Крик дерева
Шрифт:
Клознер не сводил глаз с дерева. Его большая голова склонилась к плечу, а на гладком бледном лице застыло выражение ужаса. Он медленно подошел к дереву и осторожно вытащил из ствола застрявший там топор.
— Слышали? — чуть не шепотом спросил он, поворачиваясь к доктору.
Доктор все еще никак не мог прийти в себя.
— Что слышал? — задыхаясь,
— В наушниках. Слышали вы что-нибудь, когда топор вонзился в дерево?
Доктор потер затылок.
— По правде говоря… — заговорил он, потом замолчал, нахмурился и закусил нижнюю губу. — Нет, не уверен. По-моему, после удара топором я почти тотчас же сорвал наушники.
— Да, да, но что вы слышали?
— Не знаю, — ответил доктор. — Не знаю, что я слышал. Скорей всего треск ломающегося сука. — Он говорил быстро и, пожалуй, раздраженно.
— А на что был похож этот звук? — напрягся Клознер. — На что именно был похож этот звук:
— Ей-богу, не знаю, — отозвался доктор. — Меня больше интересовало, как выбраться на безопасное место. Хватит об этом.
— Доктор Скотт, на что был похож звук?
— Ради бога, откуда мне знать, когда чуть не половина дерева падает на меня и я должен бежать, спасая свою жизнь?
Доктор определенно разнервничался, почувствовал Клознер. Он стоял, не сводя с доктора глаз, и, пожалуй, с минуту молчал. Доктор же переминался с ноги на ногу, пожимая плечами и уже было повернулся, чтобы идти.
— Давайте-ка лучше вернемся в дом, — предложил он.
— Подождите, — сказал Клознер, и его обычно бледное лицо вдруг залилось краской. — Подождите, — повторил он, — зашейте прежде эту рану. — И показал на то место, куда в последний раз вонзился топор. — Зашейте ее побыстрее.
— Не говорите глупостей, — отозвался доктор.
— Пожалуйста, сделайте, как я прошу. Зашейте эту рану. — Клознер взялся за топор, и хотя говорил он тихо, но в его тоне появились какие-то угрожающие ноты.
— Не говорите глупостей, — повторил доктор. — Как я могу зашить дерево? Пошли домой.
— Значит, вы не
— Конечно, нет.
— А йод у вас в саквояже есть?
— Разумеется.
— Тогда смажьте рану йодом. Будет жечь, но ничего не поделаешь.
— Послушайте, — сказал доктор, снова поворачиваясь, чтобы пуститься в путь, — не городите чепухи. Пойдемте домой и там…
— Смажьте рану йодом.
Доктор был в нерешительности. Он видел, как стиснул Клознер древко топора. Он понял, что единственный выход — как можно быстрее бежать, но решил ни в коем случае этого не делать.
— Ладно, — согласился он, — давайте я ее обработаю.
Он взял свой черный саквояж, что лежал на траве ярдах в десяти от дерева, открыл его и достал оттуда бутылочку с йодом и кусок ваты. Потом подошел к дереву, открыл бутылочку, смочил кусок ваты йодом и начал прикладывать его к ране. Одним глазом он все время следил за Клознером, который стоял неподвижно, не выпуская из рук топора и следя за действиями доктора.
— Постарайтесь получше смазать в глубине.
— Хорошо, — покорно отозвался доктор.
— А теперь вторую рану. Ту, что над этой.
Доктор выполнил приказ.
— Пожалуйста, — сказал он. — Готово.
Он выпрямился и с серьезным видом осмотрел свою работу.
— Все будет в порядке.
Клознер тоже подошел поближе.
— Да, — согласился он, кивая своей большой головой. — Да, все будет в порядке. — Он сделал шаг назад. — Пожалуйста, навестите дерево завтра, посмотрите, в каком оно состоянии.
— Хорошо, — согласился доктор.
— И смажьте йодом еще раз.
— Если потребуется, обязательно.
— Спасибо, доктор, — сказал Клознер, еще раз кивнув своей большой головой. Он уронил топор и вдруг улыбнулся такой странной, возбужденной улыбкой, что доктор быстро подошел к нему и, осторожно взяв его за руку, сказал:
— Пойдемте, нам пора. — И они пошли, быстро, молча, через парк, через дорогу, в дом.