Крещение киберударом

Игнатов Константин

Увидев Ивана, охранник на последнем этаже штаб-квартиры сразу потянулся к портативному биопарализатору:

— Извините, господин лейтенант, но я имею приказ на ваше задержание,

— Я в курсе, дружище, — с обезоруживающей искренность улыбнулся Стрельцов. — Это ошибка секретарши… Перепутала фамилии в списке. Уже все улажено. Можешь проверить.

Офицер посмотрел на дисплей и утвердительно кивнул головой:

— Еще раз извините, господин лейтенант, приказ на задержание действительно отозван.

— Ничего-ничего. Служба есть служба, — добродушно улыбнулся гринчанин. Иван уже успешно преодолел пропускной турникет и дружески хлопнул дежурного по плечу. — Бывает.

Приняв на борт молодого змееносца, типолет резко покинул стоянку и на большой скорости помчался к окраине столицы.

Под корпусом тарелки стремительно мелькали городские кварталы.

Стрельцов порадовался, открыв в себе еще одно качество — как инфохомос, он, оказывается, обладал уникальной способностью мгновенно активизировать внутреннюю психологическую защиту. Вероятно, свойство личности к стабилизации в экстремальных условиях являлось неотъемлемым качеством Киберчтецов. Иначе в реальных (а не лабораторных) условиях они просто не смогли бы четко перерабатывать огромные массивы информации. Ванька, словно бывалый психолог-профессионал, спокойно очистил мозг от лишних тревог и ненужной возбужденности, блокирующих способность рациональной оценки ситуации, и задумался над полученным от генерала сообщением. Жалко, конечно, что Стрельцов, еще находясь дома, не догадался «вскрыть» компьютер шефа. Тогда бы не пришлось ухищряться и бегать от Боевого Патруля. Да и находился бы он сейчас не на борту типолета, местоположение которого постоянно фиксируется на экранах локаторов, а затерялся бы в гуще туристов-зевак где-нибудь в центре города — и поминай как звали. Посадить же тарелку посреди улицы в данный момент — значит, сто процентов угодить в руки снеговиков. Так что высадку, вероятно, придется перенести в безлюдные заповедные зоны Октавы.

Послание генерала содержало невероятные вещи. В самом начале шеф предупредил, что, если он не отзовет свое письмо до 8.00, Ивану необходимо срочно бежать и скрыться от Галбеза. Стрельцов ознакомился с информацией босса в 8.15. Минутой позже — и было бы уже, наверное, поздно. Преданные люди из Комитета внутреннего контроля БГБ сумели заранее предупредить Войко, что на 8.00 планируется… его арест! Поэтому шеф успел-таки оставить предостерегающее сообщение Чтецу, в котором генерал объяснил, что пал жертвой чудовищного заговора. Против босса готовилось обвинение в государственной измене, терроризме и превышении власти. Иван, предположительно, будет проходить по делу как соучастник.

Чтобы Стрельцов отчетливо понял суть дела, шеф привел полный текст агентурного донесения с планеты Голд о разразившейся там информационно-энергетической катастрофе. Указанное донесение босс получил из рук генерала Пустынника.

Смысл предъявляемого Войко обвинения состоял в том, что, в изложении контрразведки, события на Голде выглядели как тщательно спланированная генералом широкомасштабная террористическая акция, с блеском проведенная преданной шефу агентурно-диверсионной сетью, руководство которой он якобы осуществлял через Стрельцова, используя его способности Киберчтеца. В основу обвинения легло все то же агентурное донесение. Оно, как полагает шеф, было (либо на стадии дешифровки, либо на пути от шифровальщиков к директору БГБ) тщательно подтасовано некими лицами, заинтересованными в отстранении генерала от должности. В извращенном свете сообщение агента выглядело как отчет о проделанной работе (адресованный лично Войко), а не описание глобальных событий, неожиданно парализовавших далекий Золотой Мир. Кроме того, недоброжелатели напирали на тот факт, что генерал непостижимым образом узнал о катастрофе раньше, чем пришло единственное агентурное донесение, поступившее в адрес шифровального центра галактической связи БГБ. На этом основании строилось утверждение, что, делая запрос Крабу насчет информации с Голда, Войко лишь хотел получить официальное подтверждение удачно проведенной им же операции. В довершение ко всему изменники профессионально вплели в картину воображаемого заговора некоторые досадные промахи в работе службы возглавляемой генералом, искусно интерпретироч вав их как подготовку к будущей операции.

В данный момент Управление контрразведки разрабатывало оперативное мероприятие для скoрейшего выяснения истинного положения вещей на Голде. Дело находилось на контроле у самого директора БГБ — Гарри Смита.

Далее шеф выражал в письме надежду, что скоро измена раскроется, если только новое начальство войковской службы не поснимает сразу всех руководящих работников, потому что костяк офицеров — люди генерала. И они не будут сидеть сложа руки, а, вероятно, попытаются отыскать и предоставить руководству Галбеза убедительное опровержение гнусной лжи.

