Криста

Никитина Элиана

Эстет во мне взвыл от восторга при виде столь потрясающего зрелища. А оно было именно таковым, ибо никакие Аполлоны с Дионисами и близко не могли сравниться с мужчиной, что с каждым мгновением подходил всё ближе и ближе.

Однако я пинками загнала назад своё так не вовремя проснувшееся чувство прекрасного, прекратила таращиться на живое воплощение греха и занялась своей ногой. Что я, голых мужиков не видела? Видела. И пусть тот единственный, что у меня был, и в половину не являлся так же хорош, как этот, но в конечном итоге большинство всех этих носителей тестостерона

одинаковые. А этот ещё и не человек. И девчонок, со своими братцами, сколько перепортил. Тьфу, гадость! А я им любуюсь.

Рассердившись на себя за произошедший момент слабости, сильнее принялась растирать бедовую мышцу, когда солнце от меня на миг заслонила высокая фигура, следом за чем явившийся Владыка присел рядом на корточки и пробирающем до мурашек голосом спросил:

— Что с ногой, рыбка?

— Свело, — буркнула я, не поднимая на того глаз и не прекращая своего занятия.

— Давай лучше я, — мои руки накрыли другие. Мужские. И, отведя их в стороны, принялись мягко, но уверенно массировать ногу ниже колена.

Легче моей сведённой судорогой мышце стало практически сразу, Владыка явно знал, что делает. И совсем скоро на смену боли пришли куда более приятные ощущения от совершаемого массажа. Что уже было опасно, поэтому я улучила момент и забрала свою конечность у волранга. А чтобы это не выглядело грубо, поспешила поблагодарить за оказанную помощь:

— Спасибо, но хватит! Моя нога уже в полном порядке.

— Пожалуйста, рыбка! — улыбнулся в ответ Сафрин. — В следующий раз не сиди так долго в мокрой одежде на холодных камнях. И как только додумалась проследить за наставницей!

— Ну, жить захочешь — не так раскорячишься.

— Тебе угрожали? — улыбка пропала с губ сидящего рядом Владыки, а от его великолепной фигуры ощутимо повеяло угрозой.

— Лично? Нет.

— Но?

— Но мне удалось узнать, что Лорена с Ниланом обсуждали возможность моего утопления, — не побоявшись, заложила я парочку надзирателей избранных.

— Рыбка, рыбка, — покачал головой мужчина, глядя на меня. — Заканчивай свою игру в шпиона. Однажды это может плохо для тебя закончиться.

— Может быть. Однако я предпочитаю быть в курсе того, что касается меня самой. Не люблю сюрпризы, знаешь ли.

— О том, что происходит в святилище, тоже подслушала?

— Нет, — хмуро посмотрела я на Владыку Сафрина. — Сама догадалась. А тут этот Нилан со своей ложью… вот и не сдержалась. Высказала ему всё в лицо. Не желаю быть использованной, и никому не позволю сделать это с собой. Надо будет убить, убью, и плевать, что будет дальше!

На последних словах я стремительно поднялась на ноги и отступила назад от продолжающего сидеть на корточках мужчины. А тот между тем очень спокойно воспринял услышанные слова и ровным голосом произнёс, глядя на меня снизу вверх:

— У тебя нет выбора, рыбка. Или ты собираешься жить на этом острове вечно?

— Нет, разумеется. Ещё чего не хватало! Вот только ни один из вас в мои жизненные планы не вписывается. Мой путь иной, и я пойду им. В нём не будет всей этой мерзости, что творите вы!

—

Разве я мерзок? — холодно спросил Владыка с фиолетовой гривой, явно задетый моими словами за живое. А затем одним слитным движением поднялся на ноги, вновь представая передо мной во всей своей нечеловеческой красе. — Ты ведь мной любовалась, пока я выходил из воды.

— Прекрасно твоё тело, Владыка. Вот только у иного ореха скорлупа тоже бывает крепкой, рука сама к нему тянется. А расколешь его, и не увидишь ничего, кроме гнили, — смело посмотрела я в сверкающие гневом глаза напротив. — То, что мне удалось услышать сегодня в гроте, не вызывает ничего, кроме чувства омерзения. Вы обсуждали нас, девушек, словно бездушные куски мяса. Готовы сломать жизни тех, кто без вас прожил бы свою пусть недолгую, но вполне вероятно, что счастливую жизнь. Вы же, попользовавшись выбранными смертными, в очередной раз выбросите их точно мусор на обочину жизни. Быть может потому ни у кого из вас, повелителей пяти морей, и нет до сих пор детей. Сама природа против, чтобы такие как вы размножались. Подумай над этим, Владыка Сафрин. Быть может, настала пора что-то менять в своём существовании? Попытаться исправить то зло, что уже натворили?

Договорив, я не стала дожидаться ответа от своего собеседника, а просто развернулась и направилась туда, где оставила свои вещи. Молча и не глядя на мужчину принялась одеваться, благо, пока мы говорили, моё бельё успело просохнуть на жарком солнышке и тёплом ветре с моря. Но уйти вот так, не сказав ничего на прощание, красавчик с фиолетовой гривой мне не дал. Произнёс, прежде чем я успела от него отвернуться и зашагать прочь:

— Мы ещё поговорим о твоих умных мыслях, смелая рыбка! Жди меня в гости в самое ближайшее время!

— Тогда подумай, чем платить будешь, Владыка, — усмехнулась я в ответ. — Сеансы психоанализа нынче ой как дороги.

И пока последний растерянно хлопал на меня глазами, пытаясь понять, оскорбили его или как, поспешила покинуть берег лагуны. А то мы так и будем обмениваться репликами, каждый стремясь оставить за собой последнее слово.

Глава 19

Земля

Дом Марковых

Телефонный звонок раздался в доме Марковых, когда вся семья, за исключением второго из сыновей, села ужинать.

— Говори, Ник, ты на громкой связи! — произнёс старший из мужчин, нажимая кнопку чтобы включить динамик на стационарном телефонном аппарате. — Тебе что-то уже удалось выяснить?

— Да, отец! — огласил комнату воодушевлённый голос. — Мы нашли его! Человека, которого засняла камера видеонаблюдения книжного магазина! И сейчас едем к нему вместе с Виктором.

— Как это, уже едете? — поразился Глеб, опуская вилку с наколотым на зубья кругляшом огурца. — А мы?

— А вам там делать нечего. Вы — рядовые граждане, в то время как мы с господином Вольцевым какие-никакие, а представители правопорядка. Сами всё выспросим у подозреваемого, а потом я перескажу вам наш разговор. Обещаю.