Край
Шрифт:
— Неужели — моего друга? — с дрожью в голосе спросил Эван.
— Да.
— Вот здорово! — воскликнул Эван, и широко улыбнулся.
— Мы предполагаем, что там могут пригодиться такие его способности, как повышенная чувственность, телепатия, невидимость, и другие, ещё мало нами изученные. Аэроцикл укомплектован нашим новейшим оборудованием, оружием и запасами еды на два года. Хотя всё путешествие, по нашим расчетам, уляжется в год с небольшим. Но самое главное — вот…
Тонг Трэй назвал номер архивного файла,
Тонг Трэй пояснил:
— Мы разработали это на основе вещества, найденного в двигательной системе «Объекта». Вещество обладает такими свойствами, что при температуре выше нуля — оно гибкое, мягкое, но когда температура падает, оно затвердевает — причём затвердевает раз и навсегда. Другая уникальная возможность этого вещества — это его исключительная прочность. Квадратный пятиметровый лист толщиной в одну десятую миллиметра способен выдержать массу до ста тонн. Изготовленный же нами лист имеет толщину в сантиметр, и по своим параметрам способен залатать оставленную «Объектом» дыру… Все оборудование для крепежа заплатки находится на борту "Спасителя".
— Все это, конечно, здорово, — проговорил Эван. — Но почему вы выбрали меня? Или забыли, что я супергерой комиксов и фильмов, в не реальной жизни.
— Ну как же, как же, или забыл, сколько интересного, героического уже случилось в твоей жизни? — спросила Мэрианна Нэж и ладонью провела по затылку Эвана. — Ты необычайно находчив, ловок, удачлив. Ноктскими специалистами подсчитано, что шансы на успех экспедиции при твоём участии значительно возрастают.
Эван проговорил задумчиво, вполголоса:
— Действительно — я супергерой, который в отличие от простых героев, застрахован от случайной гибели. Вот только от старости, и конечной смерти никто не застрахован. А время летит быстро. Не успел оглянуться, а уже за тридцатник…
— Но ты хорошо сохранился, — улыбнулась Мэрианна Нэж. — Не в обиду тебе будет сказано, но я не могу называть тебя мужчиной. Просто — ты юноша, — и, приблизившись, прошептала ему на ухо. — …Юноша, которого я люблю, и не потерплю его измены.
— А Мэрианна Нэж тоже летит? — громко спросил Эван.
Тонг Трэй ответил:
— Да, конечно. Ведь вы с ней — идеальная пара.
— Но у меня есть определённые обязательства перед кинокомпанией "Премьер-Свет".
— Считайте, что все возможные неурядицы решены. Наши специалисты уже договариваются с представителями «Премьер-Свет». Вам будет предложен контракт на сумму, гораздо большую, нежели та, что вы могли получить раньше. Вы, Эван, станете мультимиллионером, но за это будете снимать всё, что происходит на краю мирозданья, а весь отснятый материал передадите "Премьер-Свет".
— Это заманчивое предложение. Ведь я ещё никогда не был мультимиллионером.
Тонг Трэй ответил:
— Миникамеры будут вмонтированы в вашу одежду, и в одежду Мэрианны Нэж. Весь материал будет сниматься автоматически, и затем монтироваться в "Премьер Свет". Естественно — совершенно исключены съёмки вашей интимной жизни. Об этом также оговорено в контракте.
— Я согласен, — бодро ответил Эван. — Не столь важен контракт и миллионы, главное — достичь Цели. Когда вылетаем? Надеюсь скоро, да?!
Тонг Трэй усмехнулся и ответил:
— Ну вы настоящий герой. Не в обиду, а в восхваление было сказано… Всем бы быть такими, как вы…
— А я то думал, что избавился от юношеского пылкого максимализма, — проговорил Эван.
Тонг Трэй, выдержав паузу, ответил:
— Что касается даты отлёта, то осталось ждать неделю. Эту неделю вы проведёте здесь, на секретной базе.
Глава 11
"Дни"
Если первая экспедиция к «Объекту» была окутана строжайшей государственной тайной, то из отлёта к краю мирозданья тоже государство сделало яркое шоу. На недавно построенном летном поле, возле светлой окраины Аркополиса возвышался крейсер "Спаситель".
Действительно, «Спаситель» почти ничего общего не имел с крошечным аэроциклом "Великий Дракон", на котором когда-то летал Эван. Это была овальная, возвышающаяся аж на сто пятьдесят метров громада.
К полю были стянуты правительственные войска, которые обеспечивали тройной кордон. К месту старта, помимо участников экспедиции, допускали лишь немногих избранных. Ведь законникам было известно, что после прошедших несколько лет тому назад арестов и относительного затишья, Сопротивление снова набирало силы, так что можно было ожидать теракты.
Но возле стадиона были установлены громадные экраны, через которые демонстрировалось всё происходящее. Множество народу сидело на трибунах, в километре от места старта. Вход на эти трибуны тоже стоил немалых денег, но все места были заняты.
Некоторые из участников экспедиции произнесли короткие, заранее выученные речи. Произнёс свою речь и Эван. Речь, естественно, была написана не им, и состояла, в основном, из восторженных высказываний в адрес Ноктского правительства. Эван часто запинался и поглядывал в бумажку. Несмотря на это, его речь была воспринята с гораздо большим энтузиазмом, чем все остальные речи. Даже и с расстояния в километр Эван услышал восторженный рёв многотысячной толпы. В мыслях подивился: "Неужели это они меня так славят? Какой абсурд! Чем я отличаюсь от любого из них? Хм-м, действительно, чем?.. Быть может, тем, что моя жизнь интересна?"