Кризис империи

Дрейк Дэвид Аллен

И даже если никто его не выдаст и все расскажут одну и ту же историю о его невиновности, оплошность с основными двигателями наверняка завершит его карьеру - если не его жизнь вообще.

– Включите электромагнитные экраны на полную мощь, - приказал он сектору зашиты.

– Идем низковато, не так ли?
– с ленцой в голосе протянул полковник Бернуа.

– Именно так.

– Может быть, вам стоит поразмыслить над тем - это просто так, досужие рассуждения, - саркастически сказал полковник, - чтобы

развернуть корабль, направить дюзы маршевых двигателей вниз и вывести нас обратно на орбиту?

– Я бы поразмыслил над этим, полковник, да вот только эта драгоценная навозная куча транзисторов и плат памяти, которую вы называете компьютерной системой, кажется, все еще не может разблокировать подсистему управления двигателями.

Он указал на табло индикаторов двигателей установки, сплошь покрытую красными огоньками.

– Ну, вы же не собираетесь посадить бомбардировщик класса «Дипломат» на планету!

– Замолчите! Если бы у вас на этой лохани был работоспособный инвертор, мы бы сделали все шутя. Но у вас его нет. Поэтому мы камнем идем вниз. По крайней мере, наши защитные экраны поглотят высокую температуру от трения об атмосферу и максимально нейтрализуют воздушную болтанку.

– Меня не столько волнует нагрев или болтанка, сколько дыра, которую мы проделаем в конце нашей дикой скачки. Корабль таких размеров даже не оснащен посадочными лапами.

– Именно. Поэтому вы можете потерять несколько нижних палуб, - проговорил сквозь зубы Туэйт.
– Я предлагаю вам пойти и самому отвести персонал на верхние палубы и приказать людям забраться в противоударные капсулы. Так они проживут дольше.

Он перенес свое внимание на остальных членов экипажа мостика.

– Штурманская! Под каким углом этот чертов остров?

– Восемьдесят восемь градусов, капитан. Мы прямо над ним.

– Защита! Откройте орудийные просветы в носовой части.

– Нагрев корпуса, сэр!
– напомнил ему лейтенант за пультом управления.

– Ну так что же, пускай корпус немного нагреется. Нам все еще надо выполнять поставленную задачу. Орудия! Выбрать цели по склонению минус девяносто. Ничего с размерами меньше транспорта класса «Е»- согласно приказу губернатора.

– Слушаюсь, сэр! Три цели в радиусе поражения, быстро приближаются.

– Беглый огонь!

Батареи бомбардировщика открыли стрельбу. Туэйт ощущал под ногами легкое подрагивание, но было ли это результатом выстрелов или же это реакция корпуса на первый контакт с плотными нижними слоями атмосферы, он затруднялся сказать.

– Цели открыли ответный огонь, сэр.

– Понятно. Не давайте им расслабиться. Штурманская, каков наш… м-м… уровень?

– Над поверхностью планеты, сэр?

– Да.

– Приборы показывают - двадцать восемь километров, сэр.

– Скорость снижения?

–

Сейчас пятьсот сорок восемь метров в секунду, сэр. Пятьдесят одна секунда до контакта с поверхностью.

– Вспомогательные двигатели на полную мощность, если удастся.

– Есть полная мощность!

Туэйт шумно выдохнул.

– Спасибо, Кали, - пробормотал он.

– Скорость падения снижается. Сейчас она уже составляет двести тридцать один метр в секунду. До контакта с поверхностью сто тринадцать секунд.

– Продолжайте работать вспомогательными. Орудия! Увеличить фронт стрельбы. Выбирайте укрепленные цели на самом острове: пушечные батареи, генераторы поля, установки связи. Однако избегайте стрелять по докам и энергетическим центрам. Корректируйте огонь по навигационным картам крепости, занесенным в память компьютера.

– Есть, сэр.

– Сэр!
– позвали из центра управления орудиями.
– Сбит один корабль.

– Превосходно. Продолжайте стрелять.

«Брошь» неслась вниз, скорость ее больше не менялась, корабль стрелял почти беспрерывно по острову и его защитникам. Они уничтожили еще два корабля в воздухе и не меньше трех - на поверхности. Через минуту на мостике вновь появился полковник Бернуа.

– Капитан, могу я предложить вам…

– Что именно?

– …удалиться в центр управления орудиями и дать экипажу мостика возможность разместиться в противоударных капсулах?

– Хорошая идея. Куда мне идти?

– Сюда, в центральную шахту.

– Орудия, прекратить огонь! Защита, установить сплошное поле. Поставить на максимальную мощность и радиус. Затем всем покинуть мостик. Хорошо поработали, ребята!

– Идемте!
– потащил его Бернуа.

Противоударное оборудование в центре управления орудиями было старомодно до примитива: стальной кокон с помещенной внутрь мембраной, в который накачивалась вязкая жидкость под давлением три атмосферы. Резиновая маска закрывала лицо, подавая дыхательную смесь. Как только человек занимал место и внутрь накачивалась жидкость, кокон начинал вращаться и устанавливал ось тела под прямым углом к вектору столкновения. Это распределяло силу удара по максимально широкой поверхности - точно так же распластывается дзюдоист, когда падает.

– Выдержат эти штуки столкновение при скорости восемьсот километров в час?
– спросил Туэйт, уже наполовину забравшись в капсулу. В одной руке он держал маску, носком ботинка ощупывал внутренность мембраны.

– Лучше, чем мой корпус, - огрызнулся Бернуа.

Колпак кокона опустился на гидравлических шарнирах. Огромная мягкая рука охватила Туэйта, поднимаясь от стоп к коленям, к пояснице, груди, шее и плечам. Жесткие края маски давили ему на лоб и подбородок. Из маски в лицо дул прохладный ветерок.