Крейсер. Дилогия

Гончарова Галина Дмитриевна

Адмирал не принимал слова «нет». Поэтому и стал адмиралом.

Жестокость, беспринципность, наплевательское отношение к людям — очень подходящие качества для руководителя. Интаро обладал ими в невероятном объеме. Или это они обладали адмиралом?

Скорее даже второе. Интаро во многом был рабом своих желаний. Просто до сих пор его желания исполнялись. И не вступали в противоречие с желаниями окружающих. Все считали, что легче уступить, чем связываться. Вот и…

Но уступить Аврора

не могла.

И не хотела.

Для него — игрушки. Для нее — поломанная жизнь и разрушенная карьера.

Что бы она ни сделала, каких бы высот ни достигла, она все равно будет «адмиральской подстилкой».

Естественно, это не устраивало девушку.

А ее рапорт о переводе путешествовал по инстанциям. И ответа все не было…

Интаро Висен полюбовался скромным золотым браслетиком с черными камнями.

Изящно. И очень элегантно.

Фактически это цепочка оригинального плетения, которая и держит камни. Лидианские опалы.

Авроре должно понравиться. Все женщины любят драгоценности.

А Аврора…

Интаро сам себе не признавался, но с каждым днем он все сильнее влипал в эту женщину. Как муха в сироп.

Сначала его зацепила внешность. А вот потом…

Острый ум? Невероятной мощности интеллект? Равнодушие ко всему окружающему, в том числе и к нему? Аврору не интересовало ничего, кроме ее работы.

Склонность к анализу и часто парадоксальным выводам?

Он и сам не знал. Но был уверен, что эта женщина от него не уйдет.

Да, пока она не проявляет явной склонности. Пока. Но это вопрос времени.

Сегодня он собирался пригласить девушку в ресторан на поверхности планеты. Подарить браслет, потанцевать, поцеловать пару раз… почему нет?

Пора. Он ухаживает за ней уже три стандарт-недели. Такого раньше не было ни разу. Обычно пара дней, ну неделя — и… Но так ведь еще интереснее…

Размышления оборвал зуммер коммуникатора.

— Тэр адмирал, разрешите?

Интаро поморщился, глядя на полковника Кардо. Вот уж редкостный зануда. Педант, буквоед и, что самое интересное, откровенный подхалим.

Потрясающее сочетание.

Видеть его перед свиданием Интаро не хотел. Но знал полковника — этот не отвяжется. Проще выслушать один раз, чем читать рапорт на двадцати листах.

— Проходите, тэр полковник. Докладывайте.

— Собственно… тэр адмирал…

Интаро впервые видел, как полковник переминается с ноги на ногу.

— Что случилось, тэр полковник?

— Я не уверен, что вам это будет интересно, тэр адмирал…

— Что именно, тэр Кардо? Говорите, раз пришли.

— Мне сегодня принесли вот это, тэр адмирал. И я решил посоветоваться с вами, прежде чем подписать…

или не подписать.

— Что — это, тэр Кардо?

На стол Интаро лег лист бумаги. Адмирал пробежал его глазами.

Раз.

Другой.

А когда он опять посмотрел на полковника — Кардо даже сделал шаг назад.

В голубых глазах Интаро Висена стыла ледяная ярость.

В таком состоянии обычно выхватывают плазмер и палят не разбирая в своих и чужих. Еще и наслаждаются видом обгорелых трупов.

— Т… тэр адмирал?

— Благодарю вас, тэр Кардо. Вы свободны.

Полковник отдал честь, развернулся и вышел из кабинета.

Интаро несколько минут сидел молча. А потом нажал клавишу коммуникатора.

— Вызовите ко мне навигатора Вайндграсс.

И отсоединился, не слушая секретаря.

Голубые глаза не отрывались от листка с рапортом о переводе.

Такой оплеухи адмирал никогда не получал.

Разговаривать с ним и одновременно готовиться к бегству?

Да как… Как она только посмела?!

Стерва, тварь такая, гадина… погоди у меня…

Интаро нажал клавишу и начал отдавать секретарю распоряжения хриплым от ярости голосом.

Не хотела по-доброму? Будет по-моему!

Жалобно сверкнула, улетая в сторону утилизатора, коробочка с браслетом.

Аврора не почувствовала ничего дурного. Ну вызвали. Ее каждый день вызывали.

Насторожили ее только глаза секретаря. Какие-то… слишком уж испуганные. Но Висен и так ангельским нравом не отличался.

Аврора постучалась, вошла в кабинет, отдала честь и отрапортовала:

— Старший лейтенант навигатор Вайндграсс по вашему приказанию прибыла.

И тут же в лицо ей полетел комок бумаги.

Девушка ловким движением перехватила его в воздухе.

— Ознакомься, — скрежетнул голосом Висен, не поднимая взгляда от стола.

Аврора повиновалась. И едва сдержала матерное шипение.

Ее рапорт о переводе. Но…

Нет, это не невезение. Это намного хуже. Нашелся кто-то услужливый… и вместо того, чтобы положить на стол адмиралу в куче других бумаг — ее рапорт показали.

Могло бы и проскочить. Не получилось. И оставалось только драться.

Аврора аккуратно положила листок на стол.

— Я прекрасно знакома с этим документом.

Интаро поднял глаза.

И девушку передернуло. Прикрытая тонкой корочкой голубого льда, в них стыла холодная, бешеная ярость.

«Да он же привык к своей исключительности, своей безнаказанности, к тому, что он — Висен. Пальцем пошевели — и все получишь. И для него в новинку такое отношение. Он в бешенстве, потому что ему посмели отказать…»