Кракле
Шрифт:
Алек надеялся, что бастионы, выстроенные Лорой, обязательно рухнут. Надо было только набраться терпения и выдержки.
Как-то вечером они отправились посмотреть новый мюзикл. Потом поужинали в одном из ресторанов и вернулись домой в превосходном настроении, чему поспособствовало выпитое в значительном количестве шампанское. И Алек, и Лора вволю насмеялись, от души дурачась по дороге.
В общем, все складывалось, как нельзя лучше, пока они не оказались в постели. Алек почему-то решил, что именно теперь наступил тот благоприятный момент, когда можно окончательно изменить их с Лорой
Не ожидавшая подобных действий со стороны мужа, Лора забилась в его руках, оказывая отчаянное сопротивление. Но Алек проявлял все большую настойчивость, без особых усилий подавляя попытки Лоры отстраниться. То, что происходило в этот момент между ними, напоминало, скорее, борьбу, чем страстные любовные ласки. Безусловно, силы были не равны, и противодействие Лоры постепенно слабело.
Разум Алека напрочь отключился. Он перестал что-либо соображать. Поэтому едва Лоре каким-то фантастическим образом удалось выскользнуть из его рук, он вновь стремительно и нетерпеливо притянул ее к себе и, тяжело дыша, с непонятно почему и откуда появившимся раздражением, гневным полушепотом запротестовал:
— Нет, Лора!.. Довольно!.. Я устал от этих дурацких игр! Детских глупых забав!.. Я не хочу больше ждать! И не буду! Все!!! Ты… моя жена! И ты… должна…
— Должна?.. Должна?.. — от возмущения и прилагаемых усилий освободиться Лора задыхалась. — Я же … доверяла тебе! Твоему слову!.. А ты… ты всего лишь хочешь… получить долг!.. Что ж! Конечно, я… жена… и мне придется… подчиниться и выполнить… твои требования. Сегодня… сейчас… придется. Но запомни, Алек! Только сегодня! — Лора замолчала, прекратила сопротивление и закрыла глаза.
Будто сквозь толстенную бетонную стену до Алека доносился ее голос. Слов он почти не воспринимал. Но что-то, скорее, на подсознательном уровне, подало сигнал тревоги и опасности и мгновенно изменило намерения Алека. Он вдруг резко отпрянул, перевернулся на живот, уткнулся лицом в подушку и, казалось, тут же уснул.
Отодвинувшись, Лора задумчиво посмотрела на него, потом легла набок, глядя в одну точку перед собой.
В голове одно за другим проносились воспоминания прошедших дней, что дарили столько радости! Лора почти поверила, что ей и Алеку удастся обрести счастье в браке. Потому что за последнее время она все чаще и чаще чувствовала себя рядом с Алеком такой же беззаботной, веселой, даже влюбленной, как когда-то с Крисом. И вот так внезапно… жестоко… разрушилось все… все… Увы! Права оказалась именно она, Лора. С нею рядом по-прежнему был господин Редфорд, и он… в который уже раз!.. предложил ей всего лишь еще одну иллюзию. И сам, когда счел это необходимым для себя, беспощадной твердой рукой отнял.
Лора вдруг с ужасом подумала о том, в каком заблуждении пребывала все последнее время. Предавалась мечтам и грезам о счастье с заботливым любящим мужем! Готова была открыть ему душу и сердце! Любить! Страстно, пылко, нежно, самозабвенно любить! Ха— ха!.. Кого она собралась любить? Кого?!! Мужа? Его нет. Есть только господин Редфорд. Господин Редфорд… господин
Как она могла обольщаться на его счет? И как же тяжело и больно сознавать, что ее, Лоры, любовь не нужна… что Алек так и не понял самого главного… не понял… так и не понял…
Лора закрыла лицо руками и беззвучно и горько заплакала. Слезы катились и катились нескончаемым потоком. Соленые слезы обиды… сожаления… безысходности…
Проснувшись утром, она рядом с собой на подушке увидела записку. Отпрянув, Лора отвернулась, закрыла глаза, долго лежала неподвижно, потом привстала и нерешительно протянула руку. Глаза быстро побежали по строчкам: «Лора! Любимая моя Лора! Прости меня, пожалуйста. Прости! Поверь, я горько сожалею о том, что произошло ночью. Пожалуйста, прости! Алек».
Лора отложила записку в сторону, долго и пристально смотрела на нее, потеряв счет времени, потом тряхнула головой, словно отгоняя тем самым появившиеся сентиментальные мысли, несколько раз глубоко вздохнула и быстро встала с постели.
Едва Алек с огромным букетом белоснежных лилий в руках перешагнул порог дома, навстречу ему вышел Баррет, который, окинув хозяина проницательным взглядом, спокойно поприветствовал его и замолчал.
— А… госпожа Редфорд дома? — быстро спросил Алек, слегка растерянно и смущенно оглядываясь кругом. За последнее время он привык, что Лора всегда выходила встречать его.
— Госпожи Редфорд нет, — бесстрастно сообщил Баррет и, заметив встревоженный вид хозяина, продолжил: — Госпожа Редфорд уехала.
— УЕХАЛА?!! — раздельно, по буквам, переспросил Алек и, резко отбросив букет в сторону, устремился к лестнице.
— После обеда госпожа Редфорд, — донесся вслед ему размеренный голос дворецкого, — звонила господину Деверо.
Остановившись на полпути, Алек порывисто развернулся и нетерпеливо сказал:
— И?..
Баррет пожал плечами.
— Затем госпожа Редфорд, как обычно, приготовила ужин. А когда появился господин Деверо, они сразу вместе уехали.
— А?.. — начал Алек, потом взволнованно, больше не скрывая собственных чувств, уточнил: — Баррет, Лора… В общем, она… что-нибудь сказала?
— Да, — согласно кивнул дворецкий.
Алек стремительно подошел к нему, все так же порывисто сжал ладонями его плечи и легонько потряс их.
— Баррет! Что? Что сказала Лора?!!
Тот криво усмехнулся, степенно отстранился и невозмутимо сообщил: — Госпожа Редфорд просила не ждать ее к ужину. Потому что она не знает точно, во сколько вернется.
— Вернется? Она сказала «вернется»?!! — возбужденно переспросил Алек и повторил: — Она именно так сказала, Баррет?
— Да, господин Редфорд. Именно так, — подтвердил тот, донельзя озадаченный поведением хозяина. Помолчав, Баррет спокойно спросил: — Ужин подавать, господин Редфорд?
— Конечно, Баррет! Подавать! — согласно кивнул явно повеселевший Алек.
Он сделал несколько шагов, наклонился, поднял букет, заботливо расправил помятые цветы и быстро ушел.
Баррет проводил его взглядом, постоял, потом направился к Агнессе распорядиться об ужине.