Крепость стрелка Шарпа

Корнуэлл Бернард

Гаррард ничего не понял, что подтверждала и его растерянная физиономия.

– Что ты задумал, Дик?

Шарп ухмыльнулся.

– Не спрашивай, Том. Просто сделай, о чем я тебя прошу, ладно?

Гаррард пожал плечами и ухмыльнулся в ответ.

– Ты же офицер. Твое дело приказывать, мое – подчиняться. Делай как знаешь.

– Ты готов?

– Всегда мечтал съездить офицеру по роже.

– Тогда вставай. – Они поднялись. – Ударь меня. Я хотел украсть у тебя патроны, ясно? Двинь мне кулаком.

– Адские силы... – пробормотал Гаррард.

–

Ну же! Давай!

Гаррард вполсилы влепил приятелю по ребрам, Шарп его оттолкнул. Рядовой упал. Шарп повернулся и побежал вдоль края плато. Гаррард закричал, неловко поднялся и помчался за ним. Несколько человек, услышав крики, бросились наперерез, но человек в индийской одежде уклонился влево и скрылся в кустарнике. Больше половины роты Морриса, обнаружив нежданное развлечение, присоединились к погоне, но беглец имел немалое преимущество и, ловко лавируя между кустами, уверенно отрывался от улюлюкающей толпы. Добежав до места, где стояла на привязи лошадь, Шарп вырвал из земли колышек, вскочил в седло и дико гикнул. Вслед ему неслись оскорбления, но он их уже не слышал. Еще несколько секунд, и беглец вылетел за пределы лагеря, а конных пикетов поблизости не оказалось.

В лагерь Шарп вернулся через полчаса с группой выезжавших на разведку местных всадников. Улучив момент, он отстал от отряда, соскочил с коня у своей палатки и передал поводья дожидавшемуся хозяина Ахмеду. Пока Гаррард и Шарп отвлекали внимание роты, мальчишка занимался знакомым делом, прибирая к рукам то, что плохо лежало.

– Все взял, – с гордостью доложил он, прошмыгнув в душную палатку вслед за Шарпом.

На сей раз Ахмед ограничился немногим: красным мундиром капитана Морриса, портупеей с саблей и перевязью.

– Молодец, – похвалил его Шарп.

Мундир потребовался потому, что полковник Стивенсон отдал приказ: всем, кто пойдет на штурм Гавилгура, во избежание неприятных недоразумений быть в форме. Сьюду Севаджи и его людям, намеревавшимся отправиться в крепость на поиски Бени Сингха, выдали потрепанное старье, во многих случаях с въевшейся в ткань кровью предыдущих владельцев, но для Шарпа куртки по плечу не нашлось. Даже мундир Морриса оказался маловат и грозил треснуть по швам, но по крайней мере форма у него теперь была.

– Тебя никто не видел? – поинтересовался он у Ахмеда.

– Никто. Ни один ублюдок, – с самодовольной ухмылкой ответил мальчишка.

Его английский делался лучше день ото дня, и Шарпа беспокоило лишь то, что в речи юного араба встречалось чересчур много слов, которые могли бы оскорбить нежное ухо иного джентльмена. Он бросил Ахмеду монетку, и тот, подмигнув, спрятал ее куда-то под одежду.

Перекинув мундир через плечо, Шарп выбрался из палатки и отправился на поиски Клер. Искать ее долго не пришлось: девушка прогуливалась с высоким солдатом в рубахе, черных штанах и высоких сапогах со шпорами. Парочка оживленно беседовала, не замечая ничего вокруг, и Шарп неожиданно для себя ощутил укол ревности, но тут высокий солдат повернулся, нахмурился, узрев незнакомца в лохмотьях,

и наконец улыбнулся.

– Мистер Шарп!

– Сержант Локхарт? Какого черта здесь делает кавалерия? – Он кивнул в сторону затянутой дымом крепости, защитники которой еще пытались нанести урон британским батареям. – Настоящие солдаты должны быть там, где жарко.

– Наш полковник убедил генерала, что мистер Додд может попытаться удрать из форта. Поэтому нам приказано перехватить его, если что.

– Додд не удерет. Кольцо слишком плотное.

– В общем, мы пойдем вместе с вами. Если помните, у нас к мистеру Додду свой счет.

Пока мужчины разговаривали, Клер смущенно рассматривала камни у себя под ногами, краснела и робко поглядывала на прапорщика из-под ресниц. Судя по всему, девушке не очень хотелось, чтобы Элай Локхарт узнал о ее тесных отношениях с Шарпом.

– Я как раз искал миссис Уолл, – объяснил он. – Извините, мэм, не могли бы уделить мне минутку?

Клер бросила ему благодарный взгляд.

– Конечно, мистер Шарп.

– Видите вот этот мундир? На нем красные отвороты и кант. Мне нужны белые. – Он стащил с головы замызганную тряпку. – Может быть, это подойдет. Она малость перепачкалась, да и беспокоить вас, мэм, мне бы не хотелось, но шить я не умею, а тут и обшлага, и канты, и воротник.

– Кстати, милая, когда будете спарывать красное, не забудьте срезать капитанские эполеты, – добавил Локхарт. – Мистер прапорщик не хочет, чтобы прежний владелец опознал свою собственность.

– Пожалуй, – скромно согласился Шарп.

Клер взяла у него мундир, наградила признательной улыбкой и поспешила к палаткам Севаджи. Локхарт проводил ее нежным взглядом.

– Три года ждал случая, чтобы поговорить с ней, – мечтательно вздохнул он.

– И что? Дождался?

Сержант все еще смотрел вслед Клер.

– Редкой красоты женщина.

– Кто? Миссис Уолл? Неужели? А я и не заметил, – притворно удивился Шарп.

– Она сказала, что ты был добр к ней.

– Ну, просто помог, чем смог. Ты же понимаешь, женщина попала в беду, и все такое... – неловко объяснил Шарп.

– Чертов Торранс пустил себе пулю в лоб, и бедняжке некуда было пойти. Что бы она без тебя делала? Большинство офицеров постарались бы воспользоваться случаем...

– Не забывай, что я не настоящий офицер. – Шарп видел, как Клер смотрела на бравого кавалериста, видел, какими взглядами провожал ее Локхарт, а потому решил, что третьему в такой ситуации лучше отойти в сторонку.

– У меня была жена, да только умерла по пути сюда. Хорошая женщина...

– Жаль, – вставил Шарп.

– А миссис Уолл, – продолжал сержант, – потеряла мужа. – Встретила вдовушка вдовца. Самое время, подумал Шарп, вспомнить о судьбе. – Это судьба, не иначе, – вздохнул Локхарт.

– Так что ты собираешься с ней делать?

– Она говорит, что дома у нее нет и податься некуда. Если бы не ты, бедняжке пришлось бы ночевать под открытым небом. Мой полковник не против, чтобы я женился, но...