Ковбой-искуситель
Шрифт:
Он был сильным, теплым и… о, таким родным, несмотря на то, что прошло столько времени. На мгновение Кейре показалось, что она вновь попадает под его очарование.
Его рука скользнула по ее спине, лаская, пробуждая приятную волнующую дрожь.
Кейра отскочила. Да как он смеет играть с ней?! И какого черта она так реагирует на его прикосновения?!
Напрочь забыв о пролитом кофе, женщина отошла подальше. Если Тай думает, что способен очаровать ее и заставить забыть о прошлом, то он глубоко заблуждается. Однажды Кейра позволила ему обмануть ее, а теперь у нее есть сын, за которого
– Ты ничуть не изменился, Мердок, – прошипела она, задыхаясь. – Такой же эгоистичный, каким был всегда. Ты наверняка уверен, что можешь запросто очаровать кого угодно. Ну что ж, вынуждена расстроить тебя, ковбой. Со мной этот номер больше не пройдет. Убирайся туда, откуда ты прибыл.
Тай принял расслабленную позу. Выражение его лица оставалось непроницаемым, хотя Кейра подозревала, что он не так спокоен, каким старался выглядеть.
– Мне жаль разочаровывать тебя, милая, но старый ковбой никуда не собирается.
– Тогда я подам на тебя в суд.
– У тебя нет для этого никаких оснований. Ранчо принадлежало твоему отцу.
– Отец планировал оставить «Тилтид» моему сыну.
– Возможно. Но если ты на самом деле предполагала, что когда-нибудь твой сын вступит во владение, тебе пришлось бы поселить его здесь навсегда. Мальчик, выросший в городе, не сможет управлять ранчо.
– Я научу его.
– Как? Показывая ему фильмы о Диком Западе? Катая его на игрушечном пони?
– Да будет тебе известно, что Лейн ездит на лошади ничуть не хуже меня в его возрасте.
Тай отошел от раковины и направился к ней.
– А как насчет его отца? Может быть, у него есть планы относительно мальчика?
Кейру передернуло при мысли, что столь тщательно скрываемый секрет раскроется.
– Лейн не общается с отцом с того дня, как тот ушел. Джош не играет никакой роли в жизни моего сына. Никогда не играл, и никогда не будет играть.
Тай негромко присвистнул.
– Похоже, вы пережили непростой развод.
– Такой непростой, что после этого ни Лейн, ни я не взяли его фамилию. Лейн мой сын, и только мой. Мы оба – Тейлоры. А это ранчо всегда принадлежало семейству Тейлор. Именно поэтому я не уеду отсюда до тех пор, пока ты не вернешь его мне.
– Ну что ж, дорогая, – промурлыкал Тай. Игривые огоньки снова засияли в его глазах. – Надеюсь, ты взяла с собой зубную пасту, так как тебе придется задержаться здесь надолго.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Тай вылил остатки кофе в раковину и чертыхнулся. Он вернулся в Бутлик с намерением купить клочок земли. Но ему и в голову не могло прийти, что это будет ранчо «Тилтид». Он хотел отказаться от выигрыша сразу же после того, как старик протрезвеет. Но именно тогда Питер обрушил на него всю правду. Ранчо погрязло в долгах, и если Тай не возьмется за него, то банк приберет его к рукам. Тай понимал, насколько сложно было такому гордому человеку, как Питер, признаться в своей беспомощности. Если бы вся округа узнала о его провале, для старого ковбоя это стало бы ударом ниже пояса. А если бы узнала его дочь, это убило бы его.
После трех дней споров и изучений бухгалтерских книг
Кейра. Воспоминание о зеленых глазах, в которых пылал гнев, пробудило в нем бурю эмоций. Когда-то они очень любили друг друга, а теперь не могли быть даже друзьями.
Тай прислонился к стене и потупил взгляд. Да, ему противна вся эта ложь, но, уважая гордость старика, он готов пожертвовать своей собственной и позволить Кейре считать его негодяем. Впрочем, она давно так считает.
Жители Бутлика вряд ли удивятся, что он не вернул «Тилтид». Они всегда были невысокого мнения о нем. «Такой же, как и его никчемный отец», – часто бросали ему вслед. Где-то в глубине души Тая охватывал страх: неужели они окажутся правы?
В течение многих лет Тай вел кочевую жизнь. А что, если он не сможет остепениться? Что, если непоседливая кровь отца возьмет верх? Только приняв предложение Питера, он сможет понять это.
Вздохнув, Тай выглянул в окно и увидел Кейру. Размахивая руками, она решительно направлялась к трейлеру.
Усмешка промелькнула на его лице, заставляя забыть мрачные мысли.
Сумасшедшая.
Интересно, что бы она сделала, если бы он прямо сейчас пошел и выложил ей всю правду? Но, разумеется, это невозможно. Питер взял с него слово.
– Ну и местечко ты выбрал для жилья, – пробормотала Кейра, презрительно оглядывая старый трейлер. Некогда темно-бордовая краска сейчас превратилась в грязно-фиолетовую. Вылинявшие занавески лишь отчасти закрывали окно. Дверь едва держалась на петлях. Подумать только, ее отец променял свой любимый дом на старый нищенский трейлер!
Хорошо еще, что в нем хватит места для них двоих. Придется пожить здесь до тех пор, пока Мердок не уберется ко всем чертям. Нужно действовать, и действовать быстро. Кейра не могла долго оставаться вдали от сына, а о том, чтобы привезти его на ранчо, речи не идет.
Кейра бросила взгляд на отца. Питер сидел возле окна в своем любимом кресле-качалке и гладил больное колено. Очевидно, он был все еще обижен на дочь за ее обвинения.
– Надеюсь, такое больше не повторится, – пробормотал он. – Никакому мужчине не понравится, если его будут оскорблять в присутствии другого мужчины. Тем более, если это сделает девчонка, которая ничего не понимает в жизни.
Ох уж эта невыносимая гордость. Кейра покачала головой и тяжело вздохнула. Похоже, она не на шутку задела самолюбие отца.
– Прости, пап. Просто Тай Мердок вывел меня из себя.
– Ты всегда была к нему неравнодушна.
– Те времена давно прошли.
Питер взял стакан с виски и глубоко вздохнул.
– Тогда почему бы тебе не попытаться найти с ним общий язык? Ведь теперь он здесь хозяин.
– Я не понимаю тебя, отец. Как ты мог допустить, чтобы дело всей твоей жизни оказалось в руках чужака?