Ковбой с Манхеттена (сборник)
Шрифт:
— Кларри, — наконец спросил я. — Как случилось, что вы оказались здесь как раз вовремя?
— Я проехал вокруг острова и бросил якорь на противоположной стороне. — Он слабо улыбнулся. — Я сказал себе: этому проклятому Денни Бойду всегда нужно сунуть нос в осиное гнездо. А он даже не говорит по-английски!
— Научите меня, милый брат! Лучшего профессора мне не найти.
Кларри опустился на колени возле Чамплина, который не сделал ни одного движения с той минуты, как упал на землю, и внимательно осмотрел его. Поднявшись на ноги,
— Вы раздробили ему голову, как яичную скорлупу. В общем, все злые умерли, а все добрые уцелели!
— Добрые… и большой трус Ларри.
Он вежливо посмеивался, потому что решил, что мое замечание продиктовано скромностью. Но глаза Амброза Нормана обещали мне вечную благодарность.
Кларри указал на яхту, нанятую Ромнеем.
— Невозможно вести два судна, старина, — сказал он. — А вот это избавит нас от ходьбы пешком. Я завтра вернусь за своим.
— Как вам угодно.
Через пять минут мы подняли якорь. Я бросил последний взгляд на воду: она была девственной чистоты и светла, как кристалл. Все вокруг дышало тишиной и покоем. Воплощение идеи, каким должен быть коралловый остров.
— Денни? — сказала Бетти нежным голосом. — В сущности, акулы играют полезную роль, благодаря им море становится чистым.
— Это такая же точка зрения, как и всякая другая, — искренне ответил я.
Следующие два дня я переживал другой кошмар, населенный синими мундирами и жужжащий миллионами вопросов. Но, в сущности, я понимаю, что волновало этих людей. Они ждали обычного расследования случайной смерти, а у них оказалась четверка мертвецов: три трупа послужили пиршеством для акул, а у четвертого раздроблен череп. Не считая известного Дэймона Жильберта, утонувшего год назад в Соединенных Штатах. К несчастью, единственный труп у них в руках тот, за который отвечаю я, — Чамплин.
Другая деталь, еще более отягощающая: смерть причинена пулей от Смита и Вессона-38, незаконно провезенного в страну, и был момент, когда я почувствовал, что нужно готовиться к длительному пребыванию в Австралии.
Наконец, по истечении двух недель, дела начали устраиваться. Согласно показаниям Бетти и Амброза, я использовал незаряженный револьвер для законной самозащиты, и, если бы я этого не сделал, мы все трое были бы убиты. Кроме того, Кларри был известен в стране, имел хорошую репутацию, обстоятельство, которое было даже важнее, чем два других свидетельства.
В конце концов я заплатил штраф в триста долларов за незаконный провоз оружия в страну, кроме того, они конфисковали револьвер. Но я не огорчился: с деньгами всегда можно купить другой.
Кларри настаивал на том, чтобы устроить прощальный вечер: он начался в шесть часов вечера в пятницу и закончился в следующий вторник. Несмотря на это, мне не удается вспомнить, как выглядит Дарис. Отправляясь на самолет, Бетти составляет мне компанию: только путешествие продолжается на неделю дольше, чем если бы я был один.
Когда я, наконец, снова увидел
Джемс Барт, все такой же лысый увалень, бормочущий свои конфиденции, обращаясь к мебели своего бюро. Я солгал бы, если бы сказал, что он заплакал от радости, увидев меня.
— Насколько я помню, мистер Бойд? — проговорил он скрипучим голосом, адресуясь к своему календарю. — Чем могу быть вам полезен?
— Мало ли чем, — ответил я. — Например, вручив мне десять тысяч долларов, которые обещала мне Лейла Жильберт, если я найду убийцу ее отца.
— Как вы уже знаете, мистер Бойд… мисс Жильберт мертва и не оставила завещания.
— Я могу доказать, что она обещала мне десять тысяч долларов. У меня сохранился магнитофон.
Он пожал плечами.
— Никакой надежды!
— Я могу доказать, что нашел убийцу ее отца. Записано в рапортах австралийской полиции.
— Смешно! — холодно обронил он.
Я с конфиденциальным видом наклонился к нему через бюро и бросил на него многозначительный взгляд.
— А как вы зарабатываете себе на хлеб теперь, когда оба Жильберта мертвы?
На его скулах загорелись два симметричных красных пятна, а рука, схватившая карандаш, задрожала.
— Поразмыслив, мистер Бойд, — прошептал он своим ручным часам, — я решил, что ваши притязания на часть наследства мисс Жильберт обоснованы. Естественно, я не могу обещать, но думаю, что не ошибусь, если скажу, что не будет необходимости в документах, доказывающих ваши права на эту часть наследства. Думаю, что окажется достаточно моего подтверждения.
— Благодарю, мистер Барт. Надеюсь скоро получить от вас известия.
— Потребуется всего несколько дней, мистер Бойд, — заверил он. — Я употреблю весь мой авторитет, чтобы этот вопрос был быстро урегулирован.
— Вы очень любезны, мистер Барт.
— Пустяки! Просто я хочу, чтобы до конца ваших дней у вас не было повода заходить в мою контору, мистер Бойд!
Чтобы отпраздновать свое возвращение, я повел Фрэн Джордан обедать в самый интимный кабачок.
Не просидели мы и двадцати минут, как я заметил, что через два столика сидит Амброз Норман. Он был с девушкой высшего класса, настоящей куклой Манхэттена в черном платье от Диора. Несколько безделушек очень хорошего вкуса от Картье.
Когда я подошел к их столу, чтобы поздороваться, девушка небрежно играла маленьким портсигаром, инкрустированным настоящим жемчугом. Я подошел сзади и вдохнул духи ценою в пятьдесят долларов.
— Денни Бойд! — У Амброза был такой вид, как будто он рад видеть меня. — Вы один? Сядьте же к нам.
— Я с моим секретарем, Фрэн Джордан.
— Приведите и ее! Пусть она выпьет стаканчик в нашей компании.
— Согласен.
Я сделал ему знак, чтобы он представил меня своей последней победе.