Коварные пески

Холт Виктория

Загадка. Пугающая загадка. И я к ней была глубоко причастна. Одна из этих женщин была моей сестрой, другая — женой Нейпьера.

Я обязана все узнать. Моя решимость отныне удвоилась. Теперь я думала о двух женщинах, таких несхожих и столь похоже исчезнувших: беспомощная, напуганная Эдит и уверенная в себе решительная Роума. Мне все равно, чем это может для меня кончится, но я сделаю все, чтобы раскрыть тайну их исчезновения.

«Будь осторожна, Кэра, — предупреждал меня голос Роумы. — Тут могло быть убийство».

Как

больно было мне слышать ссору Нейпьера и сэра Уилльяма. Я тогда вошла через дверь из коридора в музыкальную комнату, чтобы поиграть сэру Уилльяму. Миссис Линкрофт меня предупредила, что он задремал, и лучше его не тревожить, но когда он проснется, ему будет приятно услышать мою игру.

Когда я подошла к роялю, то услышала в соседней комнате сердитые голоса сэра Уилльяма и Нейпьера.

— Как бы я молил Бога, — воскликнул сэр Уилльям, — чтобы ты сюда никогда не возвращался.

— Могу тебя заверить, — откликнулся Нейпьер, — что я больше не намерен отсюда уезжать.

— Ты уедешь, если я того захочу, и позволь тебя заверить, что здесь ты ничего не получишь.

— Ты ошибаешься. Я имею право быть здесь.

— Но ты скажешь, где она? Что с ней случилось? Сбежала с викарием! Но я всегда знал, что она не могла этого сделать. Где она? Ты мне скажешь, наконец?

— Почему ты решил, что мне что-то известно?

— Потому что она была тебе не нужна. Ты женился на ней, так как это был единственный для тебя способ сюда вернуться. Бедное дитя, эта Эдит.

— А разве не ты сам принес ее в жертву? Как это похоже на тебя! Настаивать на том, чтобы я женился, а затем обвинить меня в том, что я это сделал. Видит Бог, я старался, чтобы из нашего брака что-то получилось.

— Брак! Я не спрашиваю тебя о вашем браке. Я спрашиваю, что ты с ней сделал?

— Ты с ума сошел. Ты думаешь, что я…

— Убийца! — вскричал сэр Уилльям. — Сначала Бо… потом твоя мать…

— Господи! — воскликнул Нейпьер. — Неужели ты рассчитываешь, что эта ложь поможет тебе лишить меня наследства!

— Где она? Где? Ее найдут, и тогда…

Я больше не могла этого вынести и, быстро выскользнув из комнаты, направилась к себе. Охваченная ужасом, я еле добралась туда.

Сэр Уилльям решил, что его собственный сын убил Эдит.

— Это не правда, — шептала я. — Не могу в это поверить.

Мне было невыносимо ощущать охватившую всех подозрительность. В поселке не переставая шушукались. «Все сходится. Он женился на ней, а затем, получив ее деньги, захотел от нее избавиться. Над Лоувет Стейси висит проклятье. И оно не развеется до тех пор, пока этот дурной человек живет там».

Время от времени мне встречалась Сибила. Тот же многозначительный взгляд, то же детское жеманство, но в еще более гротескной манере…

Теперь, когда стало очевидным, что Эдит не уехала с Джереми Брауном, что может выяснить полиция?

Почему

мужу стало необходимым избавиться от жены? На то могут быть разные причины: потому что он ее не любил. Потому что он уже заполучил ее деньги. А может быть, и потому, что теперь он вернулся в свой дом и вновь утвердился как наследник отцовского состояния… Я вспомнила ссору Нейпьера и сэра Уилльяма. Отец ненавидит сына. Почему он одержим таким неестественным чувством? А теперь, когда исчезла Эдит, их размолвка только усилилась. Возможно, сэр Уилльям лишит Нейпьера наследственных прав, изгонит его из дома, как уже делал раньше.

Нейпьер не любил Эдит. И не делал из этого тайны. В последние недели… Я вспомнила наш разговор во время прогулки, и меня охватил ужас. Неужели он действительно хотел дать мне понять, что если бы был свободен, то предложил бы стать его женой?

Меня охватило смятение. Я вспомнила, как пристально на меня смотрели три пары девичьих глаз. Неужели я действительно как-то причастна к этому происшествию?

Мне хотелось закричать: «Это не правда! Его оговорили, как и раньше. Разве можно теперь во всем обвинить его только из-за того, что в юности случайно произошла страшная трагедия?»

Что со мной происходит? Почему доказать невиновность Нейпьера стало для меня столь важным?

Миссис Линкрофт бросила на меня через стол хмурый взгляд.

— Как это все расстраивает сэра Уилльяма! — сказала она. — Его здоровье внушает мне большое опасение. Скорее бы стало хоть что-то известно об Эдит.

— Как по-вашему мнению, что могло с ней случиться? — спросила я серьезно.

— Мне даже страшно подумать, — ответила она. — Очень опасаюсь, как бы у сэра Уилльяма не случился еще один удар. Было бы лучше, если бы Нейпьер уехал.

— Если он уедет, — откликнулась я, — злые языки начнут болтать, что он сбежал.

Миссис Линкрофт согласно кивнула. Затем сказала:

— Но у него почти нет выбора. Сэр Уилльям уже поговаривает насчет того, чтобы позвать нотариуса. Вы понимаете, что это значит?

— Видимо, ему свойственно судить и обвинять людей без достаточных на то оснований. До этого он мечтал о внуке. Зато теперь…

— Возможно, Эдит все-таки вернется.

— Но где же она?

— Очень любезно с вашей стороны, что вы относитесь с таким сочувствием к делам этой семьи. Но, миссис Верлейн, не стоит… встревать в них.

— Встревать? — изумилась я.

Миссис Линкрофт несколько секунд пристально на меня смотрела. Ее манера держать себя вдруг поразительным образом изменилась. Вместо любезной женщины, которой я всегда ее знала, передо мной сидела другая особа, и ей совершенно не было присуще все то, что до этого я приписывала характеру миссис Линкрофт. Изменился даже ее голос.

— Иногда весьма неразумно проявлять интерес к делам других людей. Из-за этого можно поставить себя в очень трудное положение.