Красный
Шрифт:
— Что такое?
Вангер открыл папку и теперь показывал содержимое напарнице:
— Адрес посмотри.
Теперь выругалась уже Фрида. Даже надевать куртку не стала, выкатились из Управления с одеждой в руках.
Ругаться было от чего…
В Стокгольме, как и по всей Европе, и не только Европе, распродажи. Время, когда
— Линн, тут столько всего интересного на распродаже! Я была так обвешана покупками, что не услышала звонок.
Я понимаю, что ей некогда. Нет, Бритт не просто некогда, она уже живет той жизнью, почти забыла Швецию. Поиграла в исключительность и будет. В конце концов, оригинальной можно быть в и Западном полушарии. Мне снова начинает казаться, что подруга не вернется. К тому же у нее серьезно болен отец…
В Стокгольме уже установилась минусовая температура, под ногами не хлюпает, выпавший снег, пусть и неглубокий, не тает, природа готовится к Рождеству.
А в Лос-Анджелесе плюс пятнадцать и деревья зеленые… Там совсем недалеко Мексика, много тепла и солнца, захочет ли моя изголодавшаяся по солнышку подруга возвращаться в пасмурную и холодную Швецию?
Но я не представляю, как может на Рождество не быть снега и морозца. Что это за Рождество, не по асфальту же саням Санта Клауса ездить?
Бабушка интересовалась, не собираюсь ли я перебраться в Бюле. В логике моей бабушке не откажешь, почему бы этого не сделать, пока Ларс отсутствует? На озере Валентуна красиво, деревья стоят в снегу, дома словно из сказки… Представляю, как красиво у Ларса на острове.
Я решаю так и поступить.
— Ларс, я пока съежу к бабушке.
— Съезди. Когда?
— Не знаю, наверное, завтра. К твоему возвращению и я вернусь.
— Только попробуй не вернуться! Там связь хорошая?
— Не жаловались. Это же недалеко от Стокгольма.
Но уехать не удается.
ОГНЕННЫЙ
Вечером звонок от Оле. Я не отвечаю, но немного погодя он перезванивает снова:
— Почему не отвечаешь?
— Не слышала звонка.
— Общий сбор через полчаса.
— Что случилось?
— Случилось. Приходи.
В офисе все в сборе. Марта мрачней тучи, даже прячет глаза. Остальные тоже не радостны.
— Что случилось?
В комнату входит Анна и, только кивнув в знак приветствия, сразу включает проектор.
— Новое убийство. Смотрите.
На экране снова подвешенная девушка. Курт вздыхает, Марта смотрит в сторону, а я прижимаю руки ко рту, чтобы не закричать, потому что это… Бригитта! Да, это она стояла между Кайсой и Паулой
Анна бросает на стол пачку фотографий и делает знак Улофу, чтобы тот говорил.
Улоф говорит и говорит, озвучивая найденную информацию, его голос жужжит, вызывая у меня страшную головную боль. Хочется закричать: «Да замолчи же ты!»
Бригитта Ларсен не просто повешена, она связана и подвешена по одной из схем, которые я так старательно разбирала только вчера! Да, вернувшись после похода с Мартой в комнату боли, принялась разглядывать рисунки и схемы связки. Много нашлось интересного. Были несложные, но были и такие, что не сразу сообразишь и как вязать, и как распутывать.
Но главное — на нескольких схемах пометки: осторожно, ошибка в одном узле может оказаться фатальной. Всего-навсего неверно положенная веревка в узле превращает его в самозатягивающийся. Достаточно резкого движения, и развязывать не столько трудно, сколько долго, человек пострадает. А если на шее?
Я в ужасе смотрю на снимок, я видела эту связку с опасным узлом в папке со схемами. Это снова узел Ларса, и снова решающий в произошедшей трагедии.
Мир померк, рухнул, рассыпался на миллионы осколков. Мой мир больше не существовал. Хотелось не просто остановить Улофа, а кричать, кричать и кричать! Я не могла осознать увиденного, произошедшее просто не укладывалось в голове.
Ларса нет, он где-то, а где именно, не говорит. Кажется, в Амстердаме. Ежевечерние звонки… воркование… слова о любви… Неужели все это ложь?! Неужели в это самое время он мог?!..
Кажется, у меня осталось одно-единственное слово: «Нет!» Я не верила, не могла поверить. Нет, Ларс не мог, он не такой, он… Но почему же все снова по его схеме? Нет, нет, нет!.. Тысячу тысяч раз нет! Я уже знаю Ларса так хорошо, что понимаю: убить он не мог. Значит, кто-то воспользовался его схемами? Кто это мог сделать? И знал ли сам Ларс, что этими схемами могут воспользоваться?
Они существуют в единственном экземпляре или в нескольких?
Кто видел те, что у меня дома? В последнее время только мы с Мартой. Но просто посмотрев, не запомнишь, нужно изучить. Даже смешно: изучила я. Глупо, но именно я могла изучить эту схему.
Тут я вспоминаю, что рисунки, оставленные где-то на подиуме или возле него, оказались в шкафу. Становится страшно, значит все-таки кто-то побывал в той квартире?
— Что?
Я поднимаю глаза. Анна что-то спросила, но я не услышала.
— Я тебя спрашиваю: где сейчас Ларс Юханссон.
— Не знаю… В Амстердаме. Он сказал, что в Амстердаме.
— А Оскар?
Марта в ответ только пожимает плечами:
— Не знаю. Куда-то улетел, но не сказал куда.
— Вы обе просто курицы! Вам поручили следить за опасными мужиками, а вы вместо этого спите с ними! Сегодня же позвонить и наводящими вопросами выяснить, где они!
— Как это выяснить?
— Спроси, что он видит из окна или где был сегодня! И этому вас учить?!