Кромешник. Том 1
Шрифт:
Монстр, вылезший наполовину из воды, оказался огромным, размерами напоминая двухэтажный дом, страшным до жути, но, когда я заглянул в его глаза, отчетливо понял, что этот обитатель Кромки полностью разумен.
— Волховец, — прошептал благоговейно Фрол и опустился на колени, чуть ли не молясь явившемуся перед ним божеству.
Почему божеству?
Да потому, что это мифическое существо действительно являлось Богом-оборотнем, который погиб в неравной битве с нечистой силой.
Микола тоже последовал примеру собрата и бухнулся
— Точно! — стукнул себя по лбу.
Волховец же покровитель всех оборотней, вот они сейчас как блаженные и выглядят, хорошо хоть башкой о землю не бьются.
Интересно, откуда Волховец получает силу? Нужны ему жертвоприношения или нет?
На всякий случай отодвинулся подальше от берендеев, а то, кто их знает, что взбредёт в голову «блаженным».
Я падать на колени не собирался даже перед Чуром, поэтому, лишь склонил на пару секунд голову, тем самым выражая почтение.
На задворках памяти что-то мелькнуло, и я вспомнил, что видел бога-оборотня раньше.
Не в жизни, а в своем сне или лучше сказать в полубреду, когда отключился у постели умирающей бабки. Он был в моих видениях, и так же как все остальные монстры, чего-то ждал, с надеждой смотря на ещё молодую, полную сил Стефанию.
Сейчас Волховец глядел на меня, правда в его взгляде читались совершенно иные эмоции. В них не было агрессии или желания разорвать на куски, скорее, древнее божество или точнее — его дух, обитающий на Кромке, присматривался ко мне, определял: стою ли я его внимания, смогу ли быть полезным, не являюсь ли угрозой для его существования. Он измерял мою силу, прошивая насквозь своим взглядом, словно препарировал лягушку.
Я не двигался, давая Волховцу сделать собственные выводы, и в ответ, не мигая смотрел в глаза древнего существа.
Зачем мне жмуриться от страха, которого я не испытывал или отводить взгляд, как провинившийся школьник?
Правда и вперед, по направлению к Волховцу, я не сделал ни шага. Разумная осторожность всё же не помешает. На таком расстоянии от озера, бог-оборотень, если захочет навредить, не сумеет меня достать.
Прошло минут пять, и я мог поклясться, что на морде Волховца проступило скорбное выражение, а у меня в голове зазвучал его голос.
— Значит, Стефании больше нет. Надеюсь, она упокоилась с миром, если такое можно сказать о ведьме.
— Да, — ответил также мысленно.
— Молодой, зелёный, — вновь прошелестел голос, — Эх, опять всё сначала. Опять придётся ждать. Надежды всё меньше. Берегись его, Кромешник, ибо он придёт. Смотри в оба, иначе окажешься мертв раньше, чем успеешь войти в силу.
— Кто придёт? — успел спросить я, как Волховец начал погружаться обратно в воду.
— Бр-р-ау-сс-ррр, — раздалось неразборчивое.
— Да погоди ты! — прокричал в слух, пустившись бегом к кромке озера, — Кто придёт? Кого опасаться?
— Кромешник! Алексей,
— Да чтоб тебя! — рухнул на колени у самого озера и ударил кулаком по воде, от которой в разные стороны разлетелись брызги, — Вернись и ответь нормально!
Вот только дух древнего божества даже не думал вновь показываться на поверхности озера.
Нахрена было вообще появляться: сначала пугать огромной волной, а потом говорить загадками?
— Алексей, — подоспели за мной берендеи, — Неужели Волховец с тобой разговаривал?
— Угу, — буркнул злобно, — Только толку… тьфу, — сплюнул от досады.
Почему-то казалось, что тот, о ком предупреждал хозяин Ильмень-озера и есть мой заклятый враг. Именно он убил Светлану и намеревался разделаться со мной, а значит, я просто обязан был узнать его имя. Выяснить, с кем придётся сражаться, и кому я пообещал отомстить за смерть жены, а ещё… этот кто-то очень не нравился Волховцу, да и Стефания о нём знала не понаслышке, только почему-то ничего не сказала.
Не успела?
Вряд ли.
Ведь когда разговор зашел об убийстве Светы, баба Стефа смолчала, заявив, что не знает, кто именно мог быть причастен к её смерти.
Почему?
Потому что не хотела говорить, опасаясь, что я сразу ломанусь мстить и сам огребу по первое число?
Вполне может быть. Я ведь, так бы и поступил, наплевав на последствия. Это сейчас, разобравшись в всём, отчетливо понимаю, что лезть напролом было глупо. Прихлопнули бы, как надоедливую муху, начни я совать нос куда не надо.
Вообще, происходящие со мной события начали складываться в очень интересную картину, и эта картина мне с каждым разом всё больше не нравилась.
Ладно, буду разбираться по ходу дела.
— О-оо, нашёл, — радостно воскликнул Фрол, склонившись к земле, а затем, распрямился, держа в руках траву странного фиолетового цвета с одной стороны и зелёную с красноватыми прожилками — с другой.
— Отлично, поздравляю, — хлопнул берендея по плечу и пошагал вперед.
Орлинник нашелся почти сразу, как только мы отошли метров на триста от озера, чему я очень обрадовался. Осталось ненадолго заглянуть в ближайший лесок за парой растений.
Идущий рядом со мной Микола пыхтел, вздыхал, открывал рот, выдавливая нечто нечленораздельное, но никак не решался заговорить, а потом всё же выдал:
— Алексей, Волховец явился нам неспроста. Это знак! Знак того, что мы просто обязаны посетить Ратмира и предупредить его о надвигающейся опасности.
— Нет, ну вот где связь между этими событиями, ума не приложу, — проворчал мысленно, а вслух произнёс совсем другое, уже чувствуя, куда клонит берендей: — Какой опасности?
— Той, которая исходит от вурдалаков. Верховный вожак должен знать, что замышляют кровососы и быть готовым к тому, что они попытаются украсть горюнь-камень и развязать войну.