Крепкий орешек
Шрифт:
– Вы меня, видимо, с кем-то путаете, Александр Павлович, – сделала попытку встать с кресла и отойти от разгневанного начальника на безопасное расстояние. Кто знает, что он ещё может выкинуть. – Я, пожалуй, пойду.
– Сидеть, я тебя не отпускал, – я даже вздрогнула от громкости и жёсткости его голоса.
Обойдя стол, мужчина приблизился ко мне. Склонившись надо мной, взялся обеими руками за подлокотники моего кресла, тем самым блокировав пути отступления.
Кажется, сейчас будут оюшки.
В черных глазах смешались презрение
– Я видел сотню таких как ты, – Босс говорил тихо, глядя с ненавистью мне в глаза. Каждое его слово было буквально пропитано ядом. – Шаболд, готовых пойти на любые ухищрения, чтобы найти богатого папика. Думаешь, я не понял это, когда ты поскользнулась прямо передо мной на ровном месте, а сейчас пришла в красной блузке, которая еле прикрывает грудь?
Последовала звонкая пощечина. Хотя, очень сильно хотелось разбить ему стеклянный стол его же надменной рожей.
Он явно не ожидал такой моей реакции. Судя по тому, как раздувались его ноздри, он был готов стереть меня в порошок.
– Не смей так со мной разговаривать, чертов псих.
И, хоть мой голос был тихим и спокойным, внутри я была также зла, как он снаружи. Около минуты мы испепеляли друг друга взглядом, никто не собирался сдаваться.
Мысленно пыталась разбудить своего внутреннего супермэна, чтобы выстрелить испепеляющими лазерами из глаз. Но тщетно.
Босс начал тихо смеяться, на его лице отразилась совсем невесёлая полуулыбка. Наверное, так смеётся сам Сатана или психически поехавший.
– Я могу и уволить за подобные выходки, Орешкина, – все также нависая надо мной, хищно произнёс он.
– Во-первых, у меня есть имя – Вероника. Во-вторых, мир не вращается вокруг тебя, чтобы потом повращаться на твоем члене. А, в-третьих, я и сама не останусь здесь ни на минуту. Не хватало ещё, чтобы меня считали дешёвой давалкой, коей я не являюсь. Так что, будь добр, отойди в сторону и иди нахрен.
Теперь Босс засмеялся в голос. Его смех оказался таким же красивым, как и голос. Ему было действительно смешно, то ли от того, что я пыталась себя защитить, то ли от моей дерзости.
Ещё бы – Моська напала на Слона!
– Вероника, значит. Ну-ну, – наконец-то, он отошел от меня и, вместо того, чтобы вернуться в свое кресло, подошёл к входной двери и закрыл её на ключ изнутри.
Вот это поворот. Подскочила с кресла и стала искать глазами то, чем можно будет защищаться. Не нашла ничего лучше, чем статуэтку стоящую на столе Босса.
– Предупреждаю сразу, я буду кричать и отдавлю тебе яйца этой штуковиной, – я встала в самую боевую стойку, на которую только была способна с этой тяжеленной статуэткой в руках.
И пусть мой рост всего метр пятьдесят шесть сантиметров и сорок восемь килограмм веса, задницу ему я надрать все равно смогу. Возможно, конечно, не всю, но половину точно.
– А ты смешная, – его лицо озарилось мальчишеской улыбкой, казалось, он уже лет
И долго он будет зубы сушить!? Я тут, вообще-то, к войне приготовилась, а не стать его персональным клоуном.
По-прежнему улыбаясь, и не сводя с меня взгляд, он расстегнул единственную пуговицу своего пиджака.
Я с опаской сглотнула комок страха.
Внутренняя баба-гопник приподнялась с кортанов.
– Ладно, отнеси мой пиджак в химчистку и вечером принеси обратно. Будем считать, что инцидент исчерпан, – Александр Павлович открыл дверь и протянул мне свой пиджак. – Можешь быть свободна, Орешкина.
Специально выделил мою фамилию.
С опаской подошла ближе к нему и постаралась ниндзей просочиться между ним и дверным проемом, но мужчина, словно специально приблизился, чтобы наши тела соприкоснулись. Злобно посмотрев в его темные глаза и подавив в себе желание, стереть ногой самодовольную улыбку с его лица, выхватила пиджак и пулей вылетела из кабинета, пока он ещё чего не придумал. Пронеслась мимо секретарши и вспомнила, что в руке у меня до сих пор статуэтка из кабинета генерального.
– Александр Павлович просил передать это вам, – поставила ей на стол презент. Девушка расплылась в многозначительной кошачьей улыбке, а я быстро удалилась.
На лифте спустилась на свой этаж, где у рабочего стола меня уже поджидала Соня.
– Ну, и? Как всё прошло? – заговорчески спросила подруга. – Мне нужны все, даже самые грязные, подробности.
– Великолепно. Мы перешли на "ты" и он станцевал мне стриптиз, вот трофей, – указала на пиджак в своей руке.
– Ого! – только и смогла выдавить Сонька, изумленно открыв рот.
– Да шучу я. Накричал на меня и заставил отнести пиджак в химчистку.
– Не уволил же, значит, зацепила ты его, – поигрывая бровями, произнесла подруга.
Устало закатила глаза. Боже, за что мне это всё? Какое плохое зло я успела натворить этим утром?
Подруга точно не успокоится, пока не выдаст меня замуж за Молотова.
Главушка 4. Молотов
Как обычно будильник прозвенел ровно в семь утра, но я уже давно проснулся и лежал, созерцая белый потолок своей спальни.
Очередное долбаное утро, очередного долбаного рабочего дня сурка. Чем дольше работаю, тем меньше хочется это делать, даже не смотря на то, что дела у компании идут в гору. Казалось бы – живи да радуйся, но с каждым днем все больше начинаешь чувствовать себя биороботом, который выполняет большинство действий и принимает решения на автопилоте.
На том же автопилоте поднялся с постели и направился в душ, чтобы хоть как-то взбодриться перед очередным рабочим днем.
Стандартное утро, которое меня встречает на протяжении более шести лет: встал, принял душ, выпил кофе, надел костюм и покинул квартиру, чтобы влиться в рабочий поток.