Красный

Хансен Эва

— Фитнес забыла.

— Что?

— Занятия спортом забыла. — Я с улыбкой смотрела на бунтующую подругу. Как надолго хватит ее запала?

— А, да… Раз в неделю встреча с подругами в бездарном кафе, дважды в месяц парикмахерская, по праздникам спектакль под названием «счастливая семья». Фи!

— А что тебе нужно?

— Творческая свобода. Я хочу создавать свои наряды, а не покупать готовые комплекты, в которых за меня продумали все от пальто до трусиков. — Она шла спиной вперед, размахивая руками перед моим лицом.

— Только

поэтому ты бросила Джека?

Бритт остановилась как вкопанная.

— Пойдем в «Силветто»!

— Немного не по пути.

— Ерунда, пойдем. Там такой жилет!.. М-м-м… даже я бы не додумалась.

— Может лучше в «Грандпа»? — со слабой надеждой поскорей попасть домой выдавила я. Все же «Грандпа» на Сёдермангатан, совсем рядом с домом. Бритт «успокоила»:

— Туда на обратном пути.

Стало ясно, что домой мы вернемся к вечеру. Если подруга решила посетить дизайнерские бутики, пиши пропало, тем более, в «Силветто» все в обожаемом ею стиле 50-х, а в «Грандпа» полным-полно безделиц, вызывающих у Бритт восторженный писк и закатывание глаз. Если учесть, что у нее банковская карта без ограничения кредита, то неудивительно, что наша квартира битком набита разной дизайнерской дребеденью.

От полного захламления (я вовсе не считаю дизайнерские штучки хламом, но они хороши только в разумных количествах) нас спасает еще одна страсть Бритт — делать подарки всем вокруг. Часто покупки даже не распаковываются и немного погодя отправляются к новому хозяину.

Сейчас пара сумок Бритт набита мелочью, я понимаю, что это привет Америке, и не спорю. Но все же подруга покупает больше, чем раздаривает.

Мы свернули на Катаринабангата, а там рядом и Мальгадсваген с «Силветта».

Пока шли, я вернула Бритт к теме чужой свадьбы:

— Когда она?

Бритт развернулась спиной по ходу движения, чтобы видеть мою реакцию.

— Через десять дней. Линн, я только туда и обратно, даже Рождества ждать не буду, скажу, что мне нужно сдавать долги.

— В Сочельник?

— Ага! — рассмеялась подруга.

— Так ты собираешься вернуться? У тебя же билет только в одну сторону, — недоверчиво поинтересовалась я. Если скажет что-то вроде «ну да…», значит, не собирается.

Но Бритт снова встала как вкопанная, заставив велосипедиста вильнуть в сторону.

— Куда?

— В Стокгольм. Уйди с велосипедной дорожки.

— Я могла не вернуться? — Она вдруг сообразила, о чем я беспокоюсь. — Ты думаешь, я могла не вернуться?! А откуда ты знаешь про билет?

— Видела на столе.

— И молчала?

— Но и ты молчала.

— Я не знала, как тебе сказать, боялась ты обидишься, что не смогу быть здесь в Рождество. Ведь ты же звала меня к бабушке в Бюле. Мне очень хочется туда, Линн, правда, но я должна быть на свадьбе. А билет в одну сторону, потому что обратных нет, придется брать там. Я постараюсь вернуться к Рождеству. Ты не обиделась?

— Нет!

Бритт, ты чудо! Знаешь, передай мой поцелуй Джеку и еще… Нет, я напишу ему сама, напишу, что он потерял самую лучшую девушку на свете.

— Не смей! Я вовсе не желаю, чтобы он думал, что я жалею о нашем разрыве. Ну его, ну их всех.

Пока ходили, позвонил Йен:

— Линн, не желаешь сходить в «Дебазер», там сегодня хороший концерт?

— Нет, я занята.

— Чем это? — похоже, мой бывший еще не до конца поверил в то, что теперь я сама по себе.

— Работы много, извини.

Только бы не поинтересовался, что за работа на каникулах. Если спросит, скажу, что решила сдать за один семестр программу двух. Но Йен не спросил, ему все равно, он предпочел сообщить другое:

— Я по тебе скучаю.

— Ничем не могу помочь.

У меня не было никакого желания начинать новый виток отношений с бывшим любовником.

— Может, я все-таки заеду вечером? Это же рядом с вами на Слюссене.

— Нет, Йен, правда, не могу.

— Ну как хочешь.

Бритт подвела итог:

— Теперь он за тобой будет бегать, помяни мое слово!

— Пусть бегает. Пойдем, нужно же посмотреть материалы, которые дала Анна.

Лучше бы мы гуляли по магазинам до самого вечера, лучше бы я отправилась с Йеном на концерт, а потом он остался ночевать у меня, лучше бы вовсе не открывала вчера почту, не читала письма Курта и не ходила к Анне… Где мое вчера, когда еще все можно было исправить?!

Первая фотография божества по имени Ларс Юханссон, которую мы видели в офисе Анны, оказалась худшим из его снимков, в этом я удостоверилась через две минуты, стоило только открыть файл.

Бритт даже не свистела, она просто плюхнулась на стул рядом со мной и молча таращилась на экран.

И с этим человеком мне предстояло познакомиться, делать вид, что я чего-то стою, выпытывать у него, выведывать и врать! Я поняла, что пропала, погибла и ничто уже не спасет. Вот она любовь с первого взгляда по одним фотографиям, вот он принц на белом коне, все так, за исключением одного — и принц, и его конь не для меня, а мне остается только безответная любовь и… навоз его Пегаса. Или Буцефала… Или… кто там у нас еще есть из знаменитых коней? Кентавр Хирон, например.

— Бритт, можно влюбиться в человека по фотографии?

— Можно, — вздохнула подруга. — Я тебе сочувствую, но помочь ничем не могу. Только знаешь что, моя интуиция, — Бритт приложила руку к желудку, словно интуиция лично у нее располагалась именно там, — подсказывает, что тебе не стоит отказываться от встречи с этим, — она осторожно кивнула на экран монитора, словно изображенный там красавец мог нас подслушать.

— Зачем? Чтобы влюбиться окончательно и выдать себя с головой в первую же минуту?