Красный урожай

Шрайбер Джо

— Что ты слышал? — встрепенулась Киндра.

Он покачал головой:

— Просто слухи.

— Я их тоже слышала. — Она многозначительно посмотрела на него. — И не только о Ласске.

— О чем это ты?

— Так, пустяки, — сказала она и прошла мимо него в столовую.

* * *

Его обед на сегодня состоял из волокнистой мубасы и консервированных плодов монтра. Джура Острогорх, сидя за столом, настороженно изучал обеденный зал вокруг себя. В Академии он был уже достаточно давно, чтобы понять, что насилие порождает насилие, а новость о том, что случилось с Никтером,

может легко подтолкнуть некоторых учеников захотеть продвинуться вверх — в неформальной ученической иерархии, в которой Джура занимал не очень высокое место, и, поэтому, мог стать их мишенью.

Он, как и большинство учеников, сидел у стены, прижавшись к ней спиной. В зале почти не говорили, просто стоял монотонный звон посуды и подносов. Придя сюда, все старались поесть как можно быстрее и вернуться к своим тренировкам, или учебе, медитации, и изучению Силы. Время, тратившееся на общение, считалось потраченным зря — такое поведение демонстрировало слабость, отсутствие дисциплины и бдительности, и практически подстрекало ваших недругов.

— Джура…

Он перестал есть и оглянулся. Возле него стоял Хартвиг вместе со Скопиком. Их подносы были заставлены пустой посудой, и видимо поэтому, они не собирались садиться за его стол.

— Чего нужно?

— Ты слышал о Никтере.

Который в храме? — Джура пожал плечами. — Это старые новости.

Хартвиг??мотнул головой:

— Он исчез.

— И, что тут такого. — Джура пожал плечами, возвращаясь к еде. Он заметил, что другие ученики по соседству напряглись, склонив свои головы в их сторону, стараясь подслушать их разговор, ожидая услышать что-то интересное. — Он, скорее всего, спрятался где-то, жалея себя.

— Нет. Я имел в виду то, что он на самом деле пропал, — сказал Хартвиг. — Санитар Арлжак рассказал Скопику об этом. Еще минуту назад он был в медпункте, залечивая рану на руке, а когда Арл вышел, чтобы проверить другого пациента и затем вернулся, Никтера уже не было.

— Ну, значит, он просто ушел.

Хартвиг нагнулся вперед, понижая голос:

— Он уже четвертый за этот год.

— И, что из того.

— Ты же знаешь, что об этом говорят.

Джура вздохнул, поняв, куда они клонят:

— Вы слишком много болтаете с Ра'атом.

— Может быть и так, — впервые заговорил Скопик, — а может в этот раз Ра'ат знал, о чем говорил.

Джура огляделся по сторонам и посмотрел на говорившего. Скопик был забраком, его родовые татуировки и множество рудиментарных рожек растущих на голове всегда были источником его неимоверной гордости. В разговоре он старался держать голову слегка наклоненной вперед для конкретного эффекта — из-за света за его спиной, тени от рожек напоминали кинжалы. Несколько секунд оба смотрели друг на друга в напряженной тишине.

— Мы все слышали одно и то же, — сказал Джура, сохраняя спокойствие в голосе. — Устранение лишних, эксперименты… На кого вы намекаете?

Скопик наклонился совсем близко: — Повелитель Скабрус.

— А что с ним?

— Если он похищает учеников для собственных целей, — заговорил Скопик, — то кто-то должен выяснить — кто может быть следующим.

Джура издал холодный смешок, но он так и не получился пренебрежительным или высокомерным, как он надеялся: — И как ты планируешь получить

такие сведения?

— Не я, — ответил забрак и ткнул в Джуру. — Ты получишь.

— Я?

— Ты отлично подходишь для этого. Всем известно, что у тебя есть инстинкты выживания, как у голодной дианоги. Ты найдешь способ.

Джура отодвинул стул и поднялся одним плавным движением. Резко выбросив вперед руку, он сомкнул пальцы на горле забрака, сжав их так сильно, что почувствовал, как затрещали позвонки. Все произошло так быстро, что, несмотря на разницу в силе и весе, Скопик был застигнут врасплох — но только на мгновение. Когда он заговорил снова, его голос звучал спокойно, почти небрежно и достаточно тихо, так, что только Джура мог его слышать.

— Остроготх, на моей родной планете есть поговорка: только дурак поворачивается спиной к неоплаченному долгу. Подумай об этом. — Скопик слегка кивнул на руку Джуры. — Поэтому сейчас, поскольку ты действительно еще ценен для меня, я позволю тебе убрать руку с моего горла добровольно и сохранить лицо в глазах присутствующих. Но в следующий раз, когда я увижу тебя, ты расскажешь мне, что ты узнал об исчезновении.

Забрак слегка улыбнулся: — Иначе вся Академия скоро будет лицезреть тебя, и как мне кажется, ты этого очень не хочешь, в довольно неприглядной ситуации. Мы друг друга поняли?

Джура крепко сжал зубы, он был слишком зол, чтобы ответить вслух. Вместо этого он слегка кивнул.

— Хорошо, — сказал Скопик. Потом он повернулся и пошел прочь. Когда они с Хартвигом вышли из зала, Джура Остроготх отнес свою недоеденную еду в бак для отходов и швырнул ее туда вместе с подносом.

У него пропал аппетит.

* * *

Он вышел из столовой обратно в холод. Джура двигался сквозь снегопад, сжав кулаки и его била дрожь. Отойдя на несколько метров, и, убедившись, что его никто не видит, он свернул в узкую нишу и уставился на каменную стену. Ярость пылала в его груди.

«Иначе вся Академия скоро будет лицезреть тебя, и как мне кажется, ты этого очень не хочешь, — голос Скопика стоял у него в голове. — Поняли ли мы друг друга?»

Мысли Джуры вернулись обратно на четыре стандартных года, в то время, когда он прибыл в Академию — испуганный и невежественный ребенок с другой стороны галактики. Он провел первые несколько дней скрытно, всех избегая, надеясь осмотреться, прежде чем кто-нибудь успел бы прицепиться к нему, но порядок вещей здесь был иным. На третье утро он был в общежитии, заправляя кровать, когда чья-то рука с размаху сильно ударила его между лопаток, повалив на пол, где он лежал, хватая ртом воздух.

Когда Джура перевернулся и посмотрел вверх, то увидел ученика гигантского роста по имени Маннок Т'санк, который навис над ним. T'санк был сильнее и старше Джуры, и усмешка на его лице выражала почти маниакальное злорадство.

— Ты хорошо выглядишь, лежа на полу, новичок, — Т'санк уставился на него. — Знаешь, за каким занятием ты еще будешь хорошо смотреться? Когда будешь лизать мои сапоги. — Ткнув грязным кожаным сапогом, который он одевал при работе с навозом, когда чистил загоны за нарушения дисциплины, прямо в нос Джуры, отчего Джура почувствовал запах помета таунтаунов. — Давай, новичок. Отполируй их языком, как следует.