Крёстный тесть
Шрифт:
Пример был перед глазами: незадолго до этого Акт уничтожил карьеру бывшего украинского премьера Павла Лазаренко. Тот был признан американскими судьями виновным в вымогании денег, и вскоре оказался низверженным со своего трона. Человек, одно имя которого вызывало трепет в родной Украине, из председателя правительства быстро переквалифицировался в уголовника. Государственные границы его не защитили. И вот теперь эта машина медленно, но верно катилась на президента Назарбаева. Конечно, ему удалось бы продержаться в седле дольше, чем Лазаренко, например — притворившись черепахой и уведя страну в самоизоляцию. Но рано или поздно
Проблему Назарбаева усугубляло недовольство мировых элит, которые не были в восторге от его правления. Во–первых, они с трудом понимали, по какому принципу распределяются природные ресурсы Казахстана. Особенно сильно этот вопрос интересовал в то время Россию, которая не получила доступа ни к одному крупнейшему месторождению — если не считать половины доли «Лукойла» на месторождении Кумколь, где на самом деле безраздельно распоряжались канадцы из неведомой никому акционерной компании «Харрикейн гидрокарбонз лтд».
Откуда эти «канадцы» появились, и почему богатейший нефтяной Кумколь достался именно им, понимал только Крестный Тесть и его подельники. Ни Кремль, ни Вашингтон, ни Пекин этого не понимали. А поскольку речь идет не просто о выгодных контрактах, а о распределении богатейших запасов стратегических ресурсов, от которых зависит благополучие энергозависимых экономик, такое положение дел никого за пределами назарбаевского кабинета не радовало.
К тому же, сам тесть к тому времени уже запутался в своей «многовекторной политике», которая предполагала дружбу со всеми одновременно. Оборотная сторона этой медали оказалась в том, что никто не был уверен в искренности такого партнерства и «вечной дружбы»: Москва считала Назарбаева слишком проамериканским, а Вашингтон ревниво следил за реверансами Астаны в сторону Москвы и Пекина.
В итоге политические звезды сошлись таким образом, что никто из друзей не был против смены режима в дружественном Казахстане на что–нибудь более предсказуемое (и еще, желательно, управляемое). Более того, и в Америке, и в России влиятельные финансово–промышленные группы активно прорабатывали такой вариант. Благо, в их лагере очень кстати оказался «троянский конь» в лице бывшего премьер–министра Кажегельдина.
На кону стояли миллиарды долларов — достаточные суммы, чтобы привести в движение серьезные политические механизмы. Тем более, что дело само шло в нужную сторону: Акт о коррупционных действиях за рубежом, под который при наличии неопровержимых свидетельств в виде личных швейцарских счетов попадал наш президент, обещал противникам его режима скорый въезд в столицу Астану.
Все шло по этому сценарию — и дошло бы, возможно, до гипотетического завершения, если бы теплым майским днем 2003-го года в маленьком городке Пезаро, на адриатическом побережье Италии, не появился невысокии слегка полнеющий джентльмен в черном английском костюме — тройке, непременно с подтяжками и с серебряной тростью. Телохранители Назарабаева образно прозвали его «Хромым». До сих пор в окружении президента почти все считают Миртчева почему — то доктором медицины. Но чтобы объяснить его появление, мы должны вернуться немного назад …
Мы с Даригой начали искать варианты, как помочь ее отцу- президенту. Для меня и моей супруги Дариги, чисто по–человечески, необходимо было просто не допустить возможного обвинения — этого позора для будущего поколения Назарбаева — его
Поняв, что рассчитывать на мидовскую машину и на связи самого Назарбаева не приходится, мы сами взялись за дело и начали устанавливать контакты. Вскоре перед нами возникла проблема выбора: на кого положиться?
Найти лоббистов очень легко: только позовите, и вам предложат свои услуги десятки человек. Каждый из них расскажет, какие у него связи в Вашингтоне, и покажет свои фотографии с Биллом Клинтоном. Проверить невозможно: весь смысл лоббистской работы в том, что она делается за закрытыми дверями. Никто не афиширует проекты, в которых деньги приводят в движение политические механизмы. И чем более влиятелен лоббист, тем менее известно его имя. В то же время ошибка в выборе может стоить очень дорого — не только в денежном эквиваленте. Иногда на кону оказывается власть в нефтяной стране — как это было в случае с Крестным тестем.
К счастью для президента Назарбаева, в итоге американский лоббист вышел на известных российских пиар–технологов, которые и вывели его на Даригу Назарбаеву. Так началось знакомство с компанией, название которой ничего не скажет широкой публике: «Global Options Management». Это одна из самых закрытых фирм, работающих на ниве вашингтонской политики. Однако ее могущество обратно пропорционально уровню ее известности: вся деятельность этой компании подтверждает старую истину, что настоящая политика вершится за закрытыми дверями.
В те годы фирма «Global Options» только осваивала восточное направление: её первым большим делом в России была помощь, которую она оказала российскому олигарху Олегу Дерипаске в его битве против конкурентов, подавших на него иск в американский суд.
В Центральной Азии клиентов у них еще не было, хотя регион, богатый ресурсами и диктаторами, всегда вызывает повышенный интерес у любых профессиональных лоббистов.
Следующий вопрос, который встал перед нами: как связаться с такой закрытой фирмой и вызвать ее представителей на переговоры? Дело в том, что это не тот тип бизнеса, где действует телефонная линия для клиентов, по которой можно разместить свой заказ, и вашему звонку будут рады. Здесь все намного сложнее. Этот бизнес работает только по проверенным связям: без нужной рекомендации у вас не возьмут никаких миллионов: лоббисты очень осторожны в выборе тех, с кем им предстоит иметь дело.
Компания сама хотела выйти на казахского властителя, попавшего в капкан американской юстиции, и предложить ему спасательный круг — «задорого». Там уже было готово полное досье на президента с его проблемами, и первые предложения, чем ему можно помочь. Но как передать эти предложения президенту, лоббисты не знали: идти через посольство — заведомо гиблое дело, а прямых выходов на президентскую «Ак — Орду» у них не было. И только Дарига взялась обеспечить им такой выход.
Все предварительные переговоры с «Global Options» велись по телефону. Первую встречу мы договорились устроить на нейтральной территории, в Италии, где в то время была Дарига. Условились, что к ней приедет уполномоченный представитель американских лоббистов.