Большие надежды Войко возлагал

и на Стрельцова, в связи с чем поделился с подчиненным некоторыми соображениями относительно причин движущих сил и предполагаемых исполнителей заговора, а также попросил Ивана поискать в технополе подтверждения своих версий. В случае обнаружения сведений, разоблачающих злоумышленников, рекомендовал переправлять их непосредственно Крабу в тот момент, когда директор БГБ лично paботает за персональным компьютером (обычно утром). По мнению генерала, инициатива заговора и ходила от могущественного Ричарда Гольфа, кoтoрый однозначно имел своих людей в самых вьcших эшелонах Галбеза. Вероятно, операция тщaтельно разрабатывалась в нескольких вариaнтax как прикрытие акции с похищением Ивана и Катерины. Профессионально отточенная до правдоподобности дезинформация должна была выключить из игры Киберчтеца и его основного покровителя в БГБ — Войко. В случае успешного пленения бандитами Стрельцова в штаб-квартире Бюро Галактической Безопасности, по сценарию заговорщиков, должны были ухватиться за версию сознательного побега змееносца, якобы почувствовавшего близость провала. У заговорщиков наверняка имелось несколько наработок по внедрению фальсифицированных сведений в БГБ и как минимум три-четыре варианта самой дезинформации. А тут, как нельзя кстати для координаторов вражеской операции, всплыл этот злополучный звонок Войко Крабу. Получилось, что шеф Стрельцова владеет информацией об очень подозрительных событиях, происходящих где-то на краю галактики, тогда как об этих вещах в Галбезе знают единицы самых посвященных высокопоставленных офицеров.

Из послания генерала Иван понял, что начальник давно рассматривал вероятность присутствия людей Гольфа в структурах БГБ как очень высокую, почти осязаемую. Ведь, казалось бы, все знают, что «РиГл» отмывает деньги мафии. Но внедрить агента на серьезный уровень в эту фирму никогда не удавалось. Галбез в буквальном смысле Потерял в недрах бандитской корпорации несколько самых лучших своих людей. Причем прослеживалась Подозрительная тенденция: успешно внедренный в «РиГл» агент на первых порах четко выполнял тест-радание — фиктивное, для проверки каналов связи, подстраховки возможных вариантов операции.

Нo все проходило без сучка и задоринки; а непосредственное задание неизменно проваливалось.

После чего агент Галбеза бесследно исчезал. Следовательно. Гольфа всегда кто-то вовремя предупреждал об опасности. И этот «кто-то» владел самой секретной информацией Управления контрразведки. Все это не входило в компетенцию Войко. Он черпал сведения о провалах в работе с «РиГл» из личных источников, заслуживающих доверия, а также, как опытный разведчик, составлял мозаику событий с минимальной погрешностью из разрозненных косвенных фактов. Наличие «пятой колонны» в БГБ подтверждалось, кстати, и тем фактом, что мафиози начали поиск Стрельцова после его побега из Школы Резерва практически одновременно с Галбезом и даже опередили огромное межпланетное ведомство, первыми настигнув беглеца. Откуда они могли знать, что на захолустной планете Грин сбежал какой-то никому не известный курсант, что его разыскивает БГБ и, главное, почему разыскивает?

В своем письме Войко назвал поименно несколько должностных лиц Галбеза, которых, по мнению генерала. Чтецу следовало «просветить» в первую очередь на предмет возможного сотрудничества с мощным мафиозным кланом Ричарда Гольфа.

После вчерашней отсидки в бандитской камере пыток Ивана не пришлось особенно убеждать в необходимости попотеть, подыскивая в недрах техно-поля факты в пику своему неудавшемуся компаньону. Кроме того, другого выхода у Стрельцова, в к общем-то, и не было. Единственная возможность вытащить и себя, и своего шефа из дерьма — предоставить руководству Галбеза компрометирующие материалы как на президента «РиГл», так и на его пособников — предателей из рядов БГБ.

Тут Иван вспомнил, что Катюша, наверное, уже встала и ожидает звонка от милого. Нужно срочно предупредить ее, чтобы и носа не высовывала из конспиративной квартиры. К счастью, кроме Войко, никто не знает о существовании спасительного «запасного аэродрома». «Самому соваться туда тоже не стоит, — подумал Стрельцов, — чтобы не провалить явку». Хотя конкретного плана дальнейших действий у гринчанина пока еще не было, но он подумал, что, вероятно, ему все-таки понадобится помощь невесты. Поэтому следовало назначить встречу с Катей на нейтральной территории. В уме почему-то всплыло название бара «Инфодром». Приставка «инфо» безотчетно согревала душу Киберчтецу, и Стрельцов решил остановиться именно на этом заведении.