Красный сердолик

Уитни Филлис

— Привет, Крис, — сказала я. — Ты не присядешь?

Крис Гарднер — теперь уже Крис Монтгомери — села на стул напротив меня. Точнее, рухнула на него, ее губы по-детски задрожали.

— Ты всегда была добра ко мне, Лайнел, — завыла Крис. — Никто в этом магазине не помогал мне так, как ты. И чем я тебе отплатила? Предательством. Я разбила твою жизнь, я…

— Замолчи, — прервала я се. — Ничего ты не разбила. Если кто в чем и виноват, гак это Монти.

Елена посмотрела на нас обеих с глубоким

сожалением и закрыла за собой дверь. Крис сняла шляпу и уронила голову на руки, сложенные на моем столе. Принимая во внимание наши роли в создавшейся ситуации, я должна была испытывать негодование, посердиться на Крис я не могла

Она была высокой, крепкого сложения блондинкой с широкими плечами, которые могли бы и более достойно нести жизненную ношу, но Крис теряла самообладание уже при первых признаках приближающейся грозы. В этом была вина ее отца: он так ее воспитал.

— Ты не должна со мной разговаривать, — донесся до меня сдавленный голос Крис. — Просто вышвырни вон за то, что я сыграла с тобой такую злую шутку.

— Если не перестанешь плакать, я действительно вышвырну тебя вон. Сядь прямо, высморкайся и вспомни, что ты счастливая новобрачная

Крис выпрямила спину, тщетно пытаясь осушить слезы кончиком носового платка.

— В том-то все и дело. Никакая я не счастливая н-н-новобрачная. Мне нужно поговорить с тобой, Лайнел. Я должна тебе сказать…

— Это наверняка будет занимательная история, — раздался голос из коридора. — Не возражаете, если я тоже послушаю, миссис Монтгомери?

Я посмотрела па девушку, стоящую в дверном проеме.

— Привет, Сондо, — сказала я не слишком сердечно. — Входи и присоединяйся к нашей компании. Сегодня у нас день открытых дверей.

Сондо Норгор была правой рукой Монти в деле оформления витрин; по правде сказать, мне становилось не по себе от одного се вида.

Девушка выглядела необычно, как бесполый гном, с оливковой кожей, спутанными черными волосами и тонкими, умелыми пальцами. Дайте ей в руки кисть или ножницы — и она почти из ничего сотворит фантастическую волшебную страну.

Она конструировала и раскрашивала рельефы, служившие фоном для оконных витрин. Написанные ею задники создавали мир фантасмагорий, где как дома чувствовали себя немыслимые бумажные существа с вьющимися гривами из древесной стружки и кокетливыми глазами. Она была по-своему умна, темпераментна и остра на язык. В данный момент ее появление в моем кабинете могло означать только одно: ее прислал Монти.

Как бы то ни было, в присутствии Сондо, Крис наконец перестала плакать. Она достала косметичку и сделала слабую попытку загримировать следы, оставленные слезами.

Сондо наблюдала за ее усилиями с нескрываемым презрением; затем она обратилась ко мне.

— Монти хочет тебя

повидать. Прямо сейчас. Если он придет, то может рассчитывать застать тебя одну?

Я не стала реагировать на ее тон и нагловатую манеру поведения.

— Раз уж он ждал так долго, пускай подождет до завтра.

Сондо прикусила язычок. Она все еще стояла в дверях в прямом, перепачканном краской зеленом халате, ноги в грубых башмаках широко расставлены. Большие черные глаза — единственная красивая черта в ее облике — смотрели на меня без особой враждебности, но и симпатии не выражали.

— Лучше повидайся с ним, — настаивала она. — Он не хотел врываться без предупреждения. За тем меня и послал. Но постарайся избавиться от его… — черные глаза ее осуждающе взглянули на Крис, — … от его очаровательной маленькой женушки.

Крис натянула шляпу, не думая о своей внешности; ее руки дрожали.

— Я ухожу, Лайнел, — заявила она. — Поговорю с тобой в другой раз.

Крис прошла было мимо Сондо, заметно побаиваясь ее, но вдруг набралась храбрости и повернулась.

— Я знаю, что никогда не нравилась тебе, Сондо. Но ты можешь хотя бы раз в жизни оказать мне услугу? Не говори Монти, что я была здесь. Пожалуйста, не говори ему об этом.

Я смотрела на Сопло и видела странный блеск в ее глазах. Я понимала, что с ней следует обращаться совсем иначе — не так, как Крис. Сопло явно обладала садистскими наклонностями, люди ее типа зачастую находят удовольствие в самых изощренных пытках. А Крис мягка и беззащитна — этакая воплощенная жертва. Я должна была объяснить Крис, что Сондо не надо ни о чем просить, Но уже ничего нельзя было поправить, и я сказала:

— Я зайду к тебе попозже, Крис. Пока займись своими делами. А Сондо не обязана докладывать Монти, что ты заходила ко мне.

Крис бросила на меня благодарный, загнанный взгляд и направилась через холл к лифту. Сондо некоторое время смотрела ей вслед, ее алые губы искривились в презрительной усмешке.

— Ненавижу мышей, — заявила она. — Мерзкие, мохнатые, испуганные маленькие бестии. Бог знает, отчего он ее выбрал. Не думаю, что он на самом деле ее захотел. Но факт остается фактом: она замужем и предается безысходному отчаянию.

Сондо вела себя как-то странно. Хотя мне трудно было уловить, в чем именно, заключается эта странность. Я никогда не могла понять, что связывало Монти и Сондо. Он обращался с ней скорее как с мужчиной, чем как с женщиной, но доверял ей больше, чем кому бы то ни было.

Прежде чем я успела вставить слово, она продолжила свои рассуждения.

— Скорее следовало бы впасть в отчаяние тебе, но нет, ты ведешь себя мужественно и достойно с того самого момента, как это произошло. Я за тобой наблюдала.