Красная ночь

Головахин М. Р.

– Кроме Шантрисаксис, есть одна виверна, Ночное пламя, Виараксис Сотрясатель звезд и еще один, как его, а Пульрунг, надеюсь еще не сдох зараза этакая, – пришлось изрядно напрячь память, но зато я честно перечислил всех чешуйчатых монстров, с которыми доводилось пересекаться в прошлой и этой жизни. Правда, пришлось опустить момент, что почти все они с радостью помогут мне только с одним – с отправкой на Колесо Сансары.

Наш шепот не укрылся от Короля. Черт знает, толи он ухитрился за счет высоких характеристик уловить часть разговора, толи сказывались особенности расы и класса,

но каплевидные глаза удивленно блеснули.

Чрез пять минут мы с Рори целые и невредимые с вещами топали обратно в крепость по организованному толпой тримитников коридору прямиком до самых ворот.

Мне до сих пор не верилось, что мое бессовестное вранье сумело посеять определенные сомнения в разуме Великой души. Король настолько засомневался в перспективе иметь дело если не с Мифической душой Виараксисом, то как минимум с еще одним драконом, что пошел таки на мировую. Недружественный летающий огнемет мало кого мотивирует на продолжение и без того затянувшегося штурма.

Никогда не думал, что буду заключать мирный договор буквально на коленке, да к тому же на завалявшемся у Рори клочке относительно чистой бумаги. Пустая формальность, но, черт побери, волнительно.

– Олкан, ради Спирали, признайся, откуда раскопал столько спеси, чтобы так безбожно врать… жуку, – последнее Рори сказал более тихо, словно опасаясь слежки от тримитников.

– Тут скорее безумие, – пожал я плечами, – а так рецепт простой: поумирай в Ксибиле раз так двадцать от самых гнусных тварей и темной сущности, потом познакомься с парой драконов и уговори их не сжигать тебя в первую минуту разговора и вот, можешь хоть демонам картошку впаривать под видом мяса.

– Мог бы просто сказать, что окончательно сбрендил, – сказал великан, а потом добавил еще связку весьма красноречивых ругательств.

– На будущее буду знать, что с сумасшедшими люди охотнее идут на переговоры с монархом целой орды монстров, – саркастически произнес я и весело выслушал новую тираду из проклятий в свой адрес.

Между тем мелкие тримитники стремительно покидали ранее осаждаемую крепость. То еще радостное зрелище.

– Олкан, чтоб тебя поимели все демоны Тартара, как ты это провернул!? – Сифа встретила нас прямо у входа. – Я подумала, у меня галлюцинация, когда Рори сообщил, что тримитники собираются отступать.

­– С помощью самой Спирали не иначе, – скромно произнес я.

– По-другому не скажешь, – согласился Рори, – мне надо выпить, руки до сих пор подрагивают при одной мысли о тот, что еще бы чуть-чуть и нами бы лакомились жуки.

Я всецело разделял мнение великана, поэтому молча сунул Сифе в руке мирный договор и намеревался проведать Шантрисаксис. Но внезапно небольшую площадь, на которой мы находились, огласил властный и гневный полукрик полурев.

– Что за вы…. Тартара решил покомандовать в моей крепости?! Притащил целого е…. дракона и заключил с… мир с жуками?! Покажите мне этого х….! – Не скупясь на ругательства, заявил не иначе, как комендант этой самой крепости, решивший наконец разобраться с самовольством наемников.

– Пожаловал, ублюдок, – произнесла и сплюнула Сифа. – Олкан, не волнуйся, если понадобиться я лично снесу ему его тупую

башку. Больше никаких войнушек!

– Не переживай, сам хотел этим заняться, – сказал я и двинулся в сторону крикливого командующего 320-го уровня.

Как этот заплывший жиром буржуй в позолоченном доспехе с таким мелким уровнем вообще умудрился заполучить в управление целый город-крепость? Обычно правителями становятся на пике Могучей души, а тут смех один. Любой из прибитых мною Принцев играючи бы разделался с этим гадом, выплевывающим ругательства направо и налево.

Посох перестал звонко постукивать по брусчатке. Я остановился в пяти метрах от командующего и не церемонясь выпалил:

– Есть претензии?!

– Так вон он ублюдок! Ты кем себя возомнил нищеброд, чтобы командовать в моей крепости?! – Кричал он так, что капли слюны вылетали и грозили испачкать все на добрый метр вокруг.

– По крайней мере здравомыслящим троллем, который может оценивать всю дермовость ситуации и пойти на мировую, чтобы не гробить город и людей! Поэтому кончай орать, доставай меч и решим все поединком свинья! Кто выиграет тот и прав! – После переговоров с Королем тримитников мой голос то и дело норовил вернуть нотки былой холодности и властности.

Толстяка аж передернуло от подобного обращения, его и без того красное, покрытое каплями пота, лицо приобрело жутковатый багрянец. А чтобы рыбка наверняка не сорвалась с крючка, я презрительно добавил:

– Или боишься какую-то Сильную душу и только и можешь, что кричать? А? Бестолковый идиот!

Подобного командующий, чьего имени я даже не знал, стерпеть уже не мог. Бушевавшая в нем ярость мгновенно превратилась в натуральное бешенство. Буржуй, невзирая на попытки телохранителей вразумить разгорячившегося хозяина, выхватил внушительный меч и со злобным, наполненным невероятной ненавистью: «Зарублю!!!», бросился ко мне.

Рассвирепев, он нисколечко не задумывался о тактике, пер в наглую, прямо в лоб, замахнувшись клинком и явно намереваясь разрубить меня пополам.

– Дурачье, – хмыкнул я и перехватил посох в двуручный хват.

Сила душ обильным потоком хлынула в Железное сердце. Металлическая палка незамысловато устремился прямиком к голове буржуя. Прямая атака в ответ на прямую атаку, все по-честному. Рассвирепевший командующий все же успел понять, что его оружие проигрывает в длине и попросту не успеет ударить первым, поэтому впопыхах попытался заблокировать мою атаку. Но куда там!

Посох, буквально сияющий от переполнившей его мощи, врезался в меч, и меч раскололся пополам, словно сосулька. Но на этом мой удар не закончился. Железное сердце, уничтожив вражеское оружие, не остановилось и беспрепятственно снесло башку командующего вместе со шлемом.

Сообщение от Спирали не заставило себя ждать:

Повержена Могучая душа

+ 370 619 душ

– Советую вам поменять руководство, иначе тримитники следующий раз точно сравняют тут все с землей, – произнес я, обращаясь к телохранителям и прочим воинам, ставших свидетелями стремительной расправы над командующим крепости Аруда. И на удивление ни у кого не возникло вопросов.