Крести
Шрифт:
– Тина, - заблестели глаза Ватсона. – Она медсестра.
– Кстати, лучше надень что-то с воротником, пока мистер дедукция тебя не увидел, - деликатно указала я на отметину, оставленную Тиной-медсестрой.
Вспомнив, что все еще в халате, я отправилась одеваться, по пути подтвердив Джону, что кофе варить и на мою долю.
Выудив из шкафа черные укороченные брюки, красную блузу с рукавом в три четверти и черную вязанную крючком шаль, я с тоской вспомнила свою любимую гардеробную. Надев выбранный ансамбль поверх черного комплекта белья, я обулась в простые черные балетки
Шерлок, уже в костюме и алой рубашке, сидел за ноутбуком, Джон разливал кофе по чашкам. Оценив сочетаемость цветов нашей с Холмсом одежды, я тяжело вздохнула, чем привлекла его внимание. Подняв голову, Шерлок скользнул взглядом по мне, и уголки его губ дернулись вверх. Несомненно, пришел к тому же выводу, что и я.
– Доброе утро.
– Доброе, - я скептично покосилась на погоду за окном. Пасмурно, ветер, морось. Так и кричит о доброте.
– Ого, - Ватсон высунул голову с кухни. – Сегодня вы даже поздоровались как нормальные люди. Стоит ожидать снега, или…, - с лестницы послышался топот, и Джон перевел взгляд, - половину департамента полиции в гости.
Обернувшись, я увидела Лестрейда, Донован, двух полисменов в форме и еще какого-то напыщенного индюка, возглавляющего все это стадо служителей правопорядка.
Вот он-то ко мне и обратился:
– Кармен Виллоу, вы арестованы по подозрению в убийстве Джорджа Аккея, Мартина Сазереда и Элен Мерди.
========== Глава 30 Потеря ==========
Голова раскалывалась, тело чуть потрясывало и во рту было так мерзко, словно меня стошнило минуту назад, а не с утра.
Я сидела на неудобном стуле за металлическим столом допросной (опять) и потирала запястья, стараясь унять жжение кожи там, где браслеты наручников прижимались особенно туго. Сняли их только полчаса назад. А была я здесь уже ооочень долго. Не менее пяти часов.
Естественно, от адвоката я сразу же отказалась, зная, что способна разобраться с этим лично. Право на один звонок за мной все еще сохранялось, что было весьма кстати. Я просто пока не решила, на каком моменте следует козырнуть.
К сожалению сидящей напротив Донован я так и не расплакалась, хотя пару раз была на грани. Но Элен никогда бы не потрепала меня по головке за подобное. Я рассказывала ей о сержанте, и Мерди точно не одобрила бы, чтобы эта сучка видела, как я лью слезы, пусть даже и по ней.
– Заснула, Виллоу? – Салли постучала ноготками по столу, и я подняла на нее глаза.
Можно не сомневаться, кто прописал меня сюда. На Бейкер-стрит за мной приехал лично шеф полиции. Столь мерзкий и напыщенный тип, что я почти не удивилась, когда он проявил поразительных масштабов скудоумие.
Естественно, Шерлока и Ватсона слушать никто не стал, они же имеют в деле личную заинтересованность. Да и я сама их остановила, попросив заняться делом и сказав, что сама о себе позабочусь. Собственно говоря, Донован у меня же в печенках, так что на этот раз ей несдобровать. Как и всему Скотланд-Ярду, если уж на то пошло. Элен бы оценила.
–
Донован стиснула зубы, перебарывая себя. Надо же, удалось.
– Где ты была ночью восемнадцатого августа?
– В компании мужчин, - я облизнула верхнюю губу.
– Имена и их координаты.
– Понятия не имею, - пожала я плечами.
– Заканчивай свои игры, Виллоу. На тебе три убийства. Ты знала всех жертв, последнюю вообще убила в собственной квартире! Ты такая же чокнутая, как Холмс, неудивительно, что вы сошлись…
Усвоив, что тело Элен было найдено в моей квартире, я моргнула, после чего откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу, скрестив руки на груди. Нужно продержаться.
– Я такая же чокнутая, как Холмс? Надо же. К твоему сведенью, Шерлок не сумасшедший, следовательно, сравнение – жалкая попытка спровоцировать меня. Но, раз уж мы тут в одном закрытом пространстве, Салли, - я сделала ударение на ее имя, противно протянув его, - давай поговорим, как женщина, - я указала большим пальцем на себя, - с дурой.
– Что ты…
– Итак. Салли Донован, сержант Скотланд-Ярда. Уже с рождения неугодная, ведь отец хотел мальчика и воспитывал тебя как мужчину. Короткие стрижки, пренебрежение внешним видом, мешковатые толстовки, рыбалка, охота, спорт, никаких девчачьих занятий. Да, определенно, папина дочка, ни разу не сумевшая добиться от него похвалы, что заставило возненавидеть собственную мать, никогда в жизни не сказавшую твоему отцу «нет, дорогой, какие удочки, она же девочка». Отец воспитал в тебе жесткий характер, прямолинейность, амбициозность…
– Заткнись, Виллоу!
– … а так же консерватизм, основанный на его восприятии мира. В его присутствии ты чувствуешь себя ни на что неспособной и ущербной, невозможность угодить ему вызывает раздражение и агрессию, выливающуюся на мужа и коллег по работе, а так же на твоего любовника-Андресона. Кстати, интрижку ты завела лишь для того, чтобы внутренне погордиться собой, что нарушила одно из папочкиных «так делать нельзя».
– Виллоу!
Лицо сержанта перекосило, ладони сжались в кулаки так, что костяшки побелели, но я еще не закончила, а потому продолжила выговаривать сухим официальным тоном все свои накопившиеся выводы, сделанные за длительное наблюдение работы Донован:
– Амбициозная и жесткая карьеристка, самоутверждаешься за счет других, вместе с тем являясь ярой гендерной шовинисткой, поскольку прекрасно осознаешь собственные минусы и всегда чувствуешь превосходство мало-мальски красивой и образованной женщины над собой, что порождает зависть и немедленное устранение несчастной с очерченной тобою территории. Ты завидуешь Холмсу, в глубине души признавая перед собой, что, сколько не старайся и не учись, подобного таланта никогда в себе не развить. Кроме того, ревнуешь его к успеху и уважению, которое он вызывает у Лестрейда, и ненавидишь за то, что каждый раз Грэг обращается к Шерлоку, отмахиваясь от твоих гипотез.