Ковенант. Альтерген
Шрифт:
В бунгало я один, никого рядом не видно. Вокруг густой лес, далеко внизу расстилается гладь моря, на ней выделяется десяток самых разных кораблей, а ярким пятном рядом неоновое свечение лазури бассейна — чаша с которым расположена на площадке, куда с террасы ведет деревянная лесенка над вершинами деревьев.
Райское место, машинально и безо всяких эмоций сделал я вывод. А нет, не без эмоций — отметил что местечко уединенное, использовав сравнительную классификацию «райское». Похоже, что-то тонизирующее в графин с водой все же подмешано, возвращая мне тень былых эмоций. Но только тень, потому что завалившись обратно на кровать, я лежал и смотрел
Услышал шум моторов, голоса — у бунгало появилась группа людей. Никто ко мне не заходил, краем глаза в высоких окнах видел снующие по улице и открытой террасе силуэты. После предварительной подготовки в бунгало зашло две девушки в плотных, скрывающих фигуры накидках. Лиц не видно, взглядами меня старательно избегают, украшая комнату свежими цветами, принесшими приятные ароматы.
Стало темнее — закатный свет ушел, опустилась густая южная ночь. Вокруг бунгало полная темнота, за окнами лишь мягкий желтый свет гирлянды тусклых фонариков. Вслед за опустившейся вокруг темнотой смолкли и шумы, наступила полная тишина. Похоже, приготовления неизвестно к чему завершены. Мне к этому моменту стало уже совсем неинтересно, даже прежняя тень внимания пропала, и я закрыл глаза. И тут же открыл, когда совсем рядом раздался гремящий металлический звук, словно молотом в огромный гонг-тарелку ударили.
Да, именно в гонг — стойка совсем неподалеку, я видел, как ее выгружали и подвешивали блестящий медный круг. Рядом со стойкой знакомая блондинка с невероятными голубыми глазами, словно подсвеченными изнутри, в белоснежной тунике и синем плаще. Люция — избранница Афродиты.
В ушах все еще гремело звенящим металлом эхо, а по мере его затихания комнату заполняла обволакивающая музыка, пробивающаяся сквозь звуки природы. Люция отвела в сторону молот для следующего удара, но увидев, что меня и с первого включило, второй раз жестить не стала.
Выпустив упавший на пол молот Люция подошла ближе, по пути скинув синюю накидку, оставаясь только в легкой белой тунике. Наряд аналогичный тем, в которых мы принимали посвящение. Глядя на Люцию я почувствовал, что рядом кто-то еще — нежные руки потянули с меня футболку, в процессе переворачивая на живот. Мелькнули золотистые волосы — рядом Алиса, одетая в белую тунику, как и Люция. Глаза горят золотым сиянием — то ли внутреннее, то ли отблеск гирлянды фонариков за окном.
В четыре руки девушки начали делать мне расслабляющий массаж, почти сразу накатило спокойное умиротворенное состояние. Одновременно с мягкими движениями рук меня обволакивала музыка — ритмичные звуки искусно вплетены в шум ветра и рокот прибоя, звенела январская вьюга, то и дело гремел далекий гром под звуки ливневого дождя, пели птицы и совсем по-летнему стрекотали кузнечики.
Восприятие словно тумблером перещелкивало с одного на другое, мелькающими картинками; вроде только что мне делали массаж, а вот уже я сижу в кресле и рядом со мной изгибаются в танце две гибкие девушки, взгляд не оторвать. Теперь уже и туники исчезли, остались одни украшения — золотые ожерелья, змейки браслетов, тонкие цепочки поясов на блестящей от масла коже.
Грациозные фигуры двигались в золотом сиянии, обволакивающая музыка заставляла сердце биться все ритмичнее. Девушки приближались, уже кружились вокруг меня, я то и дело чувствовал неуловимые касания — кончиками пальцев, губами и телами.
Взгляд от девушек по-прежнему не оторвать, но они начали все чаще расходиться, и выбор за кем следить, а кого отпустить глазами, раз за разом причиняет почти физическую боль, щемящее томление. Непонятно как, но я уже поднялся с кресла и стою в центре комнаты. Меня за собой увлекла прекрасная блондинка — ее ультрамариновые глаза светятся все ярче, кажется, что в мире ничего кроме них не осталось. Двигаясь к ним как по маяку, я обнял податливое тело, потянулся к таким притягательным и влажным губам, но в этот момент Люция потеряла сознание и мягко осела на пол.
Не понял, мы так не договаривались.
Совсем недавно я был равнодушным организмом с набором естественных потребностей. Таким же организмом я сейчас и оставался — только потребностей стало больше. Беспамятство упавшей девушки не воспринял как проблему и собрался ее поднять и перетащить на кровать — как первобытные люди таскали самок в свои пещеры. Но поднять не успел — отвлекая, рядом закружилась забытая было вторая грация. В свою очередь заставив забыть о лежащей на полу Люции, Алиса повела меня за собой, потянув за руку, а потом и прижавшись на мгновенье грудью к спине перенаправив желание. Обернулся, но девушка уже отпрянула. Сделав несколько шагов, я вновь оказался в приятных объятиях гибкого горячего тела, но вновь Алиса мягким пируэтом выскользнула из рук, отбежала в дальний край комнаты и встала у стены оперевшись на нее спиной.
Не понял, и так мы тоже не договаривались.
— Нет!
Реагируя на мое приближение, Алиса в запрещающем жесте выставила перед собой руку со звякнувшими золотыми браслетами. Выглядела девушка при этом невероятно привлекательно. Внутри колыхнулось неприятие — как это «нет», я такого слова просто не знаю. Потребность — удовлетворение, схема максимально простая, а цель прямо передо мной.
Ритмичный звук музыки уже барабанами звучал в мозгу и в сердце, но вдруг все стихло, причинив тишиной почти физическую боль.
— Нет! — звонким голосом повторила Алиса, так и держа руку перед собой запрещающим жестом.
«Как это нет?» — задуманный и задурманенный разум просто не соглашался на то, чтобы развернуться и уйти. Алиса уклонилась, избегая моих рук и словно играя в догонялки отбежала к другой стене.
— Я. Сказала. Нет.
Да мне наплевать что ты сказала, вижу цель не вижу препятствий — говорили во мне животные инстинкты. Вновь подходя к сжавшейся словно в испуге девушке, я заметил у нее в руках кинжал-мизерикорд с тонким трехгранным клинком. Держа его обеими руками, Алиса направляла острие себе в грудь. Звуки музыки и природы зазвучали снова, вновь обволакивая и заполняя все вокруг — вот только сейчас ритм был рваный, агрессивный, выбивающий из колеи.
Раздражающий, вызывающий злость и не дающий сосредоточиться.
— Еще шаг, и я это сделаю, — предупредила Алиса уже почти крича.
Конечно, я сделал этот шаг и размахнувшись, она воткнула в себя кинжал. Воткнула бы, вернее, если бы я не успел перехватить ее руки, ударом выбив оружие.
— Стой! — закричал я одновременно с действием.
Сияющие золотом глаза оказались совсем рядом, Алиса вдруг широко улыбнулась и отпустила упавшие плетьми руки. Секундой позже улыбка пропала, глаза закатились, и девушка мягко осела, теряя сознание.