Кракен

Райт Крис

А затем взорвались гранаты.

Квару отбросило на скалу, когда двойной взрыв сотряс морское дно. Существо дернулось и вздулось от уничтоживших внутренности взрывов. Из туловища вырвалась ударная волна, неся с собой куски плоти и панциря, которые разлетелись по бритвенно-острым скалам. Клубящаяся масса щупалец скрутилась, попытавшись втянуться обратно под костяной гребень существа, а затем внезапно обмякла. По воде разнесся протяжный крик, пока зверь, еще какое-то время корчащийся в тщетной попытке выжить, наконец, не замер.

Он дрейфовал на холодных темных течениях, неподвижный и громадный, пока не накренился

набок, истекая кровью.

Квара наблюдал за происходящим, медленно теряя сознание. Терзаемый болью, чувствуя, как его охватывает холодное оцепенение, он все еще поражался размерам зверя.

Мое убийство.Голова Квары ударилась о скалу. Внутрь шлема потекла вода. Острая и слепящая боль пульсировала по всему телу. Он почувствовал легкость от притока стимуляторов и адреналина. Прежде чем они сделали свою работу и унесли его в забвение Красной дремы, его посетила последняя мысль — Квара понял природу существа, которое убил, и важность этого деяния. Голоса больше не раздавались у него в голове, и он перестал слышать их так, как раньше. Смерть теперь казалась не такой уж важной.

Наше убийство.

Рана на голове все не заживала. Ему стало плохо, затем началось головокружение, он то и дело валился на палубу, пока дреккарпересекал зимнее море. Они смеялись над ним до тех пор, пока однажды он не сумел подняться.

Квара смотрел на мир сквозь туман смятения, тошноту и дрему. Море разбегалось, с небес рвался ветер в сиянии огня и дыма.

Он стал звать Тенге, смотря на огромного человека среди ужасающего рева. Его нигде не было. Вместо него стоял великан, закованный в черную металлическую кожу и маску волка. Мантия из дубленой волчьей шкуры развевалась на ветру, а в руках он держал увенчанный черепом посох.

Я покойник. Это дух Моркаи.Он почувствовал, как к нему тянутся руки, человеческие руки. Его уложили на носилки. Он узнал запах. Прейя Ейм, женщина, стоявшая рядом с комнатой для допросов. Где ее начальник, человек по имени Оен? Тут были и другие, одетые в климатические костюмы и разговаривающие вполголоса.

Это не взаправду. Я не на Фенрисе.качнуло, едва не сбросив его в море. С трудом подняв голову, он увидел дрожащие очертания огромного металлического ларца в небе. Он был серый, словно облака, и висел над кораблем, отрицая все законы мироздания. Гигантские кольца из бронзы грохотали от пламени, которое пробивалось сквозь шторм, заставляя сам воздух дрожать от жары.

Дреккар

Великан в черной металлической коже махнул рукой, и из парящего ларца выскочили другие закованные в металл воины. Они были в снежно-серых доспехах с выбитыми на них рунами, их лица скрывались за шлемами. Воины мягким шагом направились к Кваре, невзирая на то, что корабль несло по волнам.

Я убил краккена, а он убил меня. Теперь они пришли забрать меня в Чертоги Павших.Квара почувствовал, как из шлема вытекает вода. Вдалеке, словно он еще находился под водой, гудели буры, с помощью которых снимали уцелевшие части доспехов. По глазам больно резанул ослепительный свет. Он услышал голоса, говорящие с акцентом лизесского готика, которые становились то громче, то, наоборот,

стихали. Перед ним возник озабоченно нахмуренный человек.

Это Оен. Он все еще боится меня. Что он здесь делает?Они подняли его на парящий огненный ларец. Боль в голове становилась все сильнее. Квара в последний раз посмотрел со своего места и сквозь пелену крови увидел палубу. Затем, наконец, он заметил Тенге и остальных, сгрудившихся на дальнем конце корабля, которые смотрели на него, раскрыв рты.

Они боялись. Он никогда прежде чем видел, чтобы кто-то из них боялся.

Гигантская дверь закрылась с гулким щелчком. Свет потускнел. Квара услышал скрежет подтаскиваемого медицинского оборудования.

Над ним кто-то склонился. Возможно, черная волчья маска. Возможно, человек по имени Оен.

Неважно. Они оба произнесли одно и тоже.

— Ты не умрешь, воин.

— Ты не мог добраться быстрее?

— Трон, Прейя, у меня и других забот по горло.

— Он пугает всех до чертиков.

— Не сомневаюсь. Он уже ходит?

— Нет, пока даже не встает. Но он все еще фетовски страшный, прокуратор.

Оен старался идти как можно быстрее по коридорам медицинского отсека, не обращая внимания на нервные взгляды персонала. Ейм шагала рядом с ним, напряженная и раздраженная.

— Что он сказал?

— Он требует свои доспехи. Хочет знать, что мы сделали с его кораблем.

— И что ты ответила?

— Что он их получит, и мы к ним даже не притрагивались.

— Хорошо.

Они дошли до палаты. Снаружи стояла пара часовых в штурмовой броне. Они отдали честь, после чего открыли окованную металлом дверь.

Сама по себе комната была достаточно просторной, но из-за пациента казалась тесной. Он лежал на спине, свесив гигантские конечности с усиленного блока пластали, служившего ему в качестве кровати. По всему телу торчали вьющиеся провода. Одна его рука была отсечена прямо возле плеча, но культю закрыли металлическим колпаком.

Когда они вошли, Квара поднял голову. Даже по прошествии столь долгого времени его лицо все еще было опухшим от синяков. Он посмотрел на Оена и Ейм своими странными, сверкающими золотыми глазами.

— Я пришел, как только смог, лорд, — поклонившись, произнес Оен.

Ейм встала сбоку, нервно закусив губу.

Космическому Волку потребовалось много времени, чтобы заговорить. Его голос утратил былую глубину и рык. Горло Квары дрожало, а звуки, которые он издавал, больше походили на слабый шепот.

— Как долго? — прохрипел он.

— Два стандартных месяца, — ответил Оен. — Мне сказали, что вы находились в состоянии вроде комы. Мы сделали все, что в наших силах, поэтому рад вас снова видеть.

Квара осмотрел прикрепленные к телу провода и недовольно заворчал.

Оен украдкой рассматривал его. Квара выглядел еще более диким, чем при первой встрече. Длинные волосы и борода космами свисали через край кровати. Мощная грудь, покрытая шрамами и татуировками, тяжело вздымалась под тонким одеялом. Кое-где кожу пробивали металлические штыри, но хирурги даже не пытались их исследовать. Они до смерти боялись навредить ему, а чужеродная физиология Квары в равной степени пугала и захватывала их. Насколько мог судить Оен по их докладам, космический десантник, по сути, излечился самостоятельно.