Крейсер «Очаков»

Мельников Рафаил Михайлович

[10] РГА ВМФ, ф. 1025, о.2., д. 45.

[11] «Прометей», т. 8, 1971.

[12] РГА ВМФ, ф. 11025, о.2, д.40.

[13] РГА ВМФ, ф. 1025, о.2, д. 40.

[14] РГА ВМФ. Ф. 1025, о. 2, д. 40.

[15] «Корабли-герои», с. 96.

[16] Е. Шмидт-Очаковский «Красный адмирал» Прага. 1926

Севастополь — Бизерта

25 марта 1907 г. — переименован в «Кагул» (входивший в состав Черноморского флота крейсер «Кагул» одновременно переименован в «Память Меркурия»).

Прошёл капитальный ремонт корпуса и механизмов в Севастопольском

военном порту; артиллерия главного калибра заменена на 16- 130-мм.

31 марта 1917 г. восстановлено старое название- «Очаков».

В конце 1917-го года крейсер ''Кагул'' окончил капитальный ремонт в Севастополе, и его котлы и машины были в относительном порядке. Его артиллерия была модернизирована и состояла теперь из: четырнадцати 130-мм, двух 75-мм и двух 40-мм зенитных орудий системы ''викерс''.

1 мая 1918 г. захвачен немцами и включён в состав ВМС Германии на Чёрном море.

24 ноября 1918 г. захвачен англо-французскими войсками. Зачислен в состав морских сил Юга России.

В апреле 1919-го года командой капитана 2-го ранга Потапьева, перехитрив немцев и англичан, из Севастополя в Новороссийск был уведён крейсер ''Кагул'', где и вошёл в состав 1-го отряда судов Черноморского флота Добровольческой армии. Воевал ''Кагул'' неплохо, принимая участие в высадке морских десантов, обстрелах побережья, занятого противником, и Красная армия немало претерпела от его действий.

В августе 1919 г. принимал участие в десантной операции в районе Одессы.

За отличные действия против частей Красной армии в ноябре 1919-го года крейсер ''Кагул'' приказом по Добровольческой армии был переименован в честь героя Белого движения генерал-лейтенанта Л.Г. Корнилова, и стал именоваться — ''Генерал Корнилов''.

Летом 1920-го года крейсер ''Генерал Корнилов'' принимал участие в блокировании Днепро- Бугского лимана, высадке десанта на Кинбурнскую косу и на остров Березань. Периодически вёл обстрел батарей крепости Очаков и Николаевского острова, названного позже Первомайским. Красные моряки на Очаковских батареях проклинали всеми известными им ругательствами белогвардейский крейсер ''Генерал Корнилов''.

Позже, в ноябре 1920-го года, уже при эвакуации из Крыма Русской Армии генерала Врангеля, ''Генерал Корнилов'' перевёз из Феодосии в Галлиполийский лагерь 3000 человек.

14 ноября 1920 г. — покинул Севастополь и совершил переход в Бизерту, где был лагерь для бывших белых русских моряков, предоставленный правительством Франции. 29 октября 1924-го года, в связи с признанием Францией советского правительства, на ''Генерале Корнилове'', как и на других русских кораблях, был спущен Андреевский флаг, а 29 декабря 1920 г. он был интернирован французскими властями.

Армия генерала Врангеля ушла из Крыма 11–16 ноября 1920 года. В те дни на 130 гражданских и военных судах Россию покинули около 150 000 военных и гражданских лиц, они прибыли в Константинополь. Побежденная союзница Германии Турция была оккупирована войсками Антанты — военными союзниками России. Однако они потребовали роспуска 60-тысячной армии. Генерал Врангель воспротивился этому: «Я несколько недоумеваю, как могут возникать сомнения, ибо принцип, на котором построена власть и армия, не уничтожен фактом оставления Крыма». Белые воины решили сохранять боеспособность любой ценой. Сухопутные

войска разместились лагерем на пустынном островке Галлиполи, а русскому флоту французы разрешили стоянку в тунисском порту Бизерта.

Рано утром 23 декабря 1920 г. пассажирский пароход "Великий князь Константин" первым вошел в бизертский порт. Историк Кноринг, находившийся на борту, вспоминал: «Рано утром мы входили в Бизерту. Прошли каналом, который соединяет большое внутреннее озеро с морем. Справа развернулась пальмовая аллея перед пляжем. Вокзал с башней в мавританском стиле. Вдали казармы, тоже восточные по виду. Перед нами развертывался городок чистый, живописный. Вместе с любопытством рождался вопрос: что будет с нами?»

27 декабря прибыл линкор "Генерал Алексеев", на котором находились гардемарины и кадеты Севастопольского морского корпуса. Особенно торжественно был отмечен приход флагманского старого трехтрубного крейсера "Генерал Корнилов". Ранее он назывался "Очаков", с которого в далеком 1905 г. руководил Севастопольским революционным восстанием лейтенант Шмидт. Командующий эскадрой вицеадмирал Кедров со своим штабом стоял на мостике крейсера и приветствовал каждое русское судно, уже стоявшее в порту. К 29 декабря суда, покинувшие Константинополь с первым конвоем, были в Бизерте. После этого Кедров сдал командование эскадрой контр-адмиралу М.А. Беренсу. Начальником штаба был назначен контр-адмирал Александр Тихменев.

Настроение у всех было хорошее: дошли, целы. Так что первый тост за новый 1921 год был достаточно радостным: "За скорейшее возвращение!". Тогда многие верили, что приведут себя в порядок и вернутся на Родину… — Так начинается литературный сценарий "Голгофа русской эскадры" двухсерийного документального фильма Константина Капитонова о последнем прибежище русского флота в Бизерте.

Тунис в это время был владением Франции, которая формально была союзницей России в Первой мировой войне, но предала ее. Предала и поощрением Февральской революции через масонские структуры, и заявлением Клемансо на Версальской мирной конференции: "России больше нет". Однако русский Андреевский флаг развевался над русским флотом в Бизерте до октября 1924 года.

К середине февраля 1921 г. в Бизерту прибыло 33 корабля, включая два линкора "Генерал Алексеев" и "Георгий Победоносец", крейсер "Генерал Корнилов", вспомогательный крейсер "Алмаз", 10 эскадренных миноносцев, четыре подводные лодки и еще 14 кораблей меньшего водоизмещения, а также корпус недостроенного танкера "Баку". Общее число беженцев составляло 6388 человек, из которых — 1000 офицеров и кадет, 4000 матросов, 13 священников, 90 докторов и фельдшеров и 1000 женщин и детей.

Дочь морского офицера А.А. Ширинская, находившаяся в их числе, вспоминает: «Прибывшие корабли со всеми находящимися на них офицерами, матросами и гражданскими лицами посадили на карантин. Вот что писал об этом капитан 1-го ранга Владимир фон Берг: ярко-желтые флаги взвились на мачтах. Французский карантин покрыл русские суда. Никто не смел съехать на берег, никто не смел подойти к нам. Что за болезнь была на эскадре? Оспа, тиф или чума? Нет! Не того опасались французы: от тифа и чумы есть прививка. Мы прибыли из страны ужасной болезни — красной духовной заразы. И вот этой заразы, пуще другой, боялись французы».