Красные нити
Шрифт:
Я улыбнулась в ответ.
Конфетки были вкусными, с вишнево-ликерной начинкой. Одни из моих любимых.
Я бросила взгляд на электронные часы, стоявшие на подоконнике.
Там значилось без десяти шесть. Но за окном конечно же ещё властвовала ночь. Город ещё спал. Относительно конечно. Потому, как такие мегаполисы, как Москва в принципе не спят. Даже здесь, в тихом Строгино.
На кухню, шлепая лапками по полу, забежал рыжий щенок.
— О, Леди Свифт проснулись! — усмехнулась Лерка.
Я тоже
Виляя хвостиком Леди Свифт тихонько заскулила.
— Сейчас, сейчас! — Лерка подхватилась с табуретки, и достала пакетик с сухим кормом.
— Ты ребенка сухарями кормишь? — спросила я с тихим смешком.
— Не слушай тётю Нику, — проворковала Лерка, насыпая корм щенку, — она не знает, что такое сбалансированный и дорогущий сухой корм, купленный в элитной ветеринарной клинике.
Я в ответ лишь умиленно кротко улыбнулась, глядя, как Лерка кормит своего питомца.
Даже как-то не обычно было видеть бесшабашную и, порой, легкомысленную Лерку ухаживающую за маленьким, беспомощным существом.
Логинова посмотрела на меня.
— Чего ты улыбаешься, Роджеровна, как будто нам каникулы на месяц продлили?
— Ничего… — я с улыбкой покачала головой. — Просто… Я тебя такой никогда не видела…
Лерка зарделась, покраснела, смущенно опустила взгляд, и ворчливо ответила:
— Ну, а что? Оно же малое такое… не разумное, беспомощное… Как же его не любить и не холить!
— И правда, — согласилась я.
Не любить такое милое, рыжее, и счастливо чавкающее возле миски создание, с блестящими карими глазками просто невозможно!
Лерка ласково, с заметной любовью погладила щенка по спинке, и села обратно ко мне за стол.
— Ну?
Мы отпили из своих чашек. Лерка вопросительно смотрела на меня.
Я, пряча взгляд, тихонько, застенчиво царапала чашку с мятным чаем. Бархатистый аромат мяты щекотал обаяние.
Я вспоминала сон.
— Роджеровна, не молчи, — потребовала Лерка. — Что тебе там приснилось опять? Снова… те девочки?
Я молча кивнула. Логинова с досадой цокнула языком.
— За что тебе такое счастье с этими гребаными видениями?
Я пожала плечами.
— Какая уже разница?
— Что-то новое и важное было? — подумав, спросила Логинова.
Я качнула головой, отпивая чая. Горячий глоток живительным теплом проник в меня, и растекся глубоко в душе.
— Воспоминания девочек очень настойчиво… привлекают мое внимание к этим рунам и… коловратам…
Я печально вздохнула.
— У тебя появились какие-то соображения по этому поводу? — задумчиво спросила Лерка.
Я лишь устало вздохнула, и покачала головой.
В голове тяжелела апатичная сонливость. Меня поглощало мрачное и тягостное уныние.
Мне казалось я безнадежно вязну в густом болоте, наполненным вместо
— Эй, Роджеровна!
Я вздрогнула, когда Лерка начала щёлкать у меня перед глазами.
— Не уходи в себя! — проговорила Логинова, и чуть склонив голову набок, спросила. — Хорошо?
— Да, — кивнула я всё ещё отстраненно.
— Пей чай и ешь конфеты, — посоветовала Логинова. — А потом… Слушай, Роджеровна, может всё-таки стоит наведаться к Стасу?
Я и сама уже об этом думала. По крайней мере сейчас у меня есть хоть, что рассказать ему. И я знала, что Корнилов мне поверит.
— Да, — кивнула я.
— Да? — мне показалось, что в голосе Лерки скользнули радостные нотки облегчения.
Логинова, наверное, думала, что я буду упираться.
— Да, — решительно повторила я. — Хотя бы расскажу ему, что я видела, и что знаю.
— Про эту, как её… Людмилу Елизарову тоже расскажешь? — спросила Лерка.
— Да, — в третий раз повторила я.
Не знаю, сможет ли Стас что-то сделать с информацией о Людмиле, но уж точно он сможет воспользоваться ею, лучше чем я.
В то утро я уже не уснула. Да и Лерка тоже.
Через пару часов, когда Логинова нашла, кому на время, оставить маленькую Леди Свифт, мы направились в здание ГУВД, где располагалось главное управление Уголовного Розыска.
Логинова осталась в машине, а я направилась в здание.
Здесь, в Главном управлении меня видели не раз, и многие знали, что я как-то связана с особой оперативно-следственной группой Корнилова. Поэтому меня пропустили без особых вопросов. Но выделили сопровождающего в лице улыбчивого парня с золотыми полосочками на погонах.
Пока мы поднимались на третий этаж, где располагался отдел Уголовного розыска, я постучала в дверь особой группы, но оказалась заперта.
Странно. И на мои звонки ни Стас, ни Коля, ни Сеня не отвечали.
Я спросила сопровождавшего меня парня, на месте ли генерал Савельеев. Антон Спиридонович, как оказалось, был у себя в кабинете.
Хорошо. Тогда расскажу всё, что знаю ему. Хотя бы так.
Оказавшись перед дверью кабинета генерала Савельева, я неожиданно для себя оробела. Мне вдруг стало жутко неловко, и даже боязно просто так вот постучаться, и зайти в кабинет к «Аспирину».
Ага, только не к «Аспирину», а к Антону Спиридоновичу. А то ещё ляпну внезапно…
Преодолев непонятную нервную стеснительность, я все-таки постучала в дверь, и повернула ручку.
— Добрый день, — произнесла я неуверенно заглядывая в кабинет генерала. — Антон Спиридонович, простите пожалуйста за беспокойство, но у меня есть… важная информация… Вы… Можно мне войти?