тогда ни одна из сторон не смогла сказать, что победила. Именно там встретились мой отец, волкодлак на службе императора, и Сигурд, его гвардеец. Именно там они спасли друг другу жизнь и побратались кровью. Поэтому после нашего бегства из империи и долгих скитаний отставной воин принял беглого оборотня и его семью в своей деревне. Отец считал, что здесь, в глуши, нас никто не найдет и мы будем в безопасности. Но он ошибался. За нами все-таки пришли.
— Это твое последнее слово?! — спросил
— Да! — Сигурд вскинул меч.
Бой продолжился. Защелкали арбалеты. Староста отбил два болта, он был очень силен и ловок, сказывалось гвардейское прошлое. Но его земляки пали все до единого. Крестьяне погибали, и отец снова бросился в гущу врагов. Он рвал охотников и сбивал их с ног, а Сигурд шел следом и сеял смерть. Они были великолепны. Настоящие воины. Вот только силы оказались неравны. Слишком много врагов, и с ними был чародей.
Неожиданно затрещал воздух, и в Сигурда, который схватился с командиром наемников и почти одолел его, вонзилась молния. Она ударила ему точно в голову, и через секунду на землю упал обугленный череп.
— Осторожней! — Вожак наемников, которому тоже досталось и опалило лицо, отскочил в сторону.
В этот момент ему на шею обрушился волкодлак. Но броня прикрыла врага. Отец не смог его убить и не успел отскочить. На него опустилась секира, и она перерубила волку хребет.
Наемник и отец упали. Однако враг не пострадал, а волколак уже не мог сопротивляться, и вскоре его добили. За задние лапы отца оттащили в сторону, и оружие врагов рассекло его тело на части. Враги торопились, ибо знали, что такое возрождение волколака, и сделали все быстро.
— Ублюдки! — Командир отряда поднялся. — Не убивать оборотня! Он нам живой нужен! Я же предупреждал!
Он кричал и ругался зря. Было поздно. Отец погиб, и его бросили на площади, рядом с телом старосты, а наемники стали вламываться в дома.
В нашу избу они проникли почти сразу. Дверь хлипкая, и запор вылетел моментально. Мать ударили по лицу, и я, схватив обмотанный веревкой обломок косы, спрыгнул на воина, который это сделал. Я не думал про опасность. Кровавая пелена затмила мой взор, ведь ударили самого дорогого мне человека, и стальная полоска вонзилась наемнику в глаз.
— Сучонок! — Одной рукой прикрывая окровавленную глазницу, другой он отбросил меня и, столкнувшись со стеной, я потерял сознание.
Когда очнулся, то увидел рядом с собой вражеского командира и надменного бледного чародея в коричневой мантии. Но это не главное. Для меня. Я слышал крики матери и, с трудом повернувшись набок, увидел ее. Она лежала на полу. Платье разорвано, и маму держали за руки сразу два наемника, а еще один, со спущенными штанами, навис над ней и хватал за грудь.
— Не смотри… Не смотри… — зашептала она, заметив мой взгляд.
Я отвернулся и почувствовал, что меня схватили за рубаху.
Короткий полет, и я оказался за дверью, упал на окровавленную землю, прокатился по ней и замер без движения. Кругом крики женщин, плач детей и смех наемников. А потом я услышал голос вражеского командира:
— Господин Туайли, вам нужен этот волчонок?
Краткая пауза, рядом остановился чародей, и раздался его голос, скрипучий и неприятный:
— Нет, капитан Иорик. Это полукровка. Он мне не интересен. Можете забирать его себе, а лучше убейте.