Крис Эванс
Шрифт:
— В твоем мире так одеваются только, когда предложение делают? — произносит слова чуть на распев, с усмешкой посматривая на меня.
— Не только, еще когда в гроб кладут, — я замечаю, как при моих словах, вытягивается лицо магистра.
— Странный мир! — делает необоснованный вывод магистр Орташ.
Но я не заостряю, лорд прав, мы о своем мире и не такое думаем и говорим, сейчас есть проблемы важнее.
— Магистр, что-нибудь известно о Люси? — задаю вопрос, который мучает меня с вечера.
— Я думал, ты не спросишь. У тебя вроде новая подружка? — не скрывая иронии, произносит лорд.
— Между мной и Лили ничего нет. Она
— Тут ты прав. По защите у некромантки высший балл. Талантливая адептка. Хорошо, что ты ее выбрал… в подружки, — лорд щурится, как мартовский кот, наевшийся сметаны.
Я не вдаюсь в подробности хорошего настроения лорда. Может, у него сегодня «День смерти злейшего врага» или «День развода неверной саламандры и ее мужа». Мне про Люсьен нужно узнать, а еще про архимага.
— Милорд, вы не ответили, что известно о Люси?
— Отыскался ее след, хотя она неплохо умеет заметать следы, — с невольным уважением к бывшему секретарю, произнес магистр. — Она на крючке. За ней идут сыскари. Как выяснилось, личных мотивов у нее нет. Тебе она не мстила. Ты ей симпатичен. Все ее поведение говорило об этом. Но она может вывести на заказчика или заказчиков.
Я выдохнула про себя. Все же я не бесчувственная скотина и переживаю за девушку.
— Главное она жива и в порядке, — на моем лице написано облегчение, лорд как-то странно всматривается в него. — Что с ней будет дальше?
— Когда она будет схвачена, ей предъявят обвинение в попытке убийства мага и адепта академии. Это тянет на пожизненную каторгу с обязательным запечатыванием магии.
Я закусила губу, вспомнив миловидную, хрупкую девушку. Мне, конечно, не хотелось быть отравленной, но и такой судьбы для Люси не желала. Все же обошлось.
— Если я не буду предъявлять ей обвинения?
Лорд с недоумением посмотрел на меня, качнул головой:
— Лишение магии и короткая жизнь простого смертного. Чего ради такая жалость к убийце? — лорд Орташ скривился, — Коварная обольстительница и отравительница заслуживает только смерти. Жестоко и непозволительно играть на мужских слабостях.
— Может быть кто-то играл на ее? Выкрали детей, угрожали их смертью, — для моего мира эта версия была бы вполне жизнеспособной.
— Люсьен бездетна. Мы проверяем сотрудников перед тем, как взять на работу.
— Прежде чем судить, нужно услышать ее ответы.
— Ты меня удивляешь, — магистр хмыкнул и чуть склонился перед парой горожанок почтительно присевших в реверансе.
— А вы бы сами…
— Убил бы на месте. Я в своем праве, — не задумываясь, жестко ответил лорд.
Мне такое отношение показалось чрезмерной жестокостью. Разные миры, разный менталитет. Дальше шли молча, каждый думал о своем. Территория академии закончилась. По сторонам дороги густой парковый кустарник сменился невысокими, красными и серыми кирпичными домами под черепичными крышами, с садиками и цветниками во дворах, за коваными заборами. Встречные жители низко кланяются лорду и с изумлением глядя на меня. Стараюсь не обращать внимание. Надеюсь, они посчитают меня столичным щеголем.
— Милорд, когда первое занятие по боевым плетениям? Хочется попробовать фаерболы посильнее, чем были вчера на полигоне.
— Не терпится? Это хорошо, — магистр отрывается от размышлений. Хорошее настроение как ветром сдуло. Предательство
— Конечно, есть! Кое-что объяснила Лили, но не все. Столько вопросов, особенно по двойным плетениям.
Лорд усмехается моей горячности, поправляя кружевные манжеты и белоснежный шейный платок с бриллиантовым зажимом. Основная дорога убегает за поворот, мы же с магистром двигаемся прямо.
— Мне нужно заглянуть к кое-кому. Ты тихо подождешь меня внизу. Надеюсь, на твое благоразумие. Не подведи меня, — в голосе Орташа слышалась странная нервозность.
Я обиделась и надулась. Можно подумать, я хамло или сморкаюсь в чужие занавески. Что он со мной как с маленькой? Думает, земляне — дикари неотесанные? Или судит по просмотренным видео на моем смартфоне? Так это мы с друзьями шалили так и немножко увлеклись. Ну, сожгли беседку у кого-то на даче. Так она старая была. Перевернули соседскую машину. Не нарочно же. Ребята сил не рассчитали и толкнули в кювет. А вот с Гавчиком — соседским псом неудобно вышло. Нечаянно наехали колесами на будку. И бедная псина осталась зимой без жилья. Эх, молодость… А магистр так смотрит, будто сам в молодости не чудил?
Зачем он со мной как со шкодливым ребенком? Не деревенщина же, умею вести себя прилично.
— Я постараюсь, магистр, никуда не влипнуть, — выдавила из себя, стараясь скрыть обиду.
Лорд неопределенно хмыкнул и толкнул калитку неприметного бежевого с красной крышей домика в два этажа, утонувшего в рыжей осенней листве вьющегося по стене плюща.
На звонок нам открыла хорошенькая девушка, низко присела перед милордом и с интересом посмотрела на меня. Окинув взглядом мою фигуру, сменила интерес на изумление.
На лорда она так не реагирует, значит, он здесь частый гость. Здесь живут его родственники или друзья? На душе потеплело. Приятно, что он меня, чужачку, знакомит с родными людьми.
Девушка провела нас в небольшой, сплошь увешанный зеркалами холл и попросила подождать.
Кто-то так любит свое отражение, или это ради эффекта визуального расширения пространства?
— Риан, рада вдеть тебя! Ты так давно не заходил! — низкий бархатный голос с придыханием заставляет обернуться.
В проеме, где скрылась девушка, стоит полноватая рыжая, веснушчатая женщина лет тридцати пяти в ярком зеленом платье, с низким декольте, из которого грозит выпасть шикарная грудь, густо усыпанная конопушками. Пухлые пальчики унизаны перстнями с массивными камнями, на шее тяжелое изумрудное ожерелье. Наряд слишком яркий и откровенный для утра. Она с нескрываемым интересом посматривает на меня. Орташ не торопится нас представить друг другу.
Что за невежливость? Или есть какие-то свои причины?
— Ты как всегда прекрасна, Эвелина! — лорд чуть кланяется, не отрывая жадного взгляда от женщины. — Я не вовремя?
— Как ты можешь быть не во время, Риан? Тебе всегда здесь рады, — она семенит маленькими шажками и кладет пухлые пальчики на его рукав. По сравнению с долговязым лордом женщина выглядит настоящей Дюймовочкой. Ей приходится высоко задирать подбородок, чтобы поймать взгляд своего гостя. — Все готово…
Милорд не глядя на меня направляется к проходу, из которого появилась женщина. Они совершенно не смотрятся вместе: он высокий и поджарый брюнет, она пухлая, маленькая рыжулька. Женщина, чувствуя мой взгляд, оборачивается, смотрит на меня, сладко улыбается в предвкушении и мурлыкает: