Крик совы

Хайсмит Патриция

— Ну, грозился свернуть мне шею или что-то в этом роде, если я не перестану встречаться с Дженни.

— А что вы ему отвечали?

Роберт пожал плечами.

— Говорил что все понял, и прочее в таком духе. Я ему не угрожал, если это вас интересует.

— Вы держались хладнокровно, — подсказал Липпенхольц

— Да, наверно, это его и раздражало.

— И не обещали, что перестанете встречаться с мисс Тиролф?

— Нет, — ответил Роберт.

— Где он вам угрожал?

— На автомобильной

стоянке возле «Лэнгли Аэронотикс», где я работаю. Грег позвонил и сказал, что хочет меня видеть, и мы договорились там встретиться.

— Когда это было?

— С месяц назад.

— А потом вы с ним еще разговаривали?

— Нет. До того субботнего вечера.

— А ваше пальто здесь? — спросил Липпенхольц.

Роберт достал из шкафа пальто. Липпенхольц поднял рукав, на котором не было пуговиц, и стал его рассматривать, потом осмотрел другой рукав, на котором были три пуговицы, и кивнул.

— Ладно. Будем искать в реке, — уныло вздохнул он.

Зазвонил телефон. Дженни извинилась и вышла в гостиную. Полицейские остались в кухне, с интересом поглядывая на нее через дверь.

— А привет, Митч… Нет, потому-то я тебе и звонила… Ты говорил со всеми, кого он, по-твоему, знает? — Дженни видела что полицейские разочарованно переминаются с ноги на ногу. — Позвони мне, если что-нибудь услышишь, ладно? Не знаю, Митч… Пока

Дженни вернулась в кухню.

— Звонил приятель Грега — объяснила она — Он ничего не знает. Я вот что хочу сказать, — продолжала она, глядя на полицейских — Грег, бывает, пускается в загул. Может, он где-то прячется все эти дни и просто пьет.

— И с кем, по-вашему, он мог бы пить? — спросил Макгрегор.

— Не знаю. Поэтому я и позвонила Чарлзу Митчелу в Риттерсвиль. Из тех, с кем Грег пьет, я только его знаю. Я хочу сказать, — она нервно откинула назад волосы, упавшие на лицо, — с Грегом это случается нечасто, но сейчас, после такой драки, все возможно.

— М-м-м, — протянул Макгрегор, — мистер Форестер, мы должны задать вам обычные вопросы. Вы когда-нибудь имели дело с полицией?

— Никогда — ответил Роберт.

— Как вы считаете, кто из вас победил в драке?

Роберт пожал плечами.

— Да ни тот ни другой. Не думаю, что я также изукрасил Грега, как он меня.

— Ну хорошо, спасибо вам, мистер Форестер, — сказал Липпенхольц, — И вам, мадам.

Все пожелали друг другу спокойной ночи, и полицейские удалились.

— А я не знала что ты видел Грега месяц назад, — заметила Дженни. — Почему ты мне не сказал?

— Не хотел тебя огорчать.

— И он угрожал тебе? Поэтому ты и стал реже со мной видеться?

— Да нет, Дженни. Мы стали реже видеться до того, как Грег угрожал мне, — он отвел глаза от ее огорченного лица. — Можно попросить у тебя горячего

кофе?

— А тогда он тоже пытался затеять драку?

— При том, что вокруг было человек двести? На Грега это не похоже, — Роберт зажег горелку под кофейником.

— Роберт, ты не думаешь, что Грег действительно упал в реку?

— Нет. Если бы думал, так бы и сказал. Насколько мне удалось разглядеть эти камни, сильного течения там нет. Нужно довольно далеко проковылять по ним, чтобы попасть в глубокое места. Мало просто скатиться с берега. А самое-то главное, я сомневаюсь, что Грег и правда был без сознания.

Но Дженни не сомневалась Куда он тогда отправился? Куда делся, раз его до сих пор не могут найти? Она представляла себе, как, едва Роберт ушел, Грег встал и, горя желанием продолжать драку, ничего не соображая, шатаясь, пошел совсем в другом направлении. Она понимала что Грег, конечно, был в бешенстве. Дженни посмотрела на серьезное лицо Роберта, который следил за кофейником. Хотелось бы ей знать, о чем он сейчас думает. Одно можно сказать наверняка не о ней.

— Зачем ты поспешил довести до их сведения, что мы не помолвлены? — спросила она

— Потому что мы не помолвлены, и мне казалось, это несколько уменьшит мелодраматичность ситуации. Может быть, я действительно поспешил. Но и вреда ведь тоже нет, правда?

— Какого вреда?

— Ну, Дженни, я не знаю. Но обычно в таких делах полиция интересуется всякими частностями.

— Что значит «в таких делах»? — упрямо допытывалась она, сама не понимая, откуда и почему берутся эти вопросы, и зная только, что их нужно задать.

Теперь хмурился Роберт, он рассердился, ее вопросы его озадачили.

— Пропал человек. Допустим, что пропал. Полиция меня не знает, в городе я чужой. Почему бы не решить, что я избил Грега и нарочно оставил на берегу, чтобы избавиться от соперника? — Роберт выключил плиту и налил кофе сначала Дженни, потом себе. — Я думаю, он объявится после своего запоя, но до тех пор не слишком приятно, когда тебя выспрашивают и, возможно, подозревают во лжи, — он сел за стол и взял в руки чашку.

— А тебе показалось, тебя подозревают во лжи?

— Да нет. Я этого не думаю. А ты?

— Не знаю. Они ведут себя так уклончиво. Но мне кажется, не нужно было посвящать их во все подробности.

— Что ты имеешь в виду? Что мы не помолвлены?

— Да, — уверенно сказала она и почувствовала, что упрек справедлив. — Их это не интересовало. Их интересовала действительно ли Грег оставался сидеть на берегу и был ли в состоянии выбраться на дорогу.

— Да, знаю. Я ведь уже пытался объяснить тебе, Дженни, почему я сказал, что мы не помолвлены. По-моему, я прав. Если ты со мной не согласна, очень жаль.