Крах
Шрифт:
– Думаю, это кто-то из них. Похоже на дело рук одного человека.
Открылась дверь. Вошла Ди. Вид у нее был усталый. Она буквально повисла на костылях.
– Никого не поймали, – сообщила она. – По-прежнему непонятно, как все произошло. Многое указывает на то, что убийца пришел отсюда.
– Отсюда? – переспросила Блум.
– Да, из этого кафетерия, – кивнула Ди. – Если вы помните, я столкнулась в дверях с какими-то паяцами. Это может быть кто-то из них, но лиц я не запомнила. А вы?
Бергер и Блум покачали головами. Никаких картинок
– Мы даже не знаем, это инсайдерская работа или кто-то извне, – продолжала Ди. – Успел ли он выскользнуть или все еще тут. Такое количество людей придется проверить.
– Ты не знаешь, Матильда Дальберг уже приехала? – спросила Блум.
– Мне сказали, она в пути.
– Мужчина с ножом может быть здесь, – сказал Бергер. – Ей нужна максимальная защита.
– Защита ей уже обеспечена, – ответила Ди. – Конни Ландин тоже в безопасности – и молчит как рыба.
– Мы собирались вернуться к Эрьяну и расспросить его об одной ночи, – сказала Блум. – Особой ночи из его детства. Ему тяжело было о ней вспоминать. Это стало для него настоящим кошмаром.
– Его не должны были убить в здании полиции, – воскликнул Бергер. – Это против всех наших принципов. В наше время полиция – это как церковь раньше. Здесь любой может найти убежище.
– Ты уже не полицейский, – улыбнулась Ди, положив руку ему на плечо. – Но я согласна. Это просто позор. Посмотрим, как информация просочится наружу и попадет в СМИ.
– Той ночью Конни тоже был там, – сказала Блум. – Он все знает. Но как его разговорить?
Повисла минутная пауза.
– У тебя есть компьютер, Ди? – спросил Бергер.
– Ноутбук? Да, он в кабинете у Эскильссона.
– Мы все равно здесь застряли. Может, сядем втроем и попытаемся сделать все, что в наших силах, чтобы найти убийцу? Нашего изначального убийцу.
– Интересно, чем он сейчас занят, – сказала Ди. – У него ведь осталось два пункта? Один физически недостижимый – всадить топор в голову Конни Ландина. Второй недостижим во временном отношении – до пятого июля еще больше трех недель. Его план включает в себя еще два действа – две кульминационные точки – но у него нет шансов их достичь. Интересно, как он это воспринимает.
– Уверен, ты мыслишь в правильном направлении, – произнес Бергер.
– Я принесу ноутбук, – сказала Ди и вышла.
Посмотрев ей вслед, Блум добавила:
– К тому же за ним охотятся. Профессиональные убийцы. Как он это воспринимает?
Бергер вздохнул и покачал головой.
– Дам «Вольво» последний шанс, – сказал он и принялся просматривать списки десятилетних белых «Вольво» V70.
Он сидел долго. Очень долго. Не замечая, что вернулась Ди, что Блум пытается привлечь его внимание. Наконец, он произнес:
– Вестйедра.
Два острых женских взгляда устремились в его сторону. В них явно читался скепсис.
– Это ругательство? – спросила Ди. – Едра. Вестйедра. Крепкие
– Скорее мост, – ответил Бергер и включил видео.
Звук был включен на полную громкость, но звукового содержания как такового на записи не оказалось, только сильный шум. По крайней мере, он заставил Ди и Блум взглянуть на экран. Несколько ступенек вниз, в темноту. Потом включился фонарик и осветил подвал. Бергер перемотал чуть назад. Камера быстро прошлась по стене, увешанной бумажками. Еще немного назад, теперь в замедленном темпе. Огромное панорамное окно, опять стена с бумажками, прикрепленными к деревянным панелям. Чуть раньше, до окна. Еще медленнее. Высоко на стене – мониторы. А внизу ружье. Бергеру удалось остановить запись в нужный момент.
Снайперское ружье. Если увеличить, хорошо виден оптический прицел.
Бергер схватил телефон. Включил громкую связь. И вскоре подвальный кафетерий заполнился сочным баритоном:
– Черт возьми, Бергер. Я же тебе сказал!
– Прости, Робин, – произнес Бергер. – Это не я должен был тебе позвонить. Со мной тут Ди и Молли. Поздоровайтесь, дамы!
Никто не поздоровался. Но напряжение спало.
– Ну, давай быстро, – пропыхтел Робин.
– Жуткая авария на E18 под Вестеросом, – произнес Бергер. – Около двух недель назад. Автомобильный номер что-то там ZUG. Мост рядом с Вестйедрой. Помнишь?
– Помню, – ответил Робин. – Сильное столкновение с опорой моста. Черные скелеты в машине. Старый зеленый «Сааб», ZUG 326. Найдены пули от снайперского ружья из свинца и стали, калибр 7,62. Первый звонок поступил в дежурную часть в 7.13 тридцатого мая.
– Мобильный телефон нашли?
– А что? – спросил Робин, и все трое уловили в его тоне любопытство.
– Не только обгоревшие остатки мобильного, правильно?
– Телефон на удивление хорошо сохранился. Он лежал на полу, если я верно помню, у ног девушки. К чему ты клонишь, Бергер?
– К навигатору. В этом самом телефоне.
– А у вас правда режим изоляции? – спросил Робин.
В трубке послышались его шаги. Неужели он правда носит клоги?
– Могу ли я надеяться, что ты сейчас в Национальном криминологическом центре в Линчёпинге и упомянутый телефон у тебя под рукой?
– А ты думаешь, я просто так решил пройтись?
Бергер ждал. Он поднял глаза. Нетерпение испытывал не он один. Он решил пока поболтать. Разговоры ни о чем никогда не были его сильной стороной.
– Да, нас тут всех заперли, – сказал он. – Ведь по идее мы можем иметь отношение к случившемуся.
Редкий смех Робина прозвучал как ураган. Сметая всю флору и фауну на своем пути, он добрался до Главного полицейского управления.
Светской беседы не получилось.
Слышно было, как Робин выдвигает ящик за ящиком. При желании, если подключить воображение, можно было расслышать, как он открывает застежку на папке, вставляет вилку в розетку, включает айфон.
Наконец, Робин сказал: