Крах игрушечной страны

Макбейн Эд

Бордель есть бордель. И значит, ей предлагается стать проституткой. Во всяком случае, именно ею она и станет, если согласится делать что-либо еще, кроме как демонстрировать уважаемым посетителям модели белья.

Когда Клариса принесла ей подходящие по размеру туфли на здоровенной шпильке, Лэйни вспомнила, что именно в этой стране доктора Джоселин Элдер уволили с должности министра здравоохранения за то, что она посмела предположить, что школьникам следует объяснять значение мастурбации.

Не учить их мастурбировать — об этом никто и не заикался.

И еще Лэйни вспомнила, что хотя комика и арестовали за совершенное им отвратительное преступление, тем не менее кинотеатр и поныне открыт, и там крутятся всякие мерзкие фильмы. Что вы хотите — Америка.

А кроме того, ей очень нужны были деньги.

Со следующего понедельника Лэйни начала работать в салоне "Шелковые тайны" под именем Лори Дун. Она работала по шесть часов в день, с восьми вечера до двух ночи, и получала по девяносто долларов, не снимая ни единой части своего наряда, и, конечно, ни к кому не прикасаясь — она старательно объясняла посетителям, что это запрещено законом.

" — А может, тогда ты сама себя потрогаешь?

— Нет, нам это запрещено.

— Плачу пятьдесят баксов, если ты снимешь трусики и покажешь, как ты развлекаешься с собой.

— Извините, это запрещено.

— А Дженни это делала для меня.

— Если об этом узнают, у нее будут неприятности.

— Да брось, кто об этом узнает?

— Они могут проводить выборочные проверки".

— И как долго вы там работали? — спросил Фрэнк.

— Только до тех пор, пока я не сделала эту кассету.

— Что вы имеете в виду?

— Однажды ночью ко мне подошел фотограф.

— Как его зовут?

— Зачем вам его имя?

— Не стоит, Фрэнк.

— Ладно, не стоит. Расскажите, что произошло.

— Он сказал, что я могу заработать неплохие деньги, если соглашусь позировать для кассеты.

— Для этой кассеты?

— Да. Получается, что именно для этой.

— Вы знали, какого характера кассету он собирается снимать?

— Я могла себе представить.

— Когда вы узнали точно, что именно хотел этот человек?

— Он быстро все разъяснил.

— Когда?

— Той же ночью. Деньги действительно были неплохие.

— Сколько он вам заплатил?

— Тысячу долларов. За полчаса работы. Потом он смонтировал из этого пятнадцатиминутную запись. Для этой кассеты снимались еще три девушки. Я всех их знаю. Одной из них всего шестнадцать лет.

— Когда он отснял эту кассету?

— На той же неделе.

— Где?

— У него есть студия неподалеку отсюда. На Уэдли.

— Он вам заплатил?

— Да, авансом.

— Вы понимали, что он собирается делать с этой видеозаписью?

— Он сказал, что есть

много коллекционеров, собирающих записи… ну, он назвал это "особым актом". Мы все… ну, вы видели.

— Похоже, Бретт тоже это видел.

— Я не знаю, как эта кассета попала к нему.

— Но он ее видел.

— Видимо, да.

— И вы говорите, он ее вам не показал?

— Нет. Он показал мне обложку. Я поняла, что у него есть и сама кассета. Иначе он не попытался бы меня шантажировать.

— Вы понимаете, что может устроить сторона обвинения, если они узнают об этой кассете? Об ее существовании? О том, что она находилась на яхте Толандов в тот вечер, когда вы туда приходили? В тот вечер, когда Бретт Толанд был убит?

— Да, я все понимаю, — отозвалась Лэйни.

— Они скажут, что вы убили Бретта, чтобы забрать эту проклятую кассету!

— Да, но я его не убивала.

— Они скажут…

— И я ведь не забрала кассету, разве не так?

— Она права, Фрэнк.

— Мэттью, зачем ты забрал эту кассету с яхты?

— У меня не было никаких причин оставлять ее там.

— Никаких причин?

— Он прав, Фрэнк.

— Никаких при?..

— Спасибо, Эндрю.

— А как насчет сокрытия улик? Как насчет воспрепятствия?..

— А с чего ты это взял? — поинтересовался я. — Большое жюри уже приняло решение, обвинение Лэйни уже предъявлено. Мне никто не говорил, что я не имею право уносить вещественные доказательства с места преступления. С каких это пор адвокату запрещено собирать улики, свидетельствующие в пользу его клиента?

— Ты собираешься предъявить эту кассету суду?

— Брось, Фрэнк. Мы вовсе не обязаны передавать в суд каждое вещественное доказательство, если не намерены непосредственно использовать его для решения данного дела.

— Это все не отменяет того факта, что ты унес эту кассету с яхты без предварительного разрешения и без…

— Я собирал вещественные доказательства на месте преступления.

Разве этим позволено заниматься только прокуратуре? Мы живем в Америке, Фрэнк.

— Фигня это все! — возмутился Фрэнк. — Ты забрал эту кассету с яхты, чтобы она не попала в руки Фолгеру.

— Вовсе нет. Я просто забирал вещественное доказательство, чтобы показать его моей клиентке…

— Фигня! — …и распросить ее об этом. Что мы сейчас и проделали. Ты бы предпочел, чтобы Фолгер огрел нас этой кассетой, как мешком по голове?

— Как он мог нас огреть, если он даже не знает об ее существовании?

И тут меня посетила одна неприятная мысль.

— Лэйни, — начал я, — я полагаю, что есть и другие…

— Я в этом уверена, — быстро откликнулась Лэйни.

Фрэнк вопросительно хмыкнул.