Кризис личности
Шрифт:
Глава 6
Лежа на больничной койке, Харолд В. Смит выслушивал обвинения федерального судьи.
Он был в сознании. Об этом говорили его глаза. Вызванный врач подтвердил, что Смит все понимает хотя и не может двигаться. Впрочем, он может моргать глазами: один раз — значит «да», два раза — едет".
Прошло уже полдня. Полдня с того самого момента, как объединенные силы УБН и ФНУ сломили практически не существующую оборону Фолкрофта. Полдня с той минуты, как мастер Синанджу предотвратил самоубийство президента
Возможно, именно при мысли об этом последнем сокрушительном провале во рту у Смита все пересохло. А может, впервые мелькнуло подозрение, что новый Президент решил таким образом разделаться с КЮРЕ.
Теперь оставалось только гадать. Как бы то ни было, пилюля застряла в его пересохшем горле. Своими манипуляциями Чиун вытолкнул ее наружу и этим бездумным поступком лишил Смита шанса разом решить все проблемы.
Теперь вот он лежит парализованный. И это еще одно свидетельство дальновидности мастера Синанджу. Ясно ведь, что если Смит будет в состоянии покончить с собой, то он изыщет способ — любой способ — так и сделать.
Однако по мере того как федеральный судья монотонно предъявлял обвинения, перечисляя нарушенные параграфы, разделы и подразделы Налогового кодекса, до Смита стал доходить весь абсурд происходящего.
Они считают, что он занимается чем-то вроде торговли наркотиками и отмывания денег. Что за нелепая идея?!
— Сюда относится сознательное сокрытие дохода в двенадцать миллионов долларов, тайно переведенных на банковский счет Фолкрофтской лечебницы — счет, находящийся в вашем полном распоряжении, доктор Смит. Не было объявлено о переводе денег, и не было произведено установленных законом налоговых отчислений. Итак, вам предъявлен перечень обвинений. Вы признаете себя виновным? Если признаете, моргните один раз, если не признаете — дважды.
Смит моргнул дважды.
— Так как вы лишены возможности воспользоваться правом на юридическую помощь, я помещаю вас под домашний арест. Независимо от обстоятельств вам теперь запрещено покидать это помещение.
Я ведь полностью парализован, пронеслось в голове у Смита. О чем только этот человек думает?
— Я удовлетворил ходатайство Федерального налогового управления о полном оперативном управлении данной больницей на период до начала процесса. Конечно, вы вправе представить в налоговый суд соответствующую петицию, если считаете эту меру чрезмерной или необоснованной.
Смиту прямо-таки выть хотелось.
Ведь они обыщут Фолкрофт в поисках контрабанды — если уже не обыскали — и найдут компьютеры КЮРЕ. Конечно, вся содержавшаяся в них информация стерта, но все равно возникнут вопросы, на которые нет ответа. А рядом с компьютерами находится золото, принадлежавшее Другу. Его сохранность с помощью Римо и мастера Синанджу является гарантией того, что у КЮРЕ в предстоящем финансовом году будут
Точно так же, как невозможно объяснить появление двенадцати миллионов долларов на банковском счету Фолкрофта.
Только теперь Смиту стало ясно, что это не простое совпадение.
Получается, что одновременно с попыткой нейтрализовать КЮРЕ с целью шантажа банковской сети США Друг, эта алчная сверхбольшая интегральная схема, сумел проникнуть в компьютерную базу данных Федеральной резервной системы. По всей стране с банковских счетов стали исчезать деньги, включая и оперативный фонд КЮРЕ в «Гранд Кайман траст» на Каймановых островах в Карибском море.
Перед тем как обезвредить Друга, Смит заставил его восстановить все счета. Забыл только о пропавших деньгах КЮРЕ. Вот этот-то серьезный недосмотр и привел к вмешательству налоговой службы.
Теперь Смит знал, куда делись пропавшие фонды: Друг перевел их на счет Фолкрофта. Что ж, грамотно — последний укус скорпиона. Однажды ФНУ уже проверяла Фолкрофт. Мерзкая микросхема спровоцировала еще одну проверку.
Несомненно, Друг навел на след и УБН.
Таким образом, из своей электронной могилы Друг сумел отомстить КЮРЕ и лично Харолду В. Смиту.
А как еще объяснить внезапное появление двенадцати миллионов долларов на счету тихой частной больницы? Само собой, банк, где находился этот счет, тоже подвергался особо тщательной проверке.
С КЮРЕ теперь покончено. Навсегда.
Харолд В. Смит, словно в заточении, лежал на больничной койке, страстно желая, чтобы к нему вернулись силы и он тоже мог покончить с собой.
Однако только мастер Синанджу способен был исполнить это желание.
Джек Колдстад никак не мог понять, что здесь за бедлам.
Спустя шесть часов после начала работы стало совершенно ясно, что Фолкрофтская лечебница — по крайней мере внешне — действительно функционирует как частная больница. Пациентами были в основном престарелые хроники из богатых семей, готовые лелеять свою болезнь до скончания века.
Существовало и психиатрическое отделение для душевнобольных. Туда Колдстад еще не заглядывал, а отправил вместо себя подчиненного: не очень-то Джек хотел общаться с подобными людьми. У него и так проблем хватает.
Прежде всего — паралич, разбивший доктора Смита. Никто из врачей Фолкрофта не понимал, в чем дело. Директор лечебницы явно был в сознании, лежал с открытыми глазами, но не мог даже пальцем шевельнуть. Видимо, что-то психосоматическое, решил Колдстад. Поэтому, когда никого поблизости не было, он проскользнул в палату Смита и уколол его в щеку иглой.
Смит даже не вздрогнул, только яростно захлопал глазами и с ненавистью посмотрел на Колдстада.
Чтобы полностью исключить сомнения, Колдстад уколол парализованного пару раз в самые чувствительные места — результат остался тот же.