Кристофер Робин

Рудник Элизабет

– Эм-м, давайте пройдём к вам в кабинет? – наконец сказал Джайлс, переступив через образцы и удаляясь от группы старших разработчиков.

Кристофер последовал за ним, предварительно одарив коллег предупреждающим взглядом. Он знал свою команду. Стоит двери его кабинета захлопнуться, как они тут же ринутся к ней, чтобы подслушать их разговор.

И действительно, не успела дверь полностью закрыться, как все, навострив уши, столпились у кабинета.

Оказавшись в кабинете Кристофера, Джайлс не

стал терять ни минуты и сразу перешёл к делу. Он понимал, что показал себя полным идиотом, поэтому в его интересах было как можно скорее покинуть этот ужасный отдел.

– Мы только что получили отчёт по продажам, – сказал он, протянув Кристоферу коричневую кожаную папку, и вальяжно уселся в кресло.

С нехорошим предчувствием Кристофер открыл папку и стал просматривать бумаги. Со страниц отчёта на него обрушился поток чисел, написанных чёрным и красным, но в основном красным цветом. Кровь отхлынула от его лица. В кабинете вдруг стало страшно душно и трудно дышать. Просунув два пальца под узел галстука, Кристофер попытался ослабить его удушающую хватку. А затем тоже упал в кресло.

У дверей кабинета команда во все глаза наблюдала за происходящим.

– Не то чтобы я эксперт по языку тела, – сказал Лидбеттер, глядя на своего начальника, – но могу сказать...

– Что плохи наши дела, – закончил за него Баттерворт.

Голсворси, до которого по традиции то, что происходит, доходило последним, попытался подобраться поближе.

– О чём они говорят? – спросил он. – Я не слышу.

– Не волнуйся. Я умею читать по губам, – сказала Макмиллан, надевая очки и сильно щурясь. – Ну, за дело.

Все тяжело вздохнули, а Кристофер и Джайлс продолжили свою «приватную» беседу. А точнее, Кристофер продолжил переживать, а Джайлс продолжил бросаться угрозами.

– Как же так вышло? – спросил Кристофер, запустив руку в волосы.

Он никак не мог в это поверить. Ведь они без устали следили за эффективностью. Все точки над и были расставлены. Всё было неоднократно перепроверено. При малейшем намёке на «эффективность Кристофер бы непременно внёс соответствующие поправки в план закупок.

Да, безусловно, времена были тяжёлыми. У людей не было денег. Война губила не только на поле битвы. Большей части населения было не до роскошных покупок. Но...

– Ты мне скажи, – ответил Джайлс, прервав размышления Кристофера. – Это ты специалист по эффективности. Из всех предприятий моего отца в «Саквояжах Уинслоу» дела обстоят наихудшим образом. К моему стыду, разумеется... – Он опустил взгляд на руку и внимательно изучил отполированные ногти. (Разве так ведут себя люди, сгорая от стыда?) – Короче говоря, нам надо сократить издержки.

Кристофер с трудом заставил себя не закатывать глаза. Дела и без того были так себе. И последнее,

что ему сейчас было нужно, это оказаться пойманным на неуважении к руководству.

– Этим я и занимаюсь, – сказал он и показал на окно кабинета, через который открывался вид на его отдел. Он заметил, как юркнули вниз головы его сотрудников. – И мы достигли немалых успехов. Расходы сократились на три процента или около того.

– Нам нужно гораздо больше, чем три процента, Робин, – сказал Джайлс, положив ногу на ногу.

– Сколько? – спросил Кристофер, с замиранием сердца ожидая ответа.

– Двадцать.

В лице Кристофера не осталось ни кровинки, а сердце бешено заколотилось в груди. Двадцать процентов? Но это едва ли возможно. Он потряс головой. Нет, это совершенно точно невозможно. Он снова обернулся к окну. Его подчинённые отбежали от кабинета и собрались возле стола Кэтрин, безуспешно притворяясь, что не подсматривают. Поймав на себе взгляд руководителя, они стали нервно теребить предметы, стоявшие на столе секретарши.

– Должен быть какой-то другой способ, – сказал Кристофер, снова оборачиваясь к боссу. – Ваш отец обещал этим людям, что после войны они смогут найти себе здесь хорошую работу. Они готовы на всё ради фирмы. Я готов на всё ради фирмы.

Он хотел добавить, что уже пошёл на всё, а ещё он хотел спросить, что лично Джайлс сделал на благо компании. Но не успел, потому что Джайлс поднялся из кресла.

– Мой отец созывает в понедельник экстренное совещание, – сказал он, поворачиваясь к двери. – К этому сроку мы должны предоставить чёткий план сокращения расходов.

– Я обещал жене и дочери свозить их за город...

Джайлс поднял бровь. Кристофер обречённо опустил голову. Он ведь сам сейчас произнёс, что готов на всё ради компании. Но в то же время он пообещал жене и дочке сделать наконец-то передышку и отправиться с ними в загородный дом. Они не были там уже много лет – по большей части потому, что каждый раз, когда они туда собирались, Кристофер отменял поездку из-за работы. И, похоже, сейчас ему снова придётся загубить семейные выходные. Он тяжело вздохнул. Его жена всегда была очень терпеливой и понимающей, но даже её чаша терпения могла переполниться.

– У тебя есть мечта, Робин?

Вопрос Джайлса поставил его в тупик. Кристофер, не скрывая удивления, поднял на него глаза.

– Что ж, я открою тебе маленький секрет. Мечты просто так не сбываются, Робин. – Босс озвучил совет, который Кристофер, честно признаться, слышать совсем не хотел. – Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И если корабль тонет, ты должен задать себе вопрос: «Я пловец? Или я утопающий?»

– Очевидно, я хочу быть пловцом, сэр, – сказал Кристофер.

Джайлс кивнул.