Крепкие парни
Шрифт:
Она холодно и внимательно осмотрела его. Потом взглянула на большого пса, вставшего рядом с ним.
— Охотник на львов? Это ваша свора собак все время тявкает рядом?
Он кивнул:
— Я гоняюсь за львами на плато. И ловлю их.
Она с недоверием уставилась на него.
— Ловите? Живыми? По-моему, у вас больше смелости, чем мозгов. Зачем вам живые львы?
— Продаю их циркам и зоопаркам. Они стоят от трехсот до семисот долларов, в зависимости от размера и пола. Это лучше, чем пасти коров.
— Наверное, лучше, — согласилась она, —
— А вы? — спросил он. — Чем занимается девушка в такой глухомани? Я понятия не имел, что здесь вообще кто-то живет.
— И никто не имел, вплоть до сегодняшнего вечера. Вы ведь никому не расскажете? Если вы уедете отсюда и проболтаетесь, меня ждут неприятности. Дорфман примчится сюда через десять минут.
— Потому, что вы украли его лошадей? — высказал предположение Морган.
Ее глаза вспыхнули.
— Это не его лошади! Они мои! Все до единой! — Она чуть опустила ружье. — Дорфман — мошенник и вор! Он украл ранчо моего отца, а потом его лошадей. Жеребец принадлежит мне, кобылы и их потомство — тоже.
— Расскажите-ка мне об этом, — предложил Морган, снимая шляпу и стараясь не делать резких движений.
Она с сомнением изучающе посмотрела на него и опустила ружье.
— Я как раз готовила ужин. Присаживайтесь.
— Давай поедим! — заорал резкий голос. Кот, вздрогнув, оглянулся и в первый раз увидел попугая в клетке.
— Это Панчо, — объяснила она и улыбнулась. — Мой хороший товарищ.
Ее отец торговал с индейцами не-персе и купил у них великолепного жеребца-аппалузу и несколько кобыл, которые и положили начало табуну. Когда в тех местах появился Карл Дорфман, начались неприятности. Позже, во время путешествия девушки на Восток, ее отец погиб. Вернувшись, она обнаружила, что ранчо продано, а лошадей нет.
— Мне сказали, что его сбросил жеребец. Я-то знала, что это не так. Его убили Дорфман с Эдом Веттером, которые якобы нашли труп отца. А потом они предъявили закладные и потребовали в уплату продать ранчо. Судью, видимо, подкупили. Потому что вскоре он переехал в другое место и купил собственное ранчо. Отец никогда не ходил в должниках. Да и вообще не терпел долгов. Его убили, а в суд предъявили фальшивки.
— Доказать это будет трудно. У вас есть какие-нибудь улики?
— Только то, что сказал врач. Он объяснил мне, что повреждения, полученные отцом, никак не могли быть связаны с падением с лошади. По его словам, отцу нанесли смертельный удар, когда он лежал на земле.
Кот Морган поверил ей. Он не знал, повлияла ли на это его собственная нелюбовь к Дорфману, но история была слишком похожа на правду. Он задумался.
— Вы получили что-нибудь от продажи ранчо?
— Пятьсот долларов и билет на Восток. — В ее глазах, когда она наклонилась, чтобы налить ему кофе, загорелся гнев. — Мистер Морган, наше ранчо стоило по меньшей мере сорок тысяч. Отцу предлагали за него именно эту сумму, и он отказался.
— Значит, вы поехали за ними?
— Да. Я сделала вид, что поверила, но узнала, куда уехал
Через два часа, покинув хижину, Кот обнаружил, что пробраться в тайную долину легче, чем выбраться из нее. После нескольких неудачных попыток ему наконец удалось отыскать место, где накануне он поймал льва, а затем найти тропу в лагерь. По дороге у него из головы не выходил Дорфман — жестокий, крутой, привыкший не отказывать себе ни в чем. Он понимал, что еще встретится с ним.
Подъезжая к лагерю, Кот забеспокоился, потому что не уловил запаха дыма костра и не увидел огня. Тихо разговаривая с конем, он въехал во впадину и натянул поводья. Перед ним с ветки дерева свисал длинный предмет!
Пришпорив коня, Морган пересек поляну, выдернул охотничий нож из ножен, перерезал веревку и, подхватив тело старика, опустил его на землю. Раздвинув одежду, приложил ладонь к сердцу. Одинокий Джон еще был жив!
Морган быстро развел костер и вскипятил воды. Старика не только повесили — в него стреляли: две пули попали в туловище, одна в руку. Но в Одиноком Джоне все еще теплилась жизнь.
Веки старика затрепетали, и он прошептал:
— Дорфман… Приехали пятеро! Повесили меня… Что-то услышали… Сбежали… — Некоторое время он хрипло дышал. — Наверно, ты… я так думаю…
— Ш-ш-ш. Помолчи, Джон. Все будет хорошо.
— Нет. Я готов. Веревка… я схватился за нее… Держался, пока мог.
Худая рука старика вдруг ослабела, и он испустил дух.
Кот мрачно поднялся на ноги. Он тщательно собрал снаряжение, которое не успели уничтожить налетчики. Пойманные горные львы были привязаны в стороне, в нескольких ярдах от лагеря, и их не нашли. Кот бросил им мяса, налил воды и вернулся к коню. С минуту помедлил. Потом, решившись, погрузил тело старика на лошадь и сел в седло сам. Его путь лежал в Семь Сосен.
Он въехал в городок в серые предрассветные часы. Долго стучался в контору шерифа, прежде чем был услышан. Дверь открыл мужчина с жестоким лицом и холодными голубыми глазами.
— В чем дело? Что случилось? — спросил он.
— Убили моего напарника. Вначале застрелили, потом повесили.
— Повесили? — Шериф смотрел на него не совсем дружелюбно. — Кто его повесил?
— Дорфман. С ним еще четверо.
При упоминании имени Дорфмана лицо шерифа заметно изменилось. Он вышел, отвязал от седла тело старика, положил его на крыльцо перед конторой и с хмурым видом заметил:
— Наверное, если Дорфман так поступил, то имел веские причины. Если хотите остаться целым, лучше уезжайте.
Не веря своим ушам, Морган уставился на него.
— Вы шериф или нет? — требовательно спросил он. — Я обвиняю Дорфмана в убийстве и хочу, чтобы его арестовали.
— Вы хотите? — Шериф явно терял терпение. — Кто вы такой? Если Дорфман повесил его, значит, на нем есть вина. У Карла пропали лошади. Похоже, он считал, что этот человек так или иначе повинен в этом. А теперь убирайтесь, пока я вас не посадил.