Кренер

Берг Дмитрий

Оставалась одна недостающая деталь — дымчатая луковица. Добывают их редко, а расходятся они очень быстро. Ведь с помощью такой луковицы умелый алхимик может изготовить до несколько камней страха или три дюжины камней лжи. Камни страха по желанию владельца на несколько секунд способны вызывать чувство панического ужаса у того, на кого он его направит. Такой камень, встроенный в рукоять меча может решительно изменить результат схватки, да и кольцо с таким оружием на руке очень ценная вещь. Камень лжи слабее. Он не может повлиять на других людей, но он реагирует на эмоции и с большой долей вероятности определяет, когда владельцу лгут. Он не так ценен

для воинов, но для правителей и торговцев он просто незаменим.

Есть и другое использование демчатых луковиц. В том числе то, о котором знает Крумус и его повелитель. С его помощью можно усиливать дар, в частности способность влиять на эмоции и волю других людей. Свой Голос Крумус получил больше года назад. Повелитель поделился толикой силы, которую впитал благодаря проведенному тогда ритуалу. Тогда тоже потребовались кровь и дымчатая луковица. Но с тех пор ритуал удалось доработать, проведена долгая подготовка. Каждую четверть луны аркан накапливал силу благодаря новой крови. Но дальше копить уже не получается. Последние два месяца каждая новая жертва требуется лишь чтобы поддерживать наколенный запас. Для завершения ритуала не хватало дымчатой луковицы. И вот наконец, час назад вернулся слуга и подтвердил, что у одного из торговцев появился нужный товар и он даже оставил ему задаток.

— Кварделиус, наконец то вы меня порадовали! — сказал Крумус, входя в лавку, — сразу видно кто лучший поставщик алхимических товаров в нашем городе. А ведь этот пройдоха Купер клялся, что найдет луковицу быстрее.

Торговец встал и поспешно вышел из-за прилавка, чтобы встретить важного клиента. Крумус покупал дорогие и редкие вещи и сильно не торговался. Иметь дело с ним было выгодно, но Кварделиус не любил встречаться с ним лично, предпочитая иметь дело с его подручными. Человек главного визиря внушал торговцу нешуточный страх. Торговец общался с разными людьми, среди которых были и обреченные и властью и откровенные головорезы, но мало кто из них заставлял его так нервничать. Интуиция, которой толстяк всегда доверял, просто вопила, что этот человек опасен как гремучая змея.

— Очень рад быть полезным уважаемому человеку, — протараторил, кланяясь Кварделиус и указал на коробку, стоящую на прилавке, — вот ваш заказ.

Торговец знал, как создать нужное впечатление от товара. Не может артефакт, который стоит больше, чем зарабатывает обычный горожанин за всю свою жизнь, просто лежать на прилавке. Поэтому и появилась коробка из красного дерева, отделанная бархатом. Коробка обошлась ему в десяток серебряных монет, но выглядела куда дороже. Занятно то, что дымчатые луковицы очень прочные и никакая упаковка для защиты им не нужна, но дело ведь не в защите, а в антураже.

Крумус не стал дальше церемониться и открыл лежащий на стойке футляр. Увесистый мешок с монетами он небрежно бросил рядом и Кварделиус поспешно убрал его под прилавок.

— Ай, красавица! — на узком и холодном лице неожиданно появилось выражение нежности, так смотрят на домашнего питомца или новую любовницу, — как же долго ты заставила себя ждать.

Кварделиус внутренне содрогнулся. Он привык оценивать артефакты по их стоимости в звонкой монете, поэтому радовался, когда выгодно купил луковицы у охотника. Но держать их в руках для обычного человека дело неприятное. Они вызывают какую-то тревогу, а мутное пятно, которое всегда разворачивается в сторону лица держащего артефакт, создают впечатление недоброго взгляда. Покупатель же откровенно наслаждался тем, как перекатывает

эту опасную вещь на ладони. Но тот, кто обращает внимание на такие мелочи, не зарабатывает на торговле настоящих денег.

— Всегда приятно, когда клиент получает то что ему было нужно, — сказал торговец, когда Крумус наконец налюбовался на свое приобретение и перевел взгляд на толстяка, — а еще такие же Вам не нужны?

— А есть еще?

— Да, есть. Товар редкий и пользуется спросом. Но зная Ваш интерес, я пока никому его не предлагал.

— Сколько их у тебя?

— Шесть, и они ничем не уступают той, что выдержите в руках.

— Я выкуплю все по тридцать пять золотых за штуку. Большую цену тебе никто не даст!

— Может и дали бы, если бы я продавал по одной или две, но конечно же я уступлю луковицы Вам за названную цену, — торговец снова поклонился, — я всегда учитываю интересы моих лучших покупателей.

— Ладно, толстый хитрец, я накину тебе еще пять золотых, но подскажи, кто тебе раздобыл луковицы? Дело в том, что мне нужно ровно на одну больше.

— К сожалению, я не знаю имени охотника, который мне их продал. Но оно бы Вам и не помогло. Он продал мне все, что добыл.

— Если он не соврал. Люди же иногда лгут, не правда ли? — проговорил Крумус, глядя на торговца, потом его голос немного изменился и он спросил — Как найти этого охотника?

— Я ведь сказал, что не знаю его, — Кварделиус почувствовал слабость в коленях, но отступать от принятой версии не стал, — но если он появиться, то постараюсь расспросить его о том где он добыл артефакты.

— Хорошо, пусть так, — проговорил Крумус обычным своим тоном, — я пришлю слугу с деньгами до конца дня. Отдашь ему шесть луковиц.

Крепко сжимая купленный темный диск в ладони, Крумус вышел. Шкатулку из красного дерева он оставил на прилавке. Кварделиус с облегчением выдохнул. Врать этому человеку он боялся, но и свои принципы он преступать не собирался. Торговец был готов поклясться, что минуту назад клиент пытался на него воздействовать с помощью артефакта или врожденного Дара. Но он не зря владелец лучшей алхимической лавки в Сабарканде. Он знает какими артефактами нужно торговать а какие обязательно нужно иметь при себе, если имеешь дело с большими деньгами и опасными людьми. Здесь в его доме даже вошедшей в силу черной ведьме трудно будет навредить Кварделиусу.

Но никто не мешает прислать пару человек с мечами или просто ножами. С людьми главного визиря шутить никому не позволено. Это не грабители, арбалет под прилавком не поможет. Захотят и сам к ним придешь по вызову, а там могут могут порасспрашивать и в пыточной камере. Шурин рассказывал, как его брата там расспрашивали. Ни кто его не пытал. Просто провели и усадили на стул и задавали вопросы. Сидя рядом со столом, залитым свежей кровью, в окружении стеллажей с различным «инструментом» он рассказал все что знал и готов был вообще сказать и подписать что угодно, лишь бы поскорее вернуться домой.

— Милостливая, не оставь и сохрани, — изобразил торговец священный треугольник, вернулся за прилавок и занялся нужным и приятным делом: стал пересчитывать и раскладывать полученное от клиента золото.

А на улице в это время Крумус сидел в своей повозке. Когда он сел, с другой стороны приоткрылась дверца и в щель просунулось узкое рябое лицо с крысиными глазками.

— Господин Крумус, можно сказать Вам пару слов, — говоривший специально стал так, чтобы его невозможно было рассмотреть со стороны лавки Кварделиуса